Чтение онлайн

Воцарилась тишина.

Ричард нервно прошелся по гостиной.

— Все это отвратительно. — Он повернулся к Джулиану: — Все слышали, что Харлан Уиттакер, твой партнер, предал тебя. Зачем он похитил Роксану?

Джулиан покачал головой:

— Роксана ему очень нравилась. Чтобы жениться на ней, он решил ее похитить. Другого способа добиться ее у него не было. Остаешься ты со своими жалкими попытками отомстить мне. Что мне с тобой делать?

Ричард молчал, опустив руки. Джулиан видел боль и несчастье в его глазах. На мгновение он также увидел мальчика, которого знал столько лет назад, полного смеха, готового к любому приключению, честного. Но Ричард больше не был мальчиком, а Лили мертва уже три долгих года. Джулиан махнул рукой в сторону дивана.

— Садитесь.

Лия, стоявшая все это время молча, опустив глаза, села и расправила юбки. Ричард, однако, остался стоять. Один.

— Я не буду спрашивать, хотите ли вы чаю. Теперь, Ричард, отвечайте моему сыну, — сказала Коринна.

Но Ричард молчал.

— Что думает об этом твой отец, Ричард? — спросила Роксана.

— Он очень огорчен этими… нападениями. Он проводит большую часть времени в библиотеке, один.

«Один, как и ты», — подумал Джулиан.

Софи придвинулась ближе к Джулиану, положила руку ему на плечо.

Бок его безумно болел, стоило ему шевельнуться. Но требовалось разобраться наконец в отношениях с Ричардом.

— Я помню, когда Лили умерла, твой отец сильно горевал. Он признался мне, что не верит, будто я застрелил ее, и продолжал общаться со мной, делился со мной печалью. Когда он попросил меня приехать в Хардкросс-Мэнор, я думал, он хочет убрать пропасть между нами.

— Я был очень удивлен и разгневан, когда он сказал мне, что ты приедешь и привезешь всех с собой. Как защиту? Я помню, как он улыбнулся и сказал, что ты наконец нашел новую жену — ее. — Он указал на Роксану. — Я написал ему о ней, видишь ли, и о том, как ты ею увлечен. Я понял, что теперь смогу заставить тебя страдать так же, как страдала моя семья. Но Роксана убежала от Маннерса. Черт побери, она чуть не убила его! — Он ударил кулаком по ладони. — Лучше бы она его пристрелила. Я не знаю, что он собирался делать, но я не хотел… — Он пожал плечами.

— Когда мы приехали в Хардкросс-Мэнор, барон Перли позвал меня в библиотеку и говорил со мной о моем отце, о том, каким он был замечательным человеком. Я был тронут, я всегда думал об отце, как о выжившем из ума старике, недостойном любви или уважения. Твой отец оживил его для меня, изменил мое отношение к отцу. Я почувствовал, как важны были я и мой отец для него. Я сел с тобой за стол ужинать с надеждой, что наши отношения наладятся, но ошибся.

— Знаешь, что сказал отец мне, своему единственному сыну? — произнес Ричард. — Он сказал, что пригласил тебя в Хардкросс-Мэнор ради меня. Что мне пора вернуться к жизни, что я стал слишком одержим, слишком одинок.

Лия заговорила, впервые с тех пор, как вошла в комнату:

— Почему вы так и не женились, Ричард? Вам тридцать два года, разве не так?

Ричард промолчал, даже не посмотрел на нее. Она продолжила:

— Ваш отец прав. Вы так и не сблизились ни с одной женщиной из-за одержимости мертвой сестрой — Лили. А я? Роксана была права, вы нашли меня в Йоркшире, и я попала в вашу сеть. Вы, должно быть, воображали себя очень умным, когда я приехала к вам из Лондона с сестрой и племянницей. Из моих рассказов о жизни в Лондоне вы могли узнать то, что вам нужно. Вики рассказала мне, как вам дорога была Лили, как она дорога вам до сих пор, и что если бы я надела ее платье, причесалась так же, надела проклятый медальон, я бы понравилась вам еще больше. Она знала: вся ваша предполагаемая любовь ко мне — только игра, не так ли? — Когда он покачал головой, Лия рассмеялась — резко, без всякой радости. — Все страсти в этой гостиной, все тайны должны были быть давно раскрыты, столько ужасных воспоминаний и столько вины. Эту вину можно поделить между всеми. Но в этой комнате только одна дура. — Она горько рассмеялась и показала на себя. — Посмотрите на меня, Ричард! Я похожа на вашу погибшую сестру?

Он пристально посмотрел на нее:

— Мне никогда не нравилось это платье.

Лия уставилась на него:

— Значит, вы признаетесь?

Он ничего не ответил.

— Будь я на вашем месте, я бы тоже молчала. Послушайте же правду, Ричард: все, что вы делали, это использовали меня. Почему же тогда вы хотите жениться на мне? Я не могу больше ничего рассказать вам. Ваше предложение было частью хитрого плана, чтобы убедиться, что я в ваших руках и сделаю все, что вы захотите?

Наступила тишина. Наконец Лия рассмеялась вымученным смехом, из-за которого Роксане захотелось вскочить и придушить Ричарда Лэнгуорта, но она знала — сестра сама примет решение.

— Что ж, вижу, вы не хотите отвечать мне, — продолжила Лия. — Вы не полный глупец, не так ли? Мне тоже не нравится это платье. А мои волосы? Прическа выглядит глупо.

— Ричард, понравились бы Лили ваши действия? — спросила Роксана. — Или она ужаснулась бы тому, что вы попытались сделать; тому, как вы перестали жить своей жизнью и утонули в горе столь разрушительном, что оно наполняет ядом самое ваше дыхание? Сказала бы она, что ваши поступки уже не имеют ничего общего с тоской по ней? Что вы не знаете ничего больше, заперты в своей ненависти и ненависть стала вами?

Ричард, нервно ходивший по гостиной, остановился.

— Лили поняла бы. Она всегда понимала; она любила свою семью больше, чем любила тебя, Джулиан. Я не одержим, черт вас побери, Роксана, не одержим.

— Вы собирались убить меня, Ричард? — спросила Роксана.

— Нет. Маннерс должен был отвезти вас на континент и оставить там. Клянусь, я ничего не говорил об изнасиловании.

Роксана подошла к нему, посмотрела ему в лицо и со всей силы ударила в живот. Он тяжело выдохнул и согнулся.

— Я не думаю, что вам было важно, что со мной сделает Маннерс. Вы трус, и вы не заслуживаете ничего хорошего в жизни. Моя сестра задала вам вопрос: почему вы все еще хотите жениться на ней после того, как так страшно ее использовали?

Лия вскочила. Она огляделась, потом остановила взгляд на Джулиане.

— Все из-за вас. Если бы вы не убили Лили, ничего этого не случилось бы. — Она повернулась к Ричарду: — Я согласна с Роксаной. Вы трус, Ричард, и у вас нет чести. Ваш отец прав. Ваше горе извратило вас. Что касается Вики — кто знает, о чем она на самом деле думает. Вы не здоровы, Ричард. Вы жалки.