Чтение онлайн

Город строил тот же трест, который занимался возведением Дворца Советов, и работали они быстро и качественно. Новикову, который раз в неделю приезжал проверить ход работ, оставалось только удивляться тому, как быстро меняется пейзаж на стройплощадке.

Главное Управление Лагерей а точнее Дмитровлаг предоставил более пяти тысяч человек работавших на строительстве, что ещё больше ускорило процесс.

Проектирование всего города взяли на себя Лев Владимирович Руднев, и Дмитрий Николаевич Чечулин — знаменитые советские архитекторы и лауреаты Сталинской премии.

Город, во всяком случае, на макете, выглядел, словно картинка с выставки, и Кирилл старался не лезть в архитектурные дела, настояв лишь на том, чтобы энергоподстанцию и подводящий кабель упрятали под землю. Кроме того, на нескольких зданиях были предусмотрены площадки под зенитки, а госпиталь имел кроме трёх надземных еще столько же подземных этажей, разделённых мощной бетонной защитой. Так же аварийное водоснабжение города осуществлялось из артезианских источников, а очистные сооружения принимавшие воду из реки тоже были убраны с поверхности. Всё это значительно удорожало проект, но архитекторы лишь кивали головой, внося изменения, получив своеобразный «карт-бланш» на итоговую стоимость всего комплекса.

Тут же, на территории города возводились цеха будущего опытного станкостроительного и тракторного заводов, планировались филиалы ГОИ, НИИ-3 занимавшегося ракетной тематикой и других институтов. Сталин, говоря о том, что собирается построить настоящий наукоград, вовсе не кривил душой и как видно собирался сконцентрировать все новейшие разработки в одном месте. Казармы и полигоны Корпуса располагались вокруг будущего города, обеспечивая таким образом, повышенную защиту и охрану секретов.

Сапёрные подразделения бригады уже давно переселились поближе к месту стройки и помогали строителям в рытье котлованов, и заодно утилизировали старые боеприпасы.

Для хранилищ и складов Новиков предложил возводить купольные своды из железобетона, заливая каркас прямо на земле, и поднимая потом с помощью огромных надувных мешков. Благодаря этому, склады корпуса подняли буквально за неделю, и уже к концу зимы, начали потихоньку перевозить имущество из Монино.

Весной были завершены работы на подземных сооружениях, и строители приступили к возведению основных зданий нового города. К этому времени весь периметр был уже принят под охрану войсками НКВД, и даже для того, чтобы попасть на стройплощадку, нужно было преодолеть три поста, и иметь специальный пропуск, предъявляемый вместе с паспортом.

А жизнь в стране шла своим чередом. Сталин, наконец, пришёл к решению относительно Украинской СССР, и специальным указом СНК, и решением ЦК, республика расформировывалась. Теперь там будут лишь области РСФСР, и даже без прав автономий, которые тоже потихоньку прикрывались. За прошедший год закончились Башкирская, Татарская и несколько других автономных республик, и переведены в статус областей.

Как ни странно, но республики Средней Азии, тоже захотели полностью присоединиться к России, но Сталин был категоричен, и они так и остались Хивинской и Бухарской республиками. А вот на Украине попытались поднять голову националисты, но НКВД не зевало, и ГУЛАГ получил более десяти тысяч новых работников.

Вместе с географией начались перемены и в политике. Тотальная переаттестация политработников армии и агитационных органов партии, не обошлась без уголовных дел, и оргвыводов, а кое-кто надолго застрял в кабинетах следователей рассказывая подробно о различного рода неформальных связях между партработниками.

Военнослужащие корпуса частенько выезжали по заявке центральных органов, превратившись явочным порядком в ударный кулак партии.

Но более всего Кирилла занимала учёба агитационных троек. Опытный агитатор с приличным партийным стажем, чаще всего — красноармеец Гражданской войны, комсомолец (комсомолка) и специалист-производственник получали специальную подготовку владения оружием и рукопашного боя. Также им преподавались документооборот, начала криминалистики и психологии. Львиную долю курсов пришлось писать Новикову, так как преподаватели того времени не понимали, как это возможно — объяснить за час признаки вранья у собеседника, и начинали растекаться водой по стеклу в попытке объять необъятное. Кроме того, Новиков придумал давать руководителям новой структуры более углублённое знание, а старшим командирам, ещё более детализированное знание, чтобы они во всём превосходили своих подчинённых.

Мехлис который долго кривился от одного упоминания Новикова, через какое-то время сам сел за парту, чем заслужил немало очков перед Кириллом.

Задачи, которые ставились перед контролёрами далеко выходили за рамки собственно разъяснения политики партии и ответов гражданам на самые злободневные вопросы. Кроме этой безусловно нужной работы, в задачах троек был сбор информации самого широкого спектра о работе предприятий и организаций на всей территории Союза, для последующего принятия решений. Партконтроль в этой работе выполнял лишь функции координатора и основной базы для всей работы Наркомата Рабочего контроля. А основное политическое прикрытие осуществляло политбюро ЦК ВКП(б).

В газетах начали появляться статьи, посвящённые различным спорным моментам истории, а для школ готовилась новая редакция учебников, и вводилась новая дисциплина «история» [92]

Поворот был довольно крутым, и всё же рассчитанным на некоторое время, чтобы граждане смогли адаптироваться к новой политике, но всё равно эффект сказался довольно быстро, и совсем не там где Новиков мог предположить.

В начале весны, когда снегопады сменились оттепелью, его вызвал к себе Берия и положил на стол перед Кириллом толстую пачку папок.

— Забирай. — Лаврентий Павлович снял пенсне и начал неторопливо протирать его бархатной тряпочкой. — Тут несколько офицеров Особого Делопроизводства сиречь разведки Российской Империи, и полицейского департамента. Все проверки они прошли, но как сам понимаешь окончательный выбор за тобой.

— Персональный вызов? — Новиков скупо улыбнулся. — Сделаю товарищ комиссар госбезопасности. А чем эти люди так приглянулись вам, что их нужно вводить в совершено секретный проект?

— Ты сам это начал. — Сухо ответил Берия. — Теперь те, кто нам поверил, возвращаются на Родину, и мы просто обязаны дать им шанс.

— Хорошо. — Новиков коротко кивнул, и размашисто расписавшись в приёмке документов, сгрёб папки и вопросительно посмотрел на начальство.

— Иди, правдолюб. — Берия вздохнул, и когда дверь кабинета закрылась, ещё долго смотрел невидящим взором, словно силился разглядеть что-то в грядущем.

Группа мужчин в лёгких не по сезону пальто сидела в небольшом зале для штабных совещаний и негромко переговаривалась между собой. Тут были и жандармские офицеры, и разведчики много лет отдавшие своему делу, оказавшиеся за границами России после октябрьского переворота.