Свидание за доллар
Шрифт:
– Потому что это – отличный способ наладить новые контакты и поддержать старые связи, – твердо ответила Перл.
И в назначенный день и час она входила в здание, которое было назначено новым центром сосредоточения городской культуры и современного искусства. Оно производило должное впечатление – стильное и модернизированное внутри и искусственно состаренное снаружи, – фасад здания выглядел, как древний греческий храм.
Красная ковровая дорожка, бесчисленное множество фонариков, подсвечивающее фасад и впечатляющее лучше любых украшений, вспышки камер вездесущих фотографов, приветствия и обмен любезностями с хозяевами праздника – все это словно проходило мимо сознания Перл, плыло, как в тумане. Хорошо хоть, что от нее сегодня не требовалось выступать с какими-то речами, произносить благодарности или тосты. С этим вполне могла справиться Барбара. Вот только Перл что-то не наблюдала ее за своим столиком, который не без труда отыскала (в билетах специально проставлялись номера столиков для каждого приглашенного, обладающего статусом вип-гостя) в роскошно декорированном помещении.
Перл с удивлением обнаружила, что почти все гости вечера учли дресс-код в своем костюме. Не все озаботились покупкой бального платья, кое-кто просто ограничился тем, что надел смокинг, но мало кто из присутствующих мог похвастаться отсутствием маленькой черной бархатной маски.
Откинувшись на спинку стула, потягивая шампанское, Перл по возможности незаметно пыталась изучать костюмы гостей, посчитавших своим долгом соответствовать формату праздника и явившихся в настоящих нарядах для маскарада.
Здесь были короли и принцессы, восточные гурии и шейхи, Бэтмен, Чудовище, Белоснежка, Робин Гуд, Русалочка, Дама Червей. Даже Пьеро затесался в эту пеструю возбужденную толпу.
Однако куда запропастилась Барбара? Кажется, скоро начнется церемония открытия… Может, несносная девчонка не в состоянии сладить со своим костюмом Дианы-охотницы?
Рядом с Перл выросла знакомая статная фигура. Мужской голос произнес:
– Перл, ты чудесно выглядишь. Но не рановато ли ты надела траур… дорогая?
Положение вип-гостьи обязывало. Она не могла выплеснуть шампанское ему в лицо. Не могла подняться, развернуться и уйти на глазах у десятков приглашенных, среди которых обязательно нашлись бы ее знакомые или деловые партнеры. Она не могла устроить сцену на виду у папарацци. Она заставила себя ослепительно улыбнуться:
– Разве? По-моему, в самый раз. Очень соответствует моему душевному состоянию. И не пришлось кутаться в маскарадный балахон, прятать лицо за маской. Приятно, знаешь ли, иметь возможность быть собой, никем не притворяться… ничего из себя не изображать.
Джонатан принял удар, даже бровью не повел.
Он наслаждался видом Перл. На красавице было облегающее черное платье. Оно было без рукавов, с большим вырезом на спине, узким – на груди, падало на пол мягкими складками. Оно демонстрировало все изящество фигуры Перл так, как, наверное, не продемонстрировало бы и самое открытое бикини…
В ушах – небольшие бриллиантовые серьги, волосы зачесаны и убраны наверх, бледное лицо – словно в черной рамке. И нежная коралловая помада.
– Я приветствую открытость. Как видишь, сам я тоже пришел без маски и карнавального костюма. Пришел в своем подлинном виде.
– Да, только твоего истинного лица не разглядит при этом никто, – безразлично проговорила Перл.
– Я сяду?
– Нет, не сядешь. Это место занято. Я жду Барбару.
– Барбара не придет, – весело сообщил Джонатан.
– Что?..
– Мы с ней все правильно рассчитали. Она сказала, что это единственная возможность поговорить с тобой.
– Ах, если вы об этом, – протянула Перл. – Здесь, конечно, я связана по рукам и ногам протоколом. Как публичный человек, я должна вести себя сдержанно. Но не забывай, что я в любой момент могу уйти. К месту меня никто не привяжет.
– Барбара предупредила, что будет очень нелегко, – кивнул Джонатан.
– Если я еще хоть что-то соображаю, то она отдала тебе свой пригласительный билет.
– Ты абсолютно права.
– Ну, и как я должна после этого поступить с ней? Ты будешь доволен, что испортил жизнь еще одному человеку, который по глупости отнесся к тебе хорошо? Мне что, уволить ее?
– Увольняй, если хочешь, – кивнул Джонатан, – но, во-первых, ты лишишься одного из самых ценных своих сотрудников, и также потеряешь прекрасную подругу, а, во-вторых, Барбара не сильно пострадает. Я с удовольствием приму ее к себе на работу.
Это был верный тактический ход. Перл с недоверием и долей любопытства посмотрела на Джонатана:
– К себе?.. На работу? Сделай милость, скажи, да куда же ты можешь ее принять? В стройные ряды профессиональных бездельников и обманщиков? Ах, нет, как же я могла забыть! Ты устроишь ее в автохолдинг своим младшим помощником. Если, конечно, Карл не вышибет тебя с должности раньше…
– Перл.
Джонатан поднялся.
– Ты должна выслушать меня. Мне есть, что рассказать тебе. Я действительно могу все объяснить. И, поверь, картина, которая откроется твоим глазам, будет существенно отличаться от той, которую нарисовал для тебя Роджер Мерри.
– Один вопрос.
– Да, Перл?
– Роджер солгал мне?
– Нет.
– Думаю, нам не о чем говорить, – объявила Перл. – Неужели ты думаешь, будто способен снова втереться ко мне в доверие, чтобы еще раз обмануть? Хотя должна признать, что у тебя прекрасно получается. Это же надо – убедить дурочку Барби в том, что она должна рассказать тебе, как меня отыскать.
– Перл! Да помолчи ты хоть немного!
В отчаянии Джонатан поднял руки к небу. И, к изумлению Перл, начал опускаться на одно колено.
На них стали с любопытством оборачиваться.
– Что ты делаешь? – зашипела Перл. – Немедленно поднимайся! Нечего устраивать из меня посмешище!
– Ну уж нет, – твердо ответил Джонатан, – ты не хотела говорить со мной по-хорошему, значит, будем говорить на моих условиях.
– Ты всем ставишь свои условия?
– Разумеется, – кивнул Джонатан и извлек на свет заветную атласную коробочку.
Перл была очень, очень, очень раздосадована. Но даже она не смогла сдержать удивленный возглас: