Чтение онлайн

«Тэйпуорм» («Солитер») представлял собой брезентовый пожарный рукав длиной 457 м, заполненный пластической взрывчаткой (при этом первые 15 метров шланга были заполнены песком, чтобы защитить от взрыва танк-буксировщик). «Тэйпуорм» подвозили на прицепе к краю минного поля, цепляли к «Шерману» и размещали на минном поле. Часто это было опасным мероприятием, поэтому «Тэйпуорм» не пользовался большой любовью.

Более впечатляющим стало устройство, которое называлось «Конгер» («Морской угорь»). Устройство состояло из пропитанного неопреном брезентового шланга длиной 300 м, емкости с жидкой взрывчаткой, полученной из нитроглицерина, бутылей со сжатым воздухом и 127-мм пусковой установки. Все это перевозилось на гусеничном транспортере с открытым верхом. Транспортер буксировали танком «Шерман» к краю минного поля. С помощью пусковой установки шланг выстреливали на место. Затем, используя сжатый воздух, шланг заполняли взрывчаткой и взрывали – если он не взрывался сам, что довольно часто происходило. «Конгер» использовался в Нормандии и в Германии, но мало кто из тех, кто его применял, ему верил. Позже появились инертные взрывчатые вещества, поэтому процесс стал более безопасным. У «морского угря» появились наследники (MICLIC – удлиненный подрывной заряд разминирования в США и «Джайнт Вайпер» («Гадюка»), которые используются и сейчас.

Большинство средств разминирования на базе танка «Шерман» никогда не выходило за стадию опытного образца, так .же как не удалось создать танк, совершенно не поддающийся действию мин. Первый танк-тральщик Т14 представлял собой переработанную версию М4, у которой была увеличена толщина брони днища и модифицирована ходовая часть. Испытания в Абердине показали, что впереди еще много работы. В результате появилась новая модель – М15 с более толстой литой броней, приваренной к днищу корпуса, и коваными опорными катками, частично защищенными бронеплитами, закрепленными на спонсонах. Башню сняли и заменили на 25-мм плиту из катаного броневого листа с прибором наблюдения и небольшим овальным люком. Единственным усовершенствованием в механической части стало оснащение машины главной передачей с коэффициентом 3,36 : 1 от М4А3Е2, в результате чего скорость 33,2-тонного танка-тральщика составила 29 км/ч. Вторая версия с более тяжелыми компонентами подвески и траками получила обозначение Т15Е1. Появились также планы разработки версии Т15Е2 с бронированным днищем толщиной 50 мм. но эта машина так и не была построена. Испытания на Абердинском полигоне показали, что машины по- прежнему уязвимы перед тяжелыми противотанковыми минами. Работы продолжались и были остановлены лишь с окончанием войны.

Несмотря на опасность и ненадежность удлиненных зарядов, американская армия потратила немало сил для разработки собственного образца. Для транспортировки приспособили транспортер М10, сделанный на базе «Шермана». В состав «Дракона» Ml, как назвали устройство, входили шланг длиной 152 м и тонна десенсибилизированного нитроглицерина. Принцип действия был такой же, как у британского «Конгера». Вторую версию, «Дракон» М2, перевозили на облегченном «Шермане», экипаж которого был уменьшен до трех человек. Заряд представлял собой три отрезка шланга длиной от двух до двух с половиной метров (на транспортере они лежали параллельно друг другу). Шланг заполняли жидкой взрывчаткой из двухтонной емкости. Это было необходимо для проделывания достаточно широкого прохода в японских минных полях (японские противотанковые мины были не так чувствительны, как немецкие). Позже была разработана еще более безопасная версия удлиненного подрывного заряда, в которой использовалось пластическое взрывчатое вещество, которое лепили на нейлоновый шнур. На это натягивали матерчатый шланг, который через каждые 152 мм перевязывали веревкой. Получившийся предмет внешне напоминал гигантскую связку сосисок. Заряды можно было запускать с помощью ракетной установки, правда, тогда они должны были быть короче. Их укладывали на деревянные поддоны, которые затем обычные «Шерманы» буксировали к границе минного поля, где опять передавали саперам.

