Чтение онлайн

На ужин было обещанное мясо, но со своей порцией Кирилл едва справился. Подступила сонливость, в боку возникла боль, напомнившая о том, что рана никуда не делась, и ему пришлось отправиться в отведенную для «пророка» комнату.

Клавдия Петровна, ворча по поводу того, что лекарства «сдохли», и что в таких условиях работать невозможно, сменила бинты, и Кирилл провалился в сон. На этот раз, к счастью, он не увидел ничего: ни падающей луны, ни погибшей жены, ни дочери. Даже обычных снов не было.

Открыв глаза, Кирилл вновь обнаружил на стуле рядом с кроватью Серегу.

— С добрым утром, — сказал тот. — Как спалось?

— Нормально, — ответил Кирилл. — А тебе?

— Я почти не спал, на разведку ходил. — Бывший десантник хмыкнул и покрутил головой. — Взял одного их тех, с кем недавно вместе служил… Славку Морпеха, из бывших омоновцев.

— Это из парней майора? — спросонья соображалось туго, мозг просыпался куда медленнее тела.

— Из них, — кивнул Серега. — Он мне все выложил…

Из дальнейшего рассказа стало ясно, что Дериев вроде бы плюнул на беглецов и занялся более важными делами. Его патрули дошли до площади Свободы, и вся территория от Кузнечихи до бывшего острога оказалась под жестким постоянным наблюдением.

— Это что, теперь там не пройти? — уточнил Кирилл, садясь в кровати.

— Да, сложновато будет. — Серега почесал в затылке. — А ты все еще на Автозавод собираешься?

— У меня там дочь!

— Тогда и мы все за тобой двинемся.

— Да вы что, с ума посходили? Зачем? — Кирилл покрутил пальцем у виска, но этот жест словно остался незамеченным.

— Ты же сам сказал: душа того, кто ищет спасения, должна следовать за другой, в которой есть Дух жизни, — заявил Серега и посмотрел на Кирилла торжествующе, как справившийся с трудным делом ребенок: гляди, мол, что я могу.

— Ну да, сказал…

Кирилл сам неосторожными словами загнал себя в ловушку.

Можно было попробовать уйти в одиночку, дождавшись момента, когда рана более-менее затянется. Но как пробраться через территорию, занятую вооруженными парнями Дериева, и не угодить им в лапы?

Если двинуться в обход, по самому берегу, получится гораздо длиннее и не факт, что безопаснее. Просто на прямом пути лежит угроза известная, с которой уже сталкивались…

Остаться здесь, и играть роль «Сына зари», новоявленного мессии?

Невозможно. Там же Машенька!

Повести всю эту ораву за собой, отдав прямой приказ? И ведь пойдут, даже с радостью, но если не на смерть, то на верные неприятности. Майор будет рад заполучить новых работников в свою коммуну. Там, где одиночка имеет шансы проскользнуть незаметно, полтора десятка человек будут непременно обнаружены.

А такую разношерстную и по полу, и по возрасту компанию, где есть и старики, и дети, незаметно не проведешь: не все здесь способны ползать по-пластунски и часами сидеть в сырых развалинах.

Может быть, все же попытаться разуверить их, что он Сын зари? Собрать и…

Тут Кирилл вспомнил, что происходит с кумирами, низвергнутыми с высоких, позолоченных пьедесталов — их обычно уничтожают с особой жестокостью, вымещая злобу и разочарование.

Нет, ему не дадут просто так уйти. В лучшем случае — пристрелят как обманщика. Тот же Серега, что сейчас хранит почтительное молчание, и спустит курок.

— Ты прибил этого, Морпеха? — спросил Кирилл.

— Нет, зачем? Отпустил. — На физиономии бывшего десантника появилась улыбка. — Только я ему перед этим рассказал о Сыне зари, об истине и о принесенном тобой знании. Пускай дальше треплется.

Кириллу захотелось рявкнуть «да ничего я не принес!», но он сдержался.

Ведь есть еще один вариант, противный, неприятный из-за того, что придется врать, обманывать доверчивых людей, но похоже, что самый действенный. Сыграть роль, примеренную на него слепой судьбой, притвориться тем, кого в нем хотят видеть — Сыном зари, посланцем небес, вышедшим из рассвета.

Тогда он хотя бы будет уверен, что сам руководит этими людьми, а не другие от его лица.

А когда власть его станет прочной, он скажет, что ему пора нести свет истины дальше.

И он уйдет, отправится на Автозавод искать дочь.

— Пускай треплется, — эхом отозвался Кирилл. — Что там у нас на повестке дня? Завтрак?

— Сначала молитва. — Бывший десантник сурово нахмурился.

Вот уж точно: лучшие монахи и священники получаются из бывших палачей, убийц и солдат.

В соседней комнате, той, что с печью, ждали все, кроме Федора, сегодня, похоже, оставшегося на страже, но Кирилл садиться в кресло не стал. Остановился у двери и махнул рукой, давая знак начинать. Поймал взгляд Дины, горячий, точно внутренности доменной печи, и поспешно отвел глаза.

Только не думать о том, что она красивая женщина!

Какофония на этот раз продлилась несколько меньше, чем вчера вечером. Когда смолкло бормотание последнего из пацанов, Кирилл заговорил, вспоминая «Евангелие от Марка»:

— И когда молишься, не будь как лицемеры, которые любят в церквях и на улицах останавливаться молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату свою и, затворив дверь…

Текст он помнил так четко, будто страница Библии находилась перед глазами, и только некоторые места были смазаны, так что их приходилось восстанавливать по смыслу.

Кирилл опасался, что у него ничего не выйдет, все поймут: озвучивая эти вещи, он на самом деле не верит в них. Но его слушали с горящими глазами и открытыми ртами, а мальчишка, тот же самый, что и вчера, торопливо записывал, и карандаш так и летал над страницей.

— …не уподобляйтесь им; ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду!

Кирилл замолк.

Серега поклонился ему первым, затем начали гнуть шеи остальные, и это вновь породило отвращение в душе недавнего журналиста, полагавшего, что истинная вера имеет мало общего с раболепием и дурацкими ритуалами.