Чтение онлайн

Лия вышла из комнаты не оглядываясь. Джулиан посмотрел на Ричарда:

— Думаю, я наконец понял, что случилось с Лили.

Хардкросс-Мэнор

Тем же вечером

Джулиан стоял в дверях гостиной.

— Вики, — негромко произнес он.

Она оторвала взгляд от книги, которую читала, но не сдвинулась с места, только посмотрела на него без всякого выражения на лице.

— Ты не должен быть здесь, Принц. Ты наверняка слишком слаб после ранения. Тебя ударили ножом всего два дня назад.

Ему нужно оставаться на ногах, подумал он, несмотря на нестерпимую боль в боку. Нужно покончить с этим. Сейчас же.

— Я достаточно хорошо себя чувствую, — ответил он.

— Почему Ричард стоит позади тебя? У него может быть пистолет, ты знаешь; он может застрелить тебя и похоронить рядом с могилой Лили. Папа, вы тоже здесь. Почему?

Барон Перли вошел в гостиную и сел рядом с дочерью. Он взял ее безвольную руку. Барон долго смотрел на ее длинные пальцы, столь похожие на пальцы Лили.

— Хотела бы ты отправиться на сезон в Лондон, Вики?

— Я? Зачем?

— Разве ты не сказала Лии, что не хочешь отправляться на сезон, потому что можешь встретить Принца и он убьет тебя, как Лили? Но, Вики, я знаю, что Принц не убивал Лили. И ты знаешь это.

Вики замерла. Она поочередно посмотрела им в лицо.

— Я знаю, Вики. Я знаю, — тихо сказал Джулиан.

Она перевела взгляд с неподвижного лица отца на столь же неподвижное лицо брата. Потом посмотрела на большие руки барона. И покачала головой.

— Я знаю, у Лили никогда не было любовника, Вики, — продолжил Джулиан. — Она просто была неспособна на такое. Я знал ее всю жизнь, женился на ней. Должен был признаться себе — либо она покончила с собой по причине, которую я не в силах был понять, либо случилось что-то совершенно другое. Я не мог отыскать правды. Пока Лия не вошла сегодня в комнату, одетая в платье Лили, с прической Лили. Сделанной тобой, Вики. Расскажи нам. Вики. Расскажи, что произошло тем днем в саду. Расскажи, что случилось между тобой и Лили.

Вики не отводила от него взгляда, но Джулиан знал — она не видит его, она видит свою сестру в тот жаркий, давно прошедший день в цветущем саду.

Потом она заговорила, будто повторяя историю, которую когда-то прочитала где-то:

— Ты до сих пор не знаешь всего. Принц, — в частности, правды. Лили собиралась покинуть меня.

— Что значит — она собиралась покинуть тебя? — Барон Перли сжал бледную руку дочери, но ее как будто покинула жизнь. Он мягко спросил: — Вики, Лили была здесь почти все время после свадьбы. Когда Джулиан уезжал из Рейвенскара по корабельным делам, она проводила здесь целые дни, даже спала в старой спальне. Мало что поменялось. Что значит — она собиралась покинуть тебя?

В словах Вики не было боли; в них не было вообще никаких чувств:

— Я убила ее. Я убила собственную сестру.

Джулиан ухватился за спинку кресла. Он чувствовал тошноту и боль, не мог думать. Потом тошнота прошла. Боль осталась.

— Почему ты убила ее, Вики? — Джулиан медленно подошел и сел с другой стороны от нее. Он погладил ее по щеке. — Пора понять, что произошло, чтобы все мы могли оставить это в прошлом.

Ричард смертельно побледнел.

— Пожалуйста, Вики, расскажи нам.

Вики снова посмотрела на свои пальцы, сжатые руками отца. Потом подняла глаза на Джулиана.

— Лили любила тебя, Принц, любила тебя слишком сильно, сильнее, чем я хотела, но поскольку я знала тебя всю жизнь, знала, что ты ко мне хорошо относишься, я не слишком беспокоилась, что она будет жить в Рейвенскаре. Если бы вы переехали в Лондон, я бы переехала с вами. Все продолжалось бы так же, как раньше. Не думаю, что ты понимал это, но у нас с Лили была одна душа на двоих, и мы обе знали это, хотя Лили никогда и не говорила. С самого начала я знала, что я — часть ее, а она — самая лучшая часть меня. Она была мне матерью, сестрой, лучшим другом и любила меня без оговорок. Но потом это случилось.

— Что случилось? — спросил барон.

— Я пришла к ней в сад. Ее руки были грязными — она выдергивала сорняки. Она радостно улыбалась, светилась от счастья. «У меня будет ребенок. Вики. Мы с Принцем будем родителями». Она сказала мне, что отпускает меня, что мне пора повзрослеть, расправить крылья и стать самой собой. Я не могла поверить, что она это говорит. Она чуть ли не пела эти слова и была так счастлива. Она сказала, что мне пора ехать в Лондон на сезон, как она сделала раньше. Там я найду достойного джентльмена, выйду замуж и рожу собственных детей. Она сказала, что мне больше не нужна мать — а именно Лили — поскольку мать умерла, Лили выступала в ее роли, но теперь я выросла и должна стать самой собой. Она будет теперь моей сестрой, а я скоро стану тетушкой. Я знала, что не хочу этого, знала, что хочу только быть с ней, с ней всегда, но она уже приняла решение. Я согласилась и ушла. Я взяла один из твоих пистолетов, папа, нашла ее, все еще в саду, напевавшей под нос и даже более счастливой теперь, когда она исполнила свой долг передо мной и освободила меня. Я помню ее лицо — какой радостной она выглядела. Я сказала, что мы должны быть вместе, что я не позволю ребенку в ней расти, и выйти из нее, и заставить ее покинуть меня. Она попыталась схватить пистолет, но пистолет выстрелил. — Вики уставилась на свою руку. — Она посмотрела на меня за мгновение до смерти, улыбнулась и сказала, что все будет хорошо. А потом умерла.

Джулиан почувствовал, как прошлое вернулось и сокрушило его. Лили была беременна, и Вики убила ее, убила его ребенка. Он почувствовал такую боль, что ему захотелось закричать. Эта проклятая девчонка виновата во всем, во всех смертях и несчастьях. Он хотел бы убить ее, как она убила Лили, как она убила его ребенка…

Он не знал раньше, какую роль в жизни Вики играла Лили. Но теперь… теперь слишком поздно. Что ему делать? Обвинить Вики в убийстве и увидеть, как ее повесят?

Никакой справедливости, подумал он, ни для Лили, ни для него, ни для Ричарда, ни для отца Вики. Джулиану хотелось только одного — заснуть и спать, пока не пройдет боль в сердце.

Все молчали, только Вики продолжала сквозь всхлипы:

— Я хотела тоже умереть, но в вашем пистолете была только одна пуля, папа, только одна пуля.

Отец Лили прижал ее к себе. Брат Лили стоял — один — посреди гостиной.

Джулиан посмотрел на барона, на Ричарда, на Вики, прижавшуюся к груди отца. Правда останется в этой комнате. Джулиан также знал: все, что сделал Ричард, что сделал его отец, тоже останется здесь.

«Столько страданий, — подумал он. — И все напрасно…» И он снова подумал о ребенке. Ему хотелось рыдать.