Чтение онлайн

— Истину говорите, Артур Егорович, — кивнул священник, дородный и бородатый. — Окормление верующих — первейший долг всякого пастыря, а так же утешение тех, кто в сокрушении духа пребывает, вне зависимости от того, считают они себя православными или нет.

— Так, можно еще я скажу? — вмешался Василич. — Тут дело такое…

— Давай. — Дериев покосился на командира разведчиков удивленно: тот выглядел до странности неуверенным, мялся и смотрел в сторону.

— Вы помните, что у нас один из бойцов сбежал, Сергей Матвеев? — спросил Василич.

— Тот, что помог удрать одному из работников бригады Саленко? — уточнил Александр Александрович.

— Да. — Майор скрипнул зубами.

Он хорошо помнил того молодого нахала и слова, произнесенные еще в старом кабинете — «ничто и никто не поможет тебе, когда пламя явится во мраке, и кров над твоей головой рухнет!». Дериев старался убедить себя, что все это совпадение: ведь не мог же доходяга из интеллигентов и вправду знать, что во время грозы молния ударит в крышу?

Но нет-нет, а закрадывались мыслишки, что тогда он столкнулся с необычным человеком.

— Так этот Матвеев опять появился, — сказал Василич. — Ночью выследил патруль и скрутил одного из наших, Славку Морпеха.

— Что у тебя за бойцы, если их так легко взять можно? — с неудовольствием пробормотал майор.

Настала очередь обижаться командиру разведчиков.

— Дело не в них, дело в Матвееве, — сердито проговорил он. — Этот из боевых, он такую подготовку прошел, что роты обычных дуболомов стоит или взвода иного спецназа. Так вот он Славку скрутил и допрашивал, а потом ему лапшу всякую на уши вешал.

— Про что? — поинтересовался Александр Александрович.

— А про Сына зари.

— Я слышал о нем. Ваши люди передают из уст в уста рассказы о его чудесах, — протянул отец Павел. — Якобы он видит будущее, имеет власть над животными, обладает способностью исцелять.

— Вот именно, что «якобы»! — резко сказал Дериев. — Мы собрались тут обсуждать серьезные дела, а не фантастику. Сказки и бредни не помогут возродить цивилизацию, для этого нужна правильно организованная идеология. И она у нас будет.

— Истинно так, — кивнул священник. — Учение Христово одолеет любой соблазн, всякое измышление диавольское. А то, что говорит этот Сын зари, внушено ему врагом рода человеческого.

— Ну, как хотите. Только мы еще намучаемся с этим Сыном зари, вот увидите, — пробурчал Василич и с недовольным видом сложил руки на груди.

— Так сделай, чтобы не намучались. — Майор посмотрел на командира разведчиков так, как он умел — чтобы собеседник почувствовал вину, а потом забегал, точно ужаленный. — Отыщи логово, где он прячется, оно не может быть далеко, и притащи мерзавца сюда. Так, что еще?

— Я не закончил, — поднял руку бывший прораб.

Пришлось дослушать его нудный доклад и лишь затем перейти к делам более веселым. Первый молебен в восстановленной церкви назначили на завтра, для чего отменили утренние работы, да еще на полдень определили время для показательной казни — расстрела троих преступников.

— Может быть, проявите милосердие? — осторожно поинтересовался отец Павел.

— Нет, — покачал головой Дериев. — Сейчас время не милосердия, а жесточайшей дисциплины.

Один из тех, кто завтра лишится жизни, попытался бежать, другие двое отказались работать. Если позволить таким поступкам остаться безнаказанными, то коммуну охватит хаос, и они никогда не возродят цивилизацию.

— Новые люди есть? — спросил майор у Василича, когда обсудили вопрос насчет бани за Советским рынком.

Если не запустить ее в ход, то неизбежно возникнут эпидемии.

— Трое, — сообщил глава разведчиков. — Две женщины, и еще один… батюшка.

И он иронично глянул в сторону отца Павла.

— Неужели Господь посылает мне собрата по духовной брани? — спросил тот и перекрестился.

Дериев в очередной раз напомнил себе, что пусть этот поп ему не нравится, без него не обойтись. Нельзя содрать с него рясу и загнать в созданную несколько дней назад команду ассенизаторов.

— Ладно, это без меня, через Панкратова. — Он кивнул на заместителя, ответственного за «кадровую политику», после чего поднялся, давая всем понять, что совещание закончено.

Хватит на сегодня работать, пора отправиться к себе, туда, где его ждет бутылка выдержанного коньяка и девчонка из особой «бригады». Красивая, вымытая, умелая и на все готовая.

Цивилизация цивилизацией, а отдыхать тоже нужно.

— Во имя Отца, Единственного и Несотворенного, — проговорил Кирилл, и фразу эту повторили остальные.

Все, кроме одного.

Смолчал пришедший сегодня со стороны площади Сенной грязный и заросший щетиной мужик по имени Григорий. Около магазина «Евро» он наткнулся на Федора и после короткого разговора попросился к ним, сказав «ну его в задницу, надо жить как человек».

Как выяснилось позже, после пробуждения он перебирался из дома в дом, из квартиры в квартиру, прятался от хищников и выискивал что-то съедобное. Похудел, одичал, несколько раз встретил других людей, но не обрадовался, а предпочел укрыться.

Кириллу показалось, что Григорий слегка тронулся умом.

Сейчас он сидел, оторопело моргая и пытаясь понять, что за ерунда творится вокруг, и мысли его читались на лице — они все что, с ума сошли, и чего за ересь несет этот молодой хрен, и кто он вообще такой, на батюшку вроде не похож…

— Тот же, кто отпал от Отца, преисполненный силы, родился от Осознания и Материи, родился извивающимся, подобно зарнице, отраженной в бесконечных водах неизмеримой глубины, — продолжал говорить Кирилл.