Та-Ро
Шрифт:
– Каждый месяц?
– Что вы. Нет. Намного чаще. Хотя в начале именно каждый месяц. Сочла все предостережения бредом, попытками нагнать таинственности. Даже не подумала о том, что гадалки плохо кончают. А ведь принимают меры, всегда стараются исполнять роль толкователя, а не вопрошающего. И все -же. Доводилось ли вам слышать пусть про одну, всего одну, но счастливую гадалку? Мне нет.
Вдова разволновалась. Сцепила перед грудью тонкие лапки в новых (подарок принцессы) дорогих перчатках.
– Все, что я узнавала оказывалось правдой. Не заметила, как втянулась. Стала раскладывать колоды чаще и чаще. Каждый день!
– Ох.
– Утром и вечером.
– Не может быть!
– Мне открывались кошмарные события. Все сбывалось. Я возомнила себя почти пифией. Нет, Кассандрой. Раз за разом карты предсказывали гибель всех, кого я люблю. Мужа. Детей. Внуков. Мне бы попытаться бежать... А я, обуянная гордыней, пыталась заставить карты сказать другое. Вы ведь знаете, что ТА-РО не просто гадание. Оно способно вносить изменения в этот мир. Как любое истинное искусство. Вот я и начала терзать себе, садясь к столику трижды в день, чтобы заставить карты лечь в менее жуткий расклад. Исколола все пальцы. Следы остались навсегда. Теперь я не могу ходить без перчаток...Писала просьбы. Приказы. Снова и снова. Вымаливала жизнь. В доме не осталось ни одного листа серой шелковой бумаги. А ведь в начале моего увлечения древним искусством. Да, я считала и продолжаю считать ТА-РО искаженными остатками прежних знаний. Купила много серых листов. На трех гадальщиц, на всю их жизнь с лихвой хватило бы. Так вот, извела, и не заметила как, всю бумагу. За год, или меньше. Однажды кара узурпатора обрушилась на нас. За семьей пришли ночью. Сразу во все дома. Я... нелепая случайность, отправилась к знаменитой гадалке. Надеялась, что настоящая мастер ТА-РО сможет добиться того, что не вышло у простой знатной дамы: испуганной и несчастной. Тогда гадалка еще была жива. Велела явиться со своим столиком и колодами. Со мной пошел Бельор. Старый ворчун. В качестве носильщика. Так мы и уцелели вдвоем. Я и слуга.
Вдова прижала к сухим, запылавшим точно угли глазам - батистовый платочек.
– Ваше Высочество. Я всегда любила украшения. У меня в ушах, на шее и пальцах были прелестные камни. Редкие и дорогие. Всегда. И в ту ночь тоже. Это нас и спасло. Было чем заплатить контрабандистам. У гадалки оказались знакомые среди них. Мы бежали сюда. Чтобы... Чтобы хоть иногда видеть свет маяка.
Ли прикусила губу.
– Знаю, вы тоже ходите смотреть на него. Карты я привезла с собой. Но больше не прикасалась к ним. Гадалка сказала, что они опасны. Смертельно опасны.
– ?
– Это живая колода.
– ???
– Она выпила из меня душу.
Ли взлетела с диванчика. Обняла старушку.
– Нет. Ваша душа в порядке.
– ?
– Правда. Верьте мне.
– ?
Ли продолжала настойчиво и уверенно.
– Вы умеете любить и заботиться. Просто горе иссушило вас. Может быть колода и стала опасной. Что с того? Мне ли сейчас бояться карт. Хочу воспользоваться ими. Даже не знаю почему. Никогда раньше не пробовала. Плохо помню правила. Поможете мне истолковать значения?
Вдова кивнула с неудовольствием, через силу. Подбородок у нее дрогнул. Как будто у любителя ядовитой травки, начисто завязавшего с пагубной привычкой. Поддающегося жестокому искушению. Пальцы задрожали, смяли платок. Агнес-Матильда выдавила из себя резко.
– Мне страшно. Снова пройти по этому мосту.
