Чтение онлайн

– Овладей мной, охотник. Прошу тебя! Овладеешь – я богам за тебя жертву дам!

Глеб нахмурился – вот оно что. Стыд не входил в число добродетелей хлынских женщин, а девственность расценивалась здесь как нечто непотребное и неправильное. Если девка до двадцати лет оставалась девицей, она считалась чем-то вроде подпорченного или скорее просроченного товара, и редкий мужик решился бы прогневить богов, позарившись на такую.

– Возьми меня, – хрипло повторила Полея и нерешительно обняла Глеба за талию, пытаясь разглядеть в полумраке его глаза. – Макошью тебя молю, возьми.

Глеб растерянно молчал. Тогда Полея окончательно взяла инициативу в свои руки. Она обняла его за шею и крепко к нему прижалась. Губы девки сами нашли губы Глеба и впились в них.

Глеб легонько оттолкнул Полею от себя.

– Перестань, – грубовато сказал он.

Ресницы девки задрожали.

– Я страшная? – сдавленным голосом спросила она. – Я тебе противна, да?

– Ты настоящая красавица, – ответил Глеб.

– Тогда почему ты брезгуешь мной?

Полея порывисто схватила руки Глеба и положила их себе на грудь. Глеб хотел отнять их, но девка удержала. Глеб не был с женщиной много месяцев, и от близости этого крепкого, молодого тела у него закружилась голова.

– Идем на сеновал, – хрипло прошептала Полея.

Не дожидаясь ответа, она схватила Глеба за руку и нетерпеливо потащила его к сеновалу. Глеб неуверенно двинулся следом. До самого сеновала он колебался, а у темного провала двери подумал: «А, какого черта!» Схватил девку в охапку и внес ее туда на руках.

Все произошло быстро и скомканно. А когда закончилось, Полея, хрипло выдохнув, раскинула руки и проговорила:

– Благодарю тебя, охотник! Завтра же я расскажу всем, что была с тобой!

Глеб лежал на сене хмурый и озадаченный. Теперь, когда все свершилось, он уже был не в восторге от своего поступка и жалел, что поддался на уговоры девки. На душе было паршиво.

– Чертовы нравы, – проворчал Глеб. – Ты точно хочешь обо всем рассказать?

– Конечно! – искренне и простодушно ответила Полея. – Боги не отвергли меня! Теперь я поделюсь этой радостью со всем селом!

Глеб вздохнул:

– Ладно. Только не рассказывай никому, пока мы не уедем.

Он хотел встать, но Полея удержала его за руку.

– Обожди!

– Чего?

– Поцелуй меня, охотник!

Глеб наклонился, забрал лицо Полеи в ладони и нежно поцеловал ее в теплые, мягкие губы.

Полея тихо засмеялась.

– Никогда не думала, что может быть так хорошо! – Она зажмурила глаза, потянулась, словно кошка, с тихим, блаженным стоном, улыбнулась и хрипло прошептала: – О, боги, как же мне сладко. А в теле такая истома, такое тепло… Это твое тепло, охотник.

– Нам пора возвращаться, Полея, – сказал Глеб. – Идем.

Он протянул руку и помог ей встать. Подождал, пока Полея приведет в порядок одежду, а затем посторонился, выпуская ее из сеновала на воздух.

Когда они вернулись в горницу, отец и мать посмотрели на раскрасневшуюся Полею внимательно и спокойно, а Ставр – хмуро.

– Ну, как тебе наш огород, Глеб? – спросил он, прищурившись. – Не видал ли воров?

Полея быстро глянула на Глеба, улыбнулась, перевела взгляд на брата и со смехом спросила:

– Что ты мелешь, дурачок! Какие тут могут быть воры?

– Это я к тому, что тебя долго не было, – проговорил Ставр, по-прежнему обращаясь только к Глебу. – Что ты так долго делал на улице?

– Любовался луной, – ответил Глеб. – Луна сегодня очень красивая.

Полея зарделась и тихо засмеялась.

– Нам пора ехать, – резко произнес Ставр и поднялся из-за стола. – Я возьму мальчишку.

Он переступил через лавку и пошел к топчану, на котором спал мальчик.

– Может, останетесь на ночлег? – спросил его артельщик.

Ставр качнул головой:

– Нет. Нам пора ехать. Спасибо, что накормили и обогрели. Бывайте!

Он поднял мальчика на руки и двинулся к двери. Глеб и матушка Евдокия поклонились хозяевам, поблагодарили их за угощение и тоже двинулись к выходу.

Минут десять спустя, когда телега, которой правил Ставр, выехала со двора артельщика, Ставр повернулся к Глебу и негромко заявил:

– Полея – моя сестрица, и я ее люблю.

Глеб кивнул, раскуривая самокрутку.

– Ежели узнаю, что кто-то ее обидел, своими руками прибью, – пригрозил Ставр, чуть повысив голос.

Глеб ухмыльнулся, загнал дымящуюся сигарету в угол рта и сказал:

– Не слишком ли ты ее оберегаешь, Ставр? Ведь обычай гласит, что нетронутая девка неугодна духам.

– Дурацкий обычай, – процедил сквозь зубы Ставр.

– Возможно, – согласился Глеб. – Мне тоже не нравятся многие здешние обычаи, но у меня и в мыслях нет их исправлять. И обсуждать их я тоже не собираюсь.

Ставр понял замечание правильно и хоть и стиснул зубы, но опасную тему оставил.

Запах. Крев чувствовал их запах. Они были здесь. Мальчик и еще кто-то. Они уехали не больше двух часов назад. За ними до сих пор, подобно инверсионному следу самолета, стлалась в воздухе невидимая тропинка, сотканная из запахов.

Где-то неподалеку блуждал и запах рыжего Раха. Но ветер постоянно менялся, и сосредоточиться на Рахе и его спутнике Креву никак не удавалось. Что ж, значит, нужно заняться мальчишкой, а Рах пока подождет.

С полминуты Крев стоял в раздумье, не зная, как поступить: отправиться за мальчишкой и его друзьями, пока ветер не развеял шлейф запаха, или наведаться в дом и узнать, зачем они туда приходили?