Талисман мага
Шрифт:
«Я его застрелил».
Темный брат засмеялся.
«Ну, спасибо, тебе… Ральф. Никогда не думал, что день моей смерти окажется счастливейшим днем в моей жизни».
«Почему ты не позвал на помощь?» — перешел к делу Ральф, стараясь скрыть шевельнувшуюся в душе неприязнь оттого, что С'дино так обрадовался смерти Великого Магистра.
«Сразу видно, что ты не отсюда, — говоря это, адепт очень искусно зондировал ментальный барьер разведчика. — Мы не могли с тобой где-нибудь повстречаться, Ральф?»
«Вряд ли. Лучше скажи, ты пытался выйти на поверхность?»
«Пытался. — С'дино уже оставил бесполезные попытки проникнуть в мысли разведчика. — Если тебе интересно: оба выхода завалены».
«А третий?»
«Лабиринт С'каро? Раньше я знал к нему дорогу… но потом почему-то… забыл…»
«Раньше об этих коридорах, правда, знали еще несколько человек, но теперь их можно больше не опасаться…» — вспомнил Ральф слова отца.
«С'дино!»
Еще недавно такая яркая сине-фиолетовая звездочка-сознание выглядела теперь совсем тусклой и пульсировала часто и нервно.
«С'дино, если ты меня слышишь! Потерпи немного, я скоро…»
Первым побуждением Ральфа было действительно броситься на помощь, однако он взял себя в руки: не хватало еще заблудиться. Кроме того, темный брат что-то говорил о завале. Нет, так получится только медленнее. Разведчик выключил прибор, взял факел и вышел в лабиринт.
На этот раз, наученный горьким опытом, Ральф был более внимателен — впрочем, никто и не подумал бросаться на него из темноты. Что касается вновь образовавшегося подземного «озерца», то разведчик даже не стал разуваться — слишком мелко и недалеко, чтобы промокли сапоги. А миновав его, пошел уже гораздо смелее: если кому-нибудь и вздумается его преследовать, охотника обязательно выдаст плеск воды. Однако то ли под землей кроме волка-неудачника никого больше не было, то ли Ральфу просто повезло, но за спиной разведчика так и не раздалось ни одного подозрительного звука.
— С'дино? — услышав имя адепта, Тэн мгновенно проснулся. — Знаешь, если бы это зависело от меня, он стал бы последним, кого бы я захотел спасти.
— А С'вик? — напомнил Ральф.
— С'вик всего лишь хотел власти.
— Чего же тогда хотел С'дино?
Тэн опустил глаза.
— Как тебе сказать…
— Да уж, пожалуйста, потрудись.
— Хорошо. — Тэн вздохнул. — После того, как однажды С'каро избил его чуть ли не до полусмерти, он больше не смел, но до этого… В общем, ему нравятся мужчины.
Ральф только присвистнул: ничего себе, как может изменить человека недельное пребывание под землей!
— Поднимай десантников — наши, хоть убей, откапывать его не станут, — подытожил Тэн.
«Сразу видно, что ты не отсюда, Ральф…» — вспомнил разведчик. Так вот почему С'дино даже и не пытался звать на помощь.
— Ясно. Скажи-ка, а ты представляешь, что значит быть похороненным заживо? — как мог спокойно, спросил Ральф.
«Ну, если ты сейчас подумаешь: „Туда ему и дорога…“ — держись, мало не покажется!» — решил он про себя.
Глаза Тэна превратились в щелочки. Он пытался помешать разведчику проникнуть в свое сознание, но силы были слишком неравные: Ральф очень скоро одержал верх, а после минутной «инспекции» несколько раз ударил. Тэн не издал ни звука — только сжался в комок и замер.
«Яблочко от яблони…» — Впрочем, молодой человек всегда испытывал по отношению к покойному С'каро слишком противоречивые чувства.
— Сердишься на меня? — спросил, немного подождав, Ральф.
— Немного. — Тэн медленно распрямился.
— Мне понравилось, как ты держался. Еще немного, и у тебя будет очень хорошая ментальная защита. Настоящая, — похвалил разведчик и, заметив, что губы Тэна начали невольно складываться в улыбку, добавил: — Не надо никому желать смерти. Возможно, тебе когда-нибудь даже придется убить самому — если не будет другого выхода, — но желать… Запомни: никому и никогда. Не знаю почему, но я это чувствую.
Юноша кивнул.
В отличие от Тэна, Алекс даже не стал ни о чем спрашивать: разбудил подчиненных, и вскоре десантники уже шагали в сторону бывшей комнаты бывшего Главы Серебряного Круга; и разведчик, который совсем недавно шел здесь один, смог по-настоящему оценить, насколько приятно ощущать у себя за спиной подобную поддержку.
Немало он порадовался, когда десантники разбирали преградивший дорогу завал: семерым карателям понадобилось всего около получаса — можно было себе представить, сколько времени провозился бы Ральф. И еще — глядя в спину Тэна, который уверенно двигался по коридорам разгромленного Дома Серебряного Круга: без него можно было плутать здесь хоть до утра. Только вот вопрос: протянул бы столько времени умирающий? Ральф даже не был полностью уверен, жив ли С'дино сейчас: на мысленные обращения темный брат не отвечал. Оставалось надеяться, что он без сознания.
— Здесь. — Тэн остановился у одной из целого ряда абсолютно одинаковых дверей. — Это его комната, — в голосе молодого человека промелькнула едва заметная нотка презрения. Он дотронулся рукой до стены, видимо, пытаясь привести в действие какой-то механизм, однако результата не последовало. — Закрыто с той стороны.
Майер выразительно посмотрел в сторону Уве — рыжий десантник ответил так же одними глазами и, встав на место Тэна, толкнул дверь плечом. Безрезультатно. Алекс не спеша отхлебнул из своей верной фляги. Тогда, приняв позу поудобнее, Уве навалился уже изо всех сил, и только после этого дверь, как бы нехотя, начала медленно подаваться, будто была забаррикадирована. Еще, еще… Стоявшие поблизости невольно сморщились. Радовало лишь то, что пахло здесь не смертью — пахло как раз жизнью. Во всяком случае, недавней. Подняв над головой факел, Ральф первым вошел в комнату.
Действительно, вся имевшаяся в комнате мебель, включая даже кровать, на которой находился сам хозяин, была придвинута к двери (интересно, кого боялся С'дино?); через весь потолок проходила трещина — оттуда капала вода, просачиваясь в другую щелку, уже на полу.
— Посвети… — Марта склонилась над неподвижным адептом. — Еще кто-нибудь: плохо видно. — Она безо всякой брезгливости откинула одеяло и взялась за пульс.
— Жив?
— Похоже, да.
Пока Марта торопливо доставала что-то из сумки, разведчик разглядывал бледное, словно восковое, лицо то ли мальчика, то ли старика. Трудно было даже представить, будто этот полутруп всего пару часов назад мог войти в сильнейший экстаз, мог отвечать на чьи-то мысленные послания.