Вдруг добавила мягче.
– Хотя, я не права. Это предстоит вам. Я лишь буду наблюдать и подсказывать. Но все же, все же. Вы делаете мне очень жестокое предложение.
Ли согласилась.
– Да.
– Ваша бабка любила раскладывать... И пользовалась картами раз шесть в году.
– Я не знала.
– Вы многого не ведаете, моя Госпожа.
– Велите принести ко мне столик и карты. Через день. В полнолуние. Как только стемнеет.
– Надеялась отговорить вас.
– Один раз. Мое слово.
– Ваше слово?
– Да.
Они уселись на пол. Все по правилам. Хотя вдова и подсунула маленькую подушку под костлявую задницу. Что не являлось серьезным нарушением, ибо вопрошать собиралась вовсе не она. А свидетелю, помощнику или толкователю дозволялись разные послабления. После короткой борьбы принцесса выкинула из комнаты несчастных близнецов. Один замер под дверью. Второй выбежал в сад, встал под окном. Ли выглянула, велела сверху.
– Не подслушивай!
Больше из вредности, чем по необходимости. Классический романский оставался для близнецов тайной за семью печатями. Подслушать были способны все свитские. Но их прогнал Такэда. Выполнявший приказы быстро и точно. Как же Ли ему велела?
– Всех от двери в шею! Всех! И пусть под окном кроме Петра только твой кто-нибудь стоит.
Уточнять и переспрашивать так ли понял не было нужды. Оставшись в отвоеванном у телохранителей и свитских людей драгоценном уединении, принцесса и вдова установили столик (сориентировав его по сторонам света). Зажгли свечи. Много свечей. Раз в пять больше, чем всегда. Уселись на пол. Немного помолчали. Ли протянула левую руку. Вдова вложила в нее бархатный мешочек. Красный. А синий в подставленную правую ладонь. Напомнила.
– В красном колода ТА. В синем - РО.
– Благодарю. Мы начинаем.
– Положите левую колоду в центр на белое поле. Не доставая из футляра. Теперь правую на центральное черное поле. Вынимаем, мешочек на пол, под столик. Другой позже, тоже туда. Сначала тасуем первую колоду - ТА. Помните как?
– Обычно и переворачивая по часовой стрелке.
– Да. Чередуя движения два, через два. Затем три через три. И снова два через два. Сосредоточьтесь на вопросе. Не надо проговаривать его вслух! Просто думайте. Задавайте его картам. Положите перетасованную колоду обратно на белое поле. Теперь тоже самое с правой стороны. Берем колоду РО. Освобождаем. Тасуем... Возвращаем.
Вдова невольно повысила голос. Неприятный, визгливый, дрожащий.
– Вопрос сформулирован? Хорошо. Поднимаем левую колоду.
Ли вдруг велела.
– Полная игра. Все семь раскладов.
– Но?
– Все семь раскладов. Я так хочу.
– Ваше Высочество!
– Я вопрошающий. Вы - помощник. Так помогайте же.
Старуха немного осела, стала еще меньше, жалобно охнула.
– Это будет не гадание.
– Игра. Знаю.
С некоторой небрежностью принцесса процитировала одного красивого путешественника, первого среди многих.
– Поехали!
Даже ручкой взмахнула. И старуха не осмелилась противоречить.
– Первый расклад. Левую колоду в обе руки. Поднести к сердцу. Разложить веером, рубашками вверх на белом поле. Вынимаем одну главную, она красная. Одну белую. Одну серебряную. Не переворачивая, рубашками вверх, переносим и оставляем на серебряном поле. Собираем веер в колоду. Берем правую. В обе руки. Подносим ко лбу. Прижимаем. Хорошо. Возвращаем. Раскладываем веером. Рубашками вверх на черном поле. Вынимаем одну главную, она синяя. Одну черную и одну золотую. Переносим их на золотое поле. Пока не переворачиваем. Оба веера у нас уже собраны в колоды, стопками. Все правильно. Первый расклад. Три ТА, три РО.