Разрабатывалось множество вариантов устанавливаемых на танках «Шерман» устройств, предназначенных для доставки взрывчатых зарядов разминирования. Лучшим стало, по-видимому, устройство под названием «Пэнкэйк». Оно представляло собой транспортерную ленту длиной 7 м (две ленты устанавливались на бортах танка), установленную так, что ее второй конец находился на высоте 3,35 м над землей. На ленты через отверстия в спонсонах подавались кумулятивные заряды в 6,8 кг тротила с натяжной проволокой. Когда заряд достигал конца транспортерной ленты, он падал, повисал над землей на натяжной проволоке и взрывался. В танке помещалось до 150 зарядов, которых хватало для разминирования полосы длиной 245 м. Успешные испытания устройства прошли в феврале 1945 года, но было решено, что оно уступает как «Пэнкэйку», так и многоствольной пусковой установке Т59.

155-мм самоходная артиллерийская установка на шасси танка «Шерман». Италия, лето 1944 г.

С некоторых канадских танков «Рэм» снимали башни и переделывали в бронетранспортеры, которые получили название «Кенгуру».

Уровень потерь танков в бою мог быть очень высоким, но количество поврежденных машин всегда значительно меньше количества безвозвратно потерянных. Естественно, сначала для буксировки поврежденных танков с поля боя использовались другие танки, но они, как правило, плохо подходили для этой роли. В 1942 году американская армия с переменным успехом начала эксперименты по переделке средних танков в артиллерийские тягачи (см. ниже). Вскоре стало ясно, что получившиеся машины могут использоваться в качестве машин для эвакуации танков с поля боя. Уже в конце сентября 1942 года был выдан заказ на переделку 750 танков М3. Позже в эвакуационные машины начали переделывать танки МЗАЗ и МЗА5 (со спаренным дизельным двигателем GMC 6046). Эвакуационные машины первого поколения получили обозначение Т2, а после принятия на вооружение – М31 (позже стали добавлять индексы В1 и В2, чтобы можно было различать версии). Они были очень похожи друг на друга, за исключением того, что отбор мощности для лебедки челюстного типа шел через трансмиссию бензинового двигателя или напрямую с дизелей. Эвакуационные машины были оборудованы укосинами, которые устанавливали на месте башни 37-мм пушки (машины имели фальшивые танковые башни с фальшивыми пушками), с парой двуногих стоек, при этом опоры укосины в походном положении располагались в кормовой части корпуса машины (когда укосина могла поднять груз весом 4,55 т). Их можно было расположить на земле в том случае, если допускаемая рабочая нагрузка увеличивалась втрое. Трос лебедки мог идти либо непосредственно от машины к носу или корме, либо пропускался через шкив укосины. Мощность лебедки составляла 27,3 т. На М31 сохранился курсовой пулемет. В машине находился также съемный пулемет М1919, который в случае необходимости надо было устанавливать на поворотный механизм фальшивой башни.

В марте 1943 года стало ясно, что количество предназначенных для переделки танков М3 ограничено и что использование их вместе с боевыми танками М4 создает проблемы для тыловиков. В следующем месяце Артиллерийско-технический комитет приказал начать переделку танков М4 всех модификаций в эвакуационные машины Т5 с простой неподвижной башней, сваренной из катаного броневого листа. В башне предусматривалась установка 12,7-мм пулемета. Кроме того, в носовой части корпуса был установлен 81 -мм миномет (предназначенный, главным образом, для пуска дымовых мин). Машина сохранила курсовой пулемет. Укосина теперь представляла собой простую А-образную конструкцию, установленную на стыке передней крышки и верхней передней наклонной броневой плиты. Ее поддерживала небольшая А-образная рама, установленная на корме. В таком положении укосина использовалась для буксировки танков, ее можно было также установить спереди. Испытывалась также эвакуационная машина Т7, у которой башня отсутствовала, но она была признана не соответствующей требованиям. В начале июня 1943 года эвакуационная машина Т5 была принята на вооружение и получила обозначение М32. Индекс В использовался для идентификации версий машины, оснащенных различными силовыми агрегатами. До конца Второй мировой войны удалось выпустить более 1500 машин, кроме этого было выпущено 800 машин на базе танка М3. Позже на шасси М4 была разработана машина М74, значительно превосходившая М32 по своим возможностям. Британская армия также переделывала канадские танки «Рэм» и М3 «Грант» в эвакуационные машины, при этом выпуская машины на базе танка «Шерман» – AVR 1 и AYR II.

