Чтение онлайн

Я стискиваю зубы. Пялюсь на свои руки одержимым, усталым взглядом и обдумываю тот момент, когда выберусь на свободу. Что же я сделаю первым делом? Наверно, извинюсь перед отцом. Я ведь опять сбежала. Хотя, нет! Сначала обниму Сашу. Точно! Или…

Невольно улыбаюсь. Первым делом я положу руки на крепкие, надежные плечи Андрея и закрою глаза. Замру, наслажусь его запахом, его теплыми объятиями. А когда он вновь меня оттолкнет, я вернусь обратно, и больше не поверю ни единому его слову. Коснусь подбородком его груди, прислонюсь к ней крепко-крепко всем своим телом и скажу о том, что чувствую, не произнося ни звука. Да. Я сделаю именно так.

Тепло растекается по телу от подобных грез. Я прикасаюсь головой к холодной стене и проваливаюсь в сон, одновременно цепляясь за реальность и отталкиваясь от нее ногами.

Трудно сказать, кто первый и кого невзлюбил: мы жизнь, или она нас. Я так рьяно сетую на все, что со мной происходит, и не догадываюсь, что, возможно, судьбе гораздо раньше не понравилось то, как своенравно и глупо я распоряжаюсь своими минутами.

Дверь открывается. Я испуганно вздрагиваю и восклицаю:

– Соня?

Девушка входит, покачиваясь. Мужчина толкает ее вперед и кивает.

– Брюнетка следующая.

Следующая. Живот сворачивается в тугой узел.

Несмотря на ужас, я подношусь к блондинке и помогаю сесть. У нее глаза бегают из стороны в сторону, лоб липкий от пота, а платье глубже разодрано. С силой стискиваю зубы и рычу. Черт! Что же они с ней сделали? Нет, нет! Так и хочется заорать во все горло! Боже, она же не заслужила подобного! Запах мужчины исходит от ее юного, маленького тела. Девушка выглядит такой измученной, такой хрупкой…

– Соня! – я сжимаю ее кисти. Но она меня не видит. – Соня!

Слишком большая доза. Блондинка не обращает на меня никакого внимания.

Отворачивается и шепчет:

– Все в порядке.

– Что?

– Я в порядке, - повторяет она. – Можешь, продолжать. Продолжай.

Я все-таки плачу. Резко опускаю голову вниз и ощущаю себя чертовски бесполезной. Мну пальцы девушки, отнекиваюсь:

– Нет, нет, не хорошо, Соня, все совсем не хорошо.

Как же мы выберемся отсюда? Как я спасу ее, если она не стоит на ногах? Новая волна ужаса охватывает тело. У меня есть два варианта: или я убегаю одна, или остаюсь еще на один день и терплю все, что здесь со мной может произойти. Что выбрать?

Бессмысленные слезы вновь застилают глаза. Я валюсь на пол и закрываю их пальцами, не понимая, что мне делать и как быть. Я хочу спасти Соню! Но еще больше я хочу вырваться на свободу и избежать похожей участи! Так как поступить? Как будет правильно?

– Мы должны хотя бы попытаться, - неожиданно шепчет блондинка, и я поднимаю в ее сторону дрожащий подбородок. – Не беспокойся обо мне.

– Нет, - рычу я, сотрясая воздух, - мы обе выберемся отсюда! Плевать на все, что со мной случится! Я тебя не оставлю!

– Не оставляй. Но и не жди.

– Что?

– У тебя ведь есть план. Прошу тебя, - глаза девушки на несколько секунд становятся прежними: живыми и красивыми, - бежим.

– Но…, - растеряно качаю головой, - но ты не можешь, ты…

В ответ Соня лишь расправляет плечи. Поднимается с матраса и шипит:

– Они отняли все, что у меня было. Осталась лишь свобода. И до нее им не добраться.

Я киваю. Не думаю, что у нее достаточно сил для побега, зато уверена – у нее достаточно сил для последнего рывка. Когда слабые люди становятся храбрыми, их не удерживают даже каменные стены, ведь в отличие от сильных, они знают цену своим мучениям.

Я беру себя в руки. Соня выкладывает передо мной три использованных шприца. Мостится за дверью, а я укладываю иголки себе за спину, готовясь, напасть в любую минуту. Сажая человека в клетку, многие забывают: люди – похлеще животных.

Зажмуриваюсь. Грудь ошпаривает адреналин. Надо подумать о чем-то хорошем. О чем? Почему-то вспоминается тот теплый день, когда мы с Сашей и Ярославом носились по крыше супермаркета. Точнее носились они, а я смотрела на них и хохотала, держась руками за живот. Брат вдруг подошел ко мне и сказал: ты мне не сестра. Я уже почти обиделась, но внезапно услышала: ты – мой лучший друг.

Крепко стискиваю зубы.

Я выберусь ради этого. Ради этих моментов.

Дверь открывается, и мне приходится шумно выдохнуть, чтобы не взорваться от ужаса. Мужчина ухмыляется.

– На выход. Тебя ждет клиент.

– Что? – прикидываюсь дурочкой. – В смысле? Я не понимаю…

– Ну, же. Не трать мое время.

– Я не собираюсь никуда идти! Вам придется насильно меня вытащить за дверь! Ясно? А сама я даже с места не сдвинусь! Ни на сантиметр!

Со вздохом он идет ко мне. Бурчит что-то, но я уже не слышу. Вижу его шею достаточно близко для того, чтобы напасть и прыгаю – будто дикая кошка. Он стонет, а Соня со всей силы ударяет его по лодыжкам. Мужчина валится вниз, пока я, изнывая от ярости, дырявлю шприцом его шею. Вновь. И вновь. И еще раз. Не могу остановиться. Дышать становится совсем трудно и тогда я вдруг чувствую чьи-то ледяные пальцы на своих плечах.

– Эй, Зои, - голос Сони слабый. Она испуганно морщится и кивает, - он не двигается.

– Что? – рявкаю я.

– Хватит. Мы можем идти.

Растеряно оборачиваюсь. Вижу испачканное в маленьких каплях крови горло мужчины и резко отпрыгиваю назад. Черт! Пальцы выпускают шприц. Что я натворила? Даже не помню, как замахивалась и наносила удары снова и снова!

Я сошла с ума.

Приходится встряхнуть головой пару раз, чтобы прийти в себя. Не думала, что я способна на подобную жестокость. Хотя, может, все мы способны, когда пытаемся выжить?

В коридоре пусто. Из рассказов Сони, я узнала, что охрана по ночам редко патрулирует каждый этаж. В основном они охраняют выход и покои Болконского. На улице – две будки. По всей территории пущены собаки.

Что ж, если мы и выберемся, то обязательно напишем об этом книгу.

– Держись позади меня, - шепотом командую я.

– Что ты задумала?

– Увидишь.

– У нас мало времени. Клиент долго ждать не будет!

– Клиент? – я морщусь от отвращения. Крадусь вдоль стены и выглядываю из-за поворота: пусто. – Если мы спасемся, привлечем органы. А если и они будут молчать – я лично подожгу это здание и даже осознанно сяду за это в тюрьму. Нам сюда.