Чтение онлайн

— Идиот!!!

Ошеломленный, Джек обернулся и посмотрел вслед удаляющемуся вниз по склону холма автомобилю, который направлялся к деревне Оутли.

Расположенная в низине, Оутли состояла из двух улиц. Первая, продолжение Милл-роуд, упиралась в большую автостоянку перед воротами какого-то огромного строения — фабрики, как решил Джек. За строением улица начиналась снова, заставленная брошенными вдоль обочины машинами — их можно было узнать по разноцветным бантикам на антеннах, с забегаловками с постной пищей — никакого сравнения с «Большой кормящей грудью Америки», с площадкой для игры в кегли, бакалейными лавками и автозаправочной станцией. Далее Милл-роуд тянулась по деловой части поселка, состоящей из пяти-шести кварталов старых двухэтажных кирпичных домов, около которых были припаркованы автомашины. Вторая улица, по всей видимости, была местом сосредоточения самых важных зданий Оутли — огромных каркасных строений с балконами и длинными ухоженными газонами. В месте пересечения этих улиц располагался светофор. В то время, как он мигал своим красным глазом, другой светофор, кварталах в восьми от него, около обшарпанного дома с множеством окон, который мог быть одновременно и психиатрической лечебницей, и высшим учебным заведением, зажигал зеленый. Во все стороны от центра разбегались маленькие домики вперемежку с большими безымянными зданиями, обнесенными высоким частоколом.

Большинство окон на фабрике было выбито. Вдоль дороги также попадались дома с фанерными щитами вместо стекол. Груды мусора и мятой бумаги валялись почти в каждом дворе. Даже правительственные и важные государственные здания выглядели неряшливо с их заляпанными известкой балконами и широкими трещинами в стенах. Брошенные автомобили только усугубляли впечатление.

Джек почти решил покинуть Оутли и направиться в Догтаун, но это означало, что ему снова придется идти через темный тоннель. Просигналила машина, и этот звук навеял на Джека чувство тоски и одиночества.

Вблизи местечко выглядело еще мрачнее, чем с холма. Продавцы подержанных машин лениво выглядывали из окошек своих будок, даже не думая о том, чтобы хоть раз за день встать с насиженного кресла. Флажки болтались скучно и уныло. Единственное, что могло вызвать улыбку, — это глупые надписи на рекламном щите: «НЕ ПРОХОДИТЕ МИМО! ФАНТАСТИЧЕСКАЯ ПОКУПКА! ЛУЧШИЕ АВТОМОБИЛИ ЗА НЕМЫСЛИМО НИЗКИЕ ЦЕНЫ!» Никто никогда не укрывал этот щит от дождя, и краска местами отсырела и облезла. На улицах почти не было людей. По дороге к центру Джек повстречал старика с запавшими щеками и серой кожей, который никак не мог справиться с пустой торговой тележкой. Когда они поравнялись, старик испуганно прокряхтел что-то, обнажив при этом черные зубы. Он что, решил, будто Джек хочет стащить его тележку?!

— Простите, — пробормотал Джек. На душе стало еще пакостнее.

Старик попытался лечь на свою тележку сверху, дабы защитить ее от похитителя, продолжая демонстрировать врагу свои мерзкие черные зубы.

— Простите, — повторил Джек. — Я просто иду ми…

— Оштафь мою телешку ф покое! Оштафь! — прошамкал старик, и слезы ручьем потекли по щекам.

Джек поспешил удалиться.

Двадцать лет назад, в середине шестидесятых, Оутли процветала. Относительно хорошее состояние дороги за чертой деревни осталось еще с того времени, когда у всех было много денег, горючее стоило недорого и никто не слышал термина «побочные доходы», потому что всем хватало основных. Люди вкладывали свои капиталы в ценные бумаги, покупали маленькие магазинчики и держали нос по ветру. Те несколько квартальчиков, где сейчас находился Джек, выглядели весьма оптимистично и вселяли надежду. Но в фешенебельных ресторанах сидели только несколько ленивых подростков, потягивающих дорогие коктейли, а в широких витринах магазинчиков висели такие же рекламные плакаты, как и на автомобильном рынке: «НЕ ПРОХОДИТЕ МИМО» и т. д. Джек не заметил ни одного дорожного указателя и пошел дальше наугад.