Машины были разработаны специально для применения на пляжах Западной Европы и могли вытаскивать танки при сильном прибое во время морских десантных операций. AVR могли работать при волнах высотой до трех метров, а в состав экипажа входил опытный ныряльщик, который должен был надевать буксирный трос. Британцы построили около 50 машин, и некоторые из них оставались в строю и после окончания войны.

Неудачная попытка прорыва с приморского плацдарма в Дьеппе в ходе провалившейся операции «Юбилей» в августе 1942 года выявила необходимость разработки бронированных инженерных машин, предназначенных для проделывания проходов в заграждениях во время амфибийных операций. Поэтому в Великобритании танки «Черчилль» (не в последнюю очередь из-за больших габаритов и внутреннего объема) начали переделывать в саперные танки. В феврале 1943 года американские инженерные войска'тоже заявили о необходимости разработки подобной машины. Для испытаний было выбрано место рядом с базой подготовки амфибийных сил в Форт-Пирсе, штат Флорида. Через шесть месяцев испытаний было дано разрешение на пробную переделку нескольких «Шерманов». У первого танка, М4А3. было снято орудие, а на его месте установили две дверцы толщиной 25 мм. Стеллажи для хранения боеприпасов убрали, а в правом спонсоне между средней и задней тележками вырезали второй люк. Были приварены поручни и подножка. Машина была также оснащена бульдозерным отвалом Ml. И, наконец, на кронштейн над башней установили экспериментальную 20-трубную пусковую установку Т2 для 190-мм ракет.

Скоро стало ясно, что иметь дверцы в лобовой части башни неудобно и очень опасно в боевой обстановке и что ослабление броневой защиты в самом уязвимом месте танка может привести к гибельным последствиям. Поэтому в опытном образце на место пушки установили стальную заглушку, но станок, щит и подъемный механизм оставили. Вместо дверцы в лобовой части сделали второй бортовой люк – в левом спонсоне, немного впереди средней тележки. Этот танк оснастили многоствольной пусковой установкой Т64 (версия установки Т40/М17, см. ниже), которая имела направляющие значительно большей длины. Пусковая установка была связана с орудийным щитом с помощью поворотной консоли, поэтому ее можно было поднимать и опускать (в ходе испытаний выявились недостатки этой конструкции, поэтому устройство заменили; см, ниже. Обычные танки также оснащались многоствольными ракетными установками для использования их в привычной роли, а не для постановки дымовой завесы, как это предусматривалось для бронированных инженерных машин. Ниже мы вернемся к этому вопросу).

Первоначально задумывалось, что задачи бронированных инженерных машин будут немного выходить за рамки доставки саперов на позиции, с тем чтобы они вручную устанавливали заряды. Предусматривалось, что в машине будет находиться экипаж в составе двух человек и команда из четырех подрывников, а также 454 кг пластического взрывчатого вещества в платформе башни и прочие необходимые предметы, размещенные в правом спонсоне и под полом башни. Основной план предусматривал, что три сапера снимают либо устанавливают мины, а четвертый их подстраховывает. Вместе с танками было испытано множество различных приспособлений, в том числе бронированный прицеп, в котором можно было перевозить тонну взрывчатки, различные салазки для транспортировки взрывчатки и средства установки зарядов, перевозимых на бульдозерном отвале.

Испытания новой машины шли очень медленно, и удивляться этому не приходится, если учесть отношения внутри американского военного руководства, которое не могло решить, как машины должны распределяться и как они сообразуются со штатным расписанием. В результате, несмотря на то, что было разрешено переделать в общей сложности 100 машин, до конца войны были готовы только две – да и те находились не далее порта погрузки. У британцев ситуация выглядела совершенно по-другому. К началу высадки в Нормандии они имели три полка в составе 60 саперных танков каждый, объединенных в 1-ю Королевскую десантную инженерную бригаду. В итоге американские саперы были вынуждены добираться до цели «на своих двоих», имея при себе лишь столько подрывных зарядов, сколько способен перенести один человек, а их британские коллеги эффективно использовали модифицированные «Черчилли».