Чтение онлайн

— Да уж. Снаряжение ваших бойцов очень дорого обходится Советской Стране. — ворчливо добавил вождь. А уж эти ваши ракеты…

— Каждая из долетевших ракет уничтожила центр полковой обороны. Даже снарядами было бы дороже товарищ Сталин.

— Нас уже обвинили в варварских методах ведения войны, — Сталин рассмеялся. — Пришлось напомнить кое-кому о складах химического и бактериологического оружия. — Он помолчал и резко сменил тему разговора. — А что вы скажете о возможности принятия Монголии в состав СССР?

На что Новиков лишь пожал плечами.

— А что, Монголия? Вон, узбеки, таджики да туркмены тоже в составе СССР и ничего, хотя проку от них немного. Но если мы попробуем просто создать из них дружественное государство, то это возможно сработает на коротком отрезке, а на длинном, страна всё равно будет болтаться как лист на ветру. Сегодня одни люди у власти, завтра другие. Задурить голову людям довольно просто товарищ Сталин. Даже существуют специальные техники управления толпой и массами.

— Но ведь со временем эта система рассыпается?

— А и не нужно ста лет. Вот смотрите, берём любую из пограничных стран. Даже Монголию. Нашептыванием, деньгами, посулами, сбиваем их с толку, и провоцируем пограничный конфликт с нами. Конечно, монголы получат по самую шляпку, но вот восстанавливать после этого нормальные отношения будет очень сложно. Та-же история с Афганистаном, и Китаем. Сейчас страну разодрали на кусочки, но всё это временно. Мы помогаем китайским коммунистам и они, конечно же, возьмут власть в свои руки. А потом? Потом они начнут метаться, пытаясь построить свою индустриализацию, и сельское хозяйство. Мобилизовать народ, совершать всякие глупости типа отстрела воробьёв, и прочее. Мао конечно мудрый человек, но и он не застрахован от ошибок. Вы же читали про инцидент на Даманском? Это прямое следствие провокаций западных спецслужб и нашей успокоенности.

— И что вы предлагаете делать?

— В данном случае подтягивать все территории в зону прямого политического и что самое важное — экономического влияния, особенно обращая внимание на выращивание новой элиты государства. Только отобранные, проверенные и обученные люди, должны руководить такой сложной страной. Конечно, всякие социальные лифты тоже нужно выстраивать, но это — главное.

— И как вы себе это представляете? — Сталин удивлённо приподнял брови.

— Я делаю что могу. — Новиков пожал плечами. — Взяли под опёку десять детских домов от Днепра до Урала. Договариваемся с профессурой и талантливыми педагогами, обучаем детей всяким премудростям типа управлению коллективами и психологии. Вот уговорили товарища Макаренко поработать у нас. Теперь он готовит педагогов по специальной программе, а уже его ученики будут включены в систему подготовки специальных кадров.

— А расскажите поподробнее о ваших индексах.

— Индексы? — Новиков хмыкнул. — Ну, вот предположим, талантливый парень. Считает быстро, харизматичный, и пробивной, но своё благо, считает ну пусть и не превыше общественного, а хотя бы на том же уровне. Это значит, никаких должностей связанных с властью судебной или исполнительной. Только народное хозяйство и только под усиленным контролем. И другая сторона. Девочка, пусть и не такая умная. Серая мышка. Харизмы — ноль. Но умрёт, а сделает так, как нужно. Поэтому и индекс три «А» и допуск соответствующий, и если вдруг надумаете взять помощницу для товарища Поскрёбышева, можно уже сейчас ставить.

— Расставляете своих людей, товарищ Новиков? — Усмехнулся Сталин.

— Да не моя она, товарищ Сталин. — Кирилл вздохнул. — Она наша. Советская. Девочка не раздумывала ни секунды, когда вытаскивала детей из горящего дома. Сама обожглась, чуть не погибла, а детей спасла. У таких людей есть лишь одно слабое место. Им реально задурить голову и доказать что чёрное это белое, и сыграть в тёмную. Но вот чтобы этого не произошло, мы и работаем с ними. Повышаем психологическую устойчивость, объясняем принципы управления сознанием.

А вообще, это проблема. Серьёзная. Вы представьте себе, что вдруг появляется такой персонаж. Красивый, убедительный и весь из себя правильный. И рассказывает всем, что на самом деле, страной нужно управлять по-другому. Что мы все кровавые чекисты, а он весь такой красивый и он-то точно знает как надо. Находит какие-то факты, что-то подтасовывает, что-то умалчивает. И вот уже в нестойких умах сограждан создаётся информационный фантом. Это ещё не убеждения, и не программа действий, но влияние на разум и давление он обеспечивает. А уже через такое стёклышко всё воспринимается совсем по-другому.

Тащат воришку в отделение? Гражданин думает, что схватили честного человека несогласного с властью. Ну и так далее. Это сейчас доступ к информационным сетям сложный и громоздкий. А когда такой доступ будет лёгким и простым?

Уже сейчас на нашей границе работают вражеские радиостанции на русском языке, разбрасываются листовки, печатаются подпольные газеты. Это только первые порывы будущего информационного шторма, который уже в шестидесятые опрокинет нашу идеологию навзничь.

— И как, по-вашему, с этим нужно бороться? — Сталин внимательно посмотрел на пачку Герцеговина-флор и начал набивать табак в трубку.

— Только правдой. Если мы, государство рабочих и крестьян, страна, которая победила царизм и разруху, начнём лгать, то это будет началом конца.

Никаких закрытых процессов по политическим статьям. Статистика по тюрьмам и лагерям в открытом доступе. Разъяснительная работа по всем спорным местам во внутренней и внешней политике. Проиграли в Испании — объяснить почему. Выиграли в Монголии — поменьше победных реляций, побольше простого рассказа о быте солдат и командиров, а главное — почему мы удобряем советскими людьми чужую землю.

Кого поймали на лжи, сразу — оргвыводы. Чтобы ложь стала самым страшным грехом в жизни. Чтобы даже для уголовника, враньё было отягчающим обстоятельством. На коротких отрезках ложь иногда выгоднее. Но в исторической перспективе это только отсроченный провал. Советский Союз убила не экономика, не сто сортов колбасы в заграничном магазине. Убила ложь. Кто-то корячился за сто рублей от рассвета до заката, вечером смотрел телевизор, где показывали, как всё должно быть правильно, а вечером видел как дети работников центрального комитета и первых секретарей, рассекали на дорогих машинах, ни в копейку не ставя наши законы.