Деловая часть Оутли выглядела еще мрачнее, чем другие районы, несмотря на пестрые цвета, оставшиеся с периода шестидесятых. Проходя через пустынные кварталы, Джек почувствовал, что рюкзак становится все тяжелее, а сам он едва передвигает ноги. Но здесь оставаться нельзя, и все равно лучше идти в Догтаун, хоть он смертельно устал и дорога опять проходит через тоннель. Ведь если разобраться, то не было и быть не могло никакого человека-волка, прячущегося в темноте. Никто не рычал и не бросался на него. Просто Долины повредили его рассудок. Сначала полумертвая Королева, потом этот мальчик с изуродованным лицом… И еще Морган, деревья. Но ведь он был здесь, где ничего сверхъестественного не может случиться. Здесь, где жизнь течет своим чередом.

Он стоял у длинного грязного окна, над которым крупно и четко было написано: «МЕБЕЛЬНЫЙ СКЛАД». Джек прижался носом к стеклу, заслонившись руками от солнечного света, и заглянул внутрь. В пятнадцати шагах от двери он увидел софу и несколько кресел; каждое было накрыто белой материей. И больше ничего. Джек отправился дальше, надеясь найти себе какую-нибудь пищу.

В нескольких шагах от него стояла машина. В ней было четверо мужчин. Мгновение спустя Джек увидел, что у машины, древнего черного «де сото», имеющего такой вид, как будто по нему проехался Бродерик Крофорд, нет колес. К ветровому стеклу была прицеплена карточка, пять на восемь, с надписью: «КЛУБ ХОРОШЕЙ ПОГОДЫ». Люди внутри, двое спереди и двое сзади, играли в карты. Джек подошел поближе.

— Прошу прощения, — начал он, и ближайший к нему игрок обратил на него взгляд своих серых рыбьих глаз. — Вы не знаете, где…

— Отстань, — ответил человек. Его голос звучал давяще и холодно. Лицо, обращенное к Джеку вполоборота, было сплошь испещрено прыщами и шрамами и слегка деформировано, как будто в детстве кто-то на него наступил.

— Я только хотел спросить, не знаете ли вы, где можно найти работу на пару дней?

— Попытайся в Техасе, — ответил человек на сиденье водителя, и остальные трое громко заржали, разливая пиво на свою одежду и карты.

— Я сказал тебе, мальчик, отстань! — повторил сероглазый с помятым лицом. — Или мне придется помочь тебе уйти.

Он не шутил. Если Джек останется здесь еще хоть секунду, терпению мужчин придет конец, они выйдут из машины и изобьют его до полусмерти. А потом снова сядут на свои места и откроют новые банки с пивом. Ими был усыпан весь пол. «Роллинг рокс», — прочитал Джек. Пустые банки валялись как попало, полные были еще в пластиковых упаковках. Джек отступил назад, и рыбьи глаза отвернулись от него.

— Ну что ж, попробую поискать в Техасе, — сказал он. Ему показалось, что дверца «де сото» скрипнула, открываясь, и он ускорил шаг. Но это всего-навсего один из игроков откупорил новый «Роллинг рокс».

Хлоп! Пшш!

Джек шел не останавливаясь.

Он дошел до конца квартала и оказался на второй улице Оутли, у увядающего газона с желтой травой. Стеклянные фигурки оленей, расставленные среди мертвых травинок, попали сюда как будто из Диснейленда. Пожилая бесформенная женщина с мухобойкой в руках уставилась на него с балкона.

Джек отвернулся от ее подозрительного взгляда и увидел перед собой последнее из безжизненных кирпичных зданий Милл-роуд. Три широких шага, и он у полуоткрытой двери. Длинное темное окно с непонятной вывеской «Будвайзер». Тут же, немного правее, еще одна вывеска: «ДИСКОТЕКА АПДАЙКА». А на несколько дюймов ниже, на такой же карточке, как и на «де сото», пять на восемь, от руки были написаны слова: «ТРЕБУЕТСЯ РАБОТНИК». Джек снял с плеч рюкзак, повесил его на руку и поднялся по ступеням. Мгновенная смена яркого солнечного света на темноту помещения напомнила ему тоннель на Милл-роуд и увитые плющом деревья.