Тайна графа Эдельмута
Шрифт:
Решили так: Эвелина со свечой пойдет на разведку — посмотреть, что там — в другом крыле замка. А Марион с котом подождут здесь.
Пообещав скоро вернуться, Эвелина ушла. А Марион, раздумывая над тем, считать ли везением, что именно ее взяли в служанки к ее сиятельству, или не считать, гуляла по коридору — туда-сюда, туда-сюда… Пока, завернув за угол, не столкнулась лицом к лицу с графом Шлавино.
— О-о-о! — только и могла она сказать, став бледнее лебедя.
Вид, однако, у его сиятельства был крайне мирный: небесно-голубой шлафрок, белоснежный ночной колпак с помпоном. Выглядело так, будто его колдовское сиятельство вот-вот собирались лечь в постель.
— Что, — сказал он, поводив свечой во тьме за спиной служанки, — госпожа спит?
— Ага… — От испуга Марион охрипла.
— А ты, — поинтересовался он, продолжая вглядываться мимо нее в угол, где вырисовывалась дверь в спальню Эвелины, — чего тут ходишь?
— Мы… — взволнованно прохрипела Марион, — тут… с котом… ловим мышей.
— Ага, — покивал граф рассеянно, не сводя глаз с двери спальни. — Ловить мышей — хорошее дело… Только сейчас поздно уже… Спать идите, спать… Все мыши спят давно…
Он даже был так любезен, что посветил Марион до ее каморки. Пожелал спокойной ночи и приятных сновидений.
Вслед за этим, резко развернувшись, устремился обратно к спальне.
…Сидя в своей каморке, Марион терзалась сомнениями. С одной стороны, господин приказал спать, и Марион рада была бы уснуть и забыть обо всем. Но с другой стороны, госпожа велела ждать в коридоре.
И потом, как же быть, если ее сиятельство явится — а вместо нее, Марион, ее поджидает…
Несколькими мгновениями позже, обняв Фауля, она уже торопливо пробиралась по коридору налево…
«Мя-а-ау!.» — боялся Фауль. И перебирал в воздухе лапами, пытаясь бежать обратно.
Вот как странно. Спальня ее сиятельства была открыта. Кто ж в нее входил?..
Разъяснилось все быстро. Из спальни в коридор вылетел разъяренный граф.
Он не бранился и не махал кулаками. Но просто взглянул на Марион…
И служанку пробрал ужас. Ой, подумала она, ой-ой. И хотела вернуться в свою каморку… — спокойно спать и видеть приятные сны.
Но цепкий взгляд водянистых глаз удерживал на месте.
— Что-то угодно вашему сиятельству? — пропищала она как можно любезнее.
— Дай-ка мне, — сказал граф вкрадчиво, — твой чепец.
«Всего-то!» — обрадовалась девочка, облегченно вздохнув.
— Уж не смею спросить, зачем вашему сиятельству понадобился мой… — И сняла, стянула с себя поскорее…
То был не чепец.
А шляпка. И не ее, а куклы. С надписью на ленте: «От любящего папочки».
Глава 3
Про графский перстень, душевную женщину и монстра, который все-таки есть
Так быстро Марион не бегала еще никогда — за всю свою жизнь, уж это точно. Стучали башмаки, вызывая гулкое эхо в стенах каменных коридоров. Испуганно рычал кот, пытаясь перебраться на голову хозяйки.
Граф гнался следом, размахивая свечой и спотыкаясь о полы голубого шлафрока. И некуда было спрятаться и негде укрыться!
Самое жуткое было, что граф преследовал ее молча.
«Стой! — мог бы крикнуть он. — Погоди, отдай шляпку!»
Или, к примеру: «Остановись сейчас же, глупая девчонка, я надеру тебе уши!»
Или уж, в крайнем случае: «Стой, мерзавка, конец тебе пришел, я превращу тебя в крысу!»
Ничего этого он не сказал. А просто топал следом, тяжело дыша и хрипя от натуги.
Безмолвно.
И это, поверьте, было ужаснее всего.
Они бежали по той части замка, где Марион еще не привелось побывать. Именно тут-то, между белыми колоннами и большим гобеленом с рыжими лошадками, им и попалась Эвелина.
Та шла навстречу по коридору. Увидав Марион, радостно заулыбалась:
— Ах, как хорошо, что я тебя нашла! Я, знаешь ли, тут немножко заблудилась…
Далее ее сиятельство узрели графа. Свеча выпала из рук Эвелины, она тихо вскрикнула, подхватила юбки и припустилась прочь.
Где ты, славный сиротский приют, голые стены возлюбленной кельи, любезный сердцу гомон голодных девочек после завтрака в пятницу?
Жутким эхом отдавались их шаги в пустых коридорах замка. В полнейшей тьме, натыкаясь на холодные каменные стены, мчались они, сами не зная куда.
Увы, продолжалось это недолго.
Граф настиг обеих на лестнице. Дернулся вперед и поймал Эвелину за рукав.
— Спаси-и-ите-е! — в отчаянии закричала Эвелина, из последних сил пытаясь вырваться.
Совершенно напрасно. Потому что в ответ на ее крик послышалось обеспокоенное:
— Иду, иду! Кого спасать-то? — Переваливаясь на кривых ножках, к ним спешил жирный Упырь.
— …Все, девочка, — говорил граф, щелкая крышечкой одного из своих перстней. Из перстня на ладонь ему высыпалась горсть зеленого порошка. — Играть в прятки мы больше не будем. Я вижу, ты и так все знаешь. Не бойся, я не стану тебя убивать. Ты просто откроешь сейчас рот, проглотишь вот этот порошок — и…
Он не договорил, потому что споткнулся о Фауля.
Дело в том, что, пока шли споры, Фауль пытался пролезть меж графских ног. Совсем так ненавязчиво, совсем так, знаете ли, застенчиво… Однако, увы, попытка оказалась неудачной.
Нет-нет, кот не пострадал! Но ноги графа устоять не сумели: его сиятельство споткнулись, перекувыркнулись через голову, а зеленый порошок рассыпался по каменным ступенькам.
Пока граф катился вниз по лестнице, девочки и кот торопливо бежали вверх…