Та, которую я...
Шрифт:
— Пусти, — настойчиво потребовала она.
— Не могу, запястье… предплечье… плечо… всё свело, — соврал я, медленно проговаривая слова, чтобы продлить приятные ощущения. — Перепугался ведь не на шутку.
Адель уперлась в меня руками и попыталась отпихнуть, но мне показалось, что она не очень-то и старается. Все же моя ладонь переместилась, пальцы скользнули под ткань, и я почувствовал нежность кожи… и влажность…
Лицо Аделаиды стало пунцовым, она невольно подалась чуть вперед, а затем нервно прикусила нижнюю губу и толкнула меня сильнее.
С огромным сожалением, мне пришлось отстраниться. На всякий случай я сделал еще пару шагов назад. Княжна — девушка миниатюрная, и сейчас выглядела так мило и беззащитно…
Но я видел, как она дерется.
Мне потребовалось экстренно засунуть руку в карман, чтобы скрыть от аристократки свое возбуждение. Хотя, возможно, Аделаида это почувствовала, если толща скомканного платья не помешала.
Послышались встревоженные крики. Искали княжну…
Глава 15
Аделаида побледнела, скрыть замешательство и смятение ей никак не удавалось. Она, не глядя мне в глаза, произнесла дрожащим голосом:
— Умеешь ты девушку сконфузить и обставить всё, как геройство. Забудем эту возмутительную неловкость.
— Но я ведь тебя… вас, ваше сиятельство, спасал, а остальное — случайно вышло, — попытался оправдаться я.
А сам еле сдерживал свое ликующее сознание. Ох, как прекрасны такие неловкие моменты, и ты несказанно рад, что в нужный момент оказался, на удивление, настолько ловким…
Теперь Адель сумела совладать с собой. Мгновенно напустив на себя холодную аристократическую невозмутимость (вот ведь вышколенность благородных!) и поддернув подол измятого платья (я уж в этом постарался), княжна выскочила из-за колонны и откликнулась:
— Здесь я!
К ней приблизились обеспокоенные родственники. Один из них сжимал в руке обрывки ее фамильного ожерелья.
— Дорогая, ты цела? — с тревогой спросила солидная дама, скорее всего, ее мать. — Мы видели, как ты вышла на балкон, а потом начался весь этот кошмар и балкона не стало…
— Всё в порядке, — сухо ответила Аделаида. — Мне помогли. Вот он, — и указала в мою сторону.
Благородное семейство с интересом уставилось на меня.
— Как у вас получилось? — спросил холеный парень, разодетый как павлин.
— От страха, — буркнул я, смущаясь от столь пристального внимания к моей персоне такого количества людей. — Я даже не знаю как.
— Всенепременно хочу вас отблагодарить за спасение дочери. Получите всё, что только возможно, — заявил мужчина с непроницаемым лицом и уточнил:
— А кто вы, юноша? Будьте любезны, представьтесь.
— Э-э-э… — у меня отнялся язык.
Я лихорадочно соображал, что мне сказать, но мысли вертелись как попало. Единственное, что в этой ситуации было хорошего, это то, что родственники Аделаиды отсутствовали в момент моего появления в поместье и не видели как меня, привязали к позорному столбу. Адель из родовитых тогда одна находилась в усадьбе. Приболела, наверное, или ее на хозяйстве оставили. Это сейчас она разомлела немного, а так-то девка — огонь. Даром что княжна… Еще и из Больших Яиц… Да у нее и самой…
— У него память отшибло, ваше сиятельство, — вступился Балистар, появившийся очень кстати. — Я с ним уже встречался.
— Бедный юноша! Наша семья окажет вам любую помощь и поддержку, — сказал князь с заметным состраданием. — Вы знаете, где находится княжество Даарр? Пожалуйте к нам в любое время.
Я не нашел ничего подходящего, как молча отвесить легкий поклон.
Вроде бы не ошибся.
Благородное и благодарное мне семейство неторопливо направилось к изуродованным дворцовым воротам. Аделаиду поддерживали под руки ее матушка и еще какая-то девица, тоже наряженная в пышное и парчовое. Балистар пошел с ними, а я остался один.
Куда мне теперь? Искать Пахома в Жучкином сквере или разузнать как дела у Фомки?
Знать уже покинула дворец, но у ворот всё еще кружился один бравый вельможа. Он был высок, худощав, на его поясе болталась шпага. Он не мог устоять на месте, словно у него постоянно где-то чесалось, ходил взад-вперед и покрикивал на служивых. Те неспешно мастерили виселицы для пойманных богоотступников, забрасывали веревки на чугунные фонари и вязали петли.
Трое адептов Тейи, перетянутые поясными ремнями, лежали на брусчатке рядом с будущим местом экзекуции. Труп четвертого оттащили за будку охраны — из-за угла торчали его сапоги.
Когда я проходил мимо, аристократ окликнул меня.
— Постой! Я видел, что ты общался с семейством Даарр. Хорошо с ними знаком?
— Ну как сказать… — насторожился я. — Они меня за обрувертами послали.
— О, даже так! — расхохотался бравый. — Значит, можно быть с тобой вполне откровенным. Поведай, что у них в поместье происходит? Как они поживают?
— Ничего вроде. Закрома полны, — ляпнул я.
— Так-так, значит, измором их не взять, — пробормотал он себе под нос и взглянул на меня: — А у них ведь девица на выданье? Буду свататься…
— У нее от женихов отбоя нет, — буркнул я и уныло побрел через проем развороченных ворот.
Вскоре за спиной раздались отчаянные крики:
— Время Селены прошло! Тейя, пробудись и приди!
Но я оборачиваться не стал…
В какую сторону мне надо идти — сложно было разобраться. Во время гонки за каретами, особо не насмотришься по сторонам, потому я и не запомнил, как добирался до дворца.
Расспрашивать прохожих — в этот раз не хотелось, решил шагать наобум. Но мой «наобум» внезапно оборвался, когда я пересек дворцовую площадь и вышел к перекрестку. Передо мной остановилась самоходная карета. На ее боку были нарисованы два белоснежных яйца в геральдическом орнаменте. Дверца распахнулась, и голос князя Эдуарда милостиво предложил мне: