Чтение онлайн

Как уже было заявлено, самый перспективный из видов национализма – расовый, т.е. популяционный.

Иерархия популяций такая:

Национализм как идеология – это XVIII век, дискурс Великой Французской Революции.

Аристократов – на мыло, буржуазия – рулит, "свобода, равенство и братство навечно каждому даны, прикончим мировое рабство с благословенья Сатаны".

Несколько родственных этносов сплавлялись в один на основе одного языка, одного флага, одного государства. Границы наций прочерчивались по границам рынков, а "клеем" наций была буржуазия. При этом национализм, в отличие от племенного (трайбалистского) мышления, был более разборчив в вопросах расы. На уровне племени межрасовый брак в целях "замирения" – это норма. На уровне нации уже начинаются сложности.

Следующим этапом идёт расизм. Он появился значительно позже. Фактически, это дискурс XIX века, дискурс Британской Империи. Белые покорили планету и попытались как-то это обосновать. Отсюда пошёл британский израилизм, т.е. возрождение библейских расовых концептов. Причём что важно: расизм Британской Империи выводился из Библии. То есть белые – это израилиты (древние евреи) и именно поэтому должны править. Сравните с погрязшим в Модерне (т.е. в конечном итоге – в марксизме) копипастером Гитлером, который, наоборот, переписал Библию "под расизм", поставив идеологию над религией.

Схема простая и чёткая. Племена объединяются в племенные союзы. Затем на основе самого сильного племенного союза формируется этническая среда. Затем появляется национализм и объединяет различные этносы и субэтносы в единую нацию. Позже появляется расизм и обосноввывает онтологическое единство всех белых народов.

Линия эмергенции чёткая. Следующий этап можно легко просчитать: это планетарное сверхгосударство белых. Одна раса, одно государство, одна валюта, одна столица, один язык, один правитель, один бог. Ну а дальше – Тёмная Сингулярность. Была одна раса – стало одно существо. Всё логично и понятно.

Поэтому когда национал-регионалисты пишут о том, что регионализм (т.е. неотрайбализм) и национализм противостоят друг другу – это совершенно верно.

Однако в чём они не правы, так это в том, что регионализм они считают "более прогрессивным". Между тем, в глобализированном мире "регионализм" – это уровень "туземных достопримечательностей". То есть ниша развитая, популярная, прибыльная, но на политику и экономику никак не влияющая. Кто такой, например, король Швеции?

Смешно даже задаваться таким вопросом. Это персонаж уровня бомжа-музыканта в переходе, только доходом чуть повыше.

В конечном итоге мышление трайбалиста-регионалиста – это мышление кулика, хвалящего своё болото. Сохраним бесценные культурные достижения великого чукотского народа: пляски вокруг костра и резьбу по моржовому клыку. Какой, к чёрту, моржовой клык, когда человек уже полвека как на Луне высадился?! Ну кого это может заинтересовать? Это и самим чукчам-то нафиг не надо.

При этом регионализм не надо путать с сепаратизмом. Регионализм – это чистой воды правый, оборонческий дискурс. Сепаратизм – это дискурс левый, атакующий.

Сепаратизм, достигнув победы в обороне, сразу переходит в наступление (см. вторжение чеченцев в Дагестан).

Разберём разницу на примере "прочеченского" позиционирования.

Правый подход: "защитим бедных слабых чеченцев".

Левый подход: "взорвём Кремль во имя Аллаха".

Переведём то же самое на так называемый "русский национализм".

Правый подход: "русских людей обижают и притесняют".

Левый подход: "поднимем русский флаг над Кремлём".

Итак, промежуточный итог.

Этническое мышление выше узкоплеменного.

Национальное мышление выше узкоэтнического.

Расовое мышление выше узконационального.

Сингуляристское мышление выше узкорасового.

Регионализм (в том числе этнический) и сингуляризм несовместимы. Племенное мышление видно уже на уровне низших животных, а сингуляризм – новейший и самый совершенный продукт эмергенции (на всякий случай напомним, что слово "сингулярность" дословно означает "единственность").

В качестве иллюстрации к этому тезису представьте себе типичный рай регионалиста.

Домик с белым заборчиком, хрюшки-плюшки на местной ферме, клуб исторического фехтования, как верх авангарда – питейное заведение или кинотеатр. И тут с неба спускается летающая тарелка, а оттуда выпрыгивает несколько крепких культистов во главе с киборгом-жрецом – утаскивать бедного регионалиста "на переработку".

Фильм ужасов.

Понятно, что выбирая между "домиком с белым заборчиком" и "летающей тарелкой", молодёжь безоговорочно выберет второе. Поэтому регионализм в России будущего не имеет. Даже в форме сепаратизма. В качестве "успешно отколовшихся" регионов могут привести Украину и Беларусь, но во-первых, Украина и Беларусь были отделены "сверху", а во-вторых, они сразу же устремились в наднациональный проект – Европейский Союз. Ибо хрюшки – хрюшками, плюшки – плюшками, а цивилизация всё равно привлекательней.

Важный момент: визуальные аттракторы регионалистов и этнонационалистов очень близки. Клич "назад в пещеры" с точки зрения современного человека выглядит дико, вне зависимости от того, говорим ли мы о "регионалистской" пещере с плюшками-хрюшками или "этнонационалистской" пещере с фофудьей, деревянными идолами и прочим "коловращением".

Ключевое слово – "традиционализм".

Как верно заметил Владислав Сурков, в России нет образа будущего, нет футуризма.

Вероятно, это потому, что у России нет будущего вообще, и каждый, кто заглядывает вперёд, видит лишь чёрную дыру. Это ощущение неизбежного краха (Дня Икс, Дня Жареного Петуха, Дня Большого Пиздеца и т.д.) и создаёт все современные оппозиционные движения, которые формируются не как фракции лоббирования определённых групп и не как инструменты борьбы за власть, а как секты, ждущие Конца Света, причём сценарий Конца Света у всех разный, но в его неизбежности никто не сомневается.

Но ребята, чёрная дыра – это тоже образ будущего. Которое, как известно, беспощадно. И рулить там будут вовсе не резчики по моржовому клыку, а совсем другие люди.