Чтение онлайн

— В Лиссе, как тебе, без сомнения, уже доложил Киндар. Конкретнее — в Альдарин.

— В Альдарин. — Еще одна зацепка. — Но ведь Каландрилл ден Каринф родом из Секки.

— Верно, — согласился маг. — Но они плывут в Альдарин.

— Почему?

— У них там какие-то дела. Кто-то им что-то задолжал. И они отправились к должнику.

На губах его опять появилась улыбка. Уж не насмехается ли он над ней?

— Нхур-Джабаль предпочел бы, чтобы они остались здесь, — заметила Ценнайра. — В качестве узников.

По какому обвинению? — поинтересовался Менелиан. — Они не нарушили ни одного закона, они нам не враги. Зачем было их задерживать?

— Я не спрашиваю тирана, почему он пожелал так, а не иначе, — отрезала она. — Я подчиняюсь его приказаниям.

— У тебя есть лишь верительная грамота, — возразил он. — Но ты не показала мне ордера на арест.

Ценнайра не сразу нашлась что ответить. Поколебавшись мгновение, она сказала:

— Ты прав. У меня устные указания.

— Странно, — негромко заметил Менелиан. — Будь они истинными врагами Кандахара, приговор был бы вынесен в письменной форме и скреплен Нхур-Джабалем. Кто инструктировал тебя?

До ноздрей Ценнайры донесся слабый запашок, она его сразу узнала, — к любопытству примешалось явное подозрение, скорее даже настороженность. Не оттого ли, что он хочет выгородить свою вануйку? Или у него есть другие причины? Этим прямым вопросом он словно испытывал ее, и она холодно ответила:

— Ксеноменус.

— Сам тиран занимается этим делом? — Менелиан поставил кубок; подозрение его явно нарастало. Ценнайра кивнула.

— Обычно это удел колдунов, — медленно произнес ведун. — Или Аттама эк'Талуса.

Фиолетовые глаза впились ей в лицо, и, заметив ее замешательство, он пояснил:

— Главнокомандующего.

— Да, конечно. — Она выдавила из себя некое подобие улыбки. — Это был Аттам эк'Талус.

— Чье имя тебе, насколько я вижу, незнакомо.

Голос его зазвучал со стальной уверенностью. Ценнайра, пытаясь держать себя в руках, раздраженно повела плечами: уверенность колдуна начинала досаждать ей.

— Ты ставишь под сомнение мои полномочия? — резко спросила она.

Менелиан развел руками, то ли извиняясь, то ли в знак того, что ему все равно.

— Кандахар раздирает гражданская война, Ценнайра, а ты гоняешься за нашими друзьями без письменного приказа. Так что возвращайся-ка ты в Нхур-Джабаль и расскажи тем, кто тебя послал, что я испытал их и ручаюсь за них. И да будет тебе известно: мои слова согласны подтвердить ведуны тирана и сам Аттам эк'Талус.

Она поняла, что попала в ловушку, и ее стала захлестывать злость. Резко поднявшись, она бросила колдуну:

— Ты слишком много на себя берешь.

— Я колдун тирана, — отвечал он. — Я поклялся защищать этот город и обладаю дарованиями достаточными, чтобы различить врага. Откуда бы он ни пришел.

Острыми белыми зубами она прикусила нижнюю губу, не сводя глаз с его лица и обдумывая слова, прозвучавшие как вызов. Ее новое воскрешенное существо рвалось в бой. Она была уверена, что раздавит колдуна, каким бы талантливым он ни был. Но обуздала себя, вспомнив, что она посланница Нхур-Джабаля, знатная дама, выполняющая задание тирана. Огромные глаза ее превратились в щелки, и она сказала:

— Ты бросаешь вызов тирану и пренебрегаешь его распоряжениями?

— Распоряжений я не видел, — холодно ответил он. — О них говоришь ты. Я же в свою очередь утверждаю, что люди, которых ты ищешь, врагами Кандахара не являются, и посему я распорядился их отпустить. Если Нхур-Джабаль пожелает выслушать меня, я отправлюсь туда сам. Но только тогда, когда мне будет предъявлено письменное распоряжение на сей счет.

Они оказались в дипломатическом тупике, и Ценнайре ничего не оставалось, как смириться. Она, в общем, уже и так узнала все, что ей было нужно и что желал от нее Аномиус. Но этот человек досаждал ей, и она решила отплатить ему той же монетой, позволив раздражению проявить себя в полную меру:

— Так ты говоришь, они отправились в Альдарин пять дней тому назад?

Менелиан кивнул.

— Им там должны деньги? Кто?

— Варент ден Тарль.

Еще одна зацепка, еще один ключик. Этого ей должно хватить, чтобы отыскать их. Она или найдет их в Альдарине, или нападет там на их след. Аномиус будет доволен. Так что, пожалуй, надо уходить. Разумнее всего уйти прямо сейчас, но Ценнайра не могла заставить себя это сделать. Она попалась на крючок собственного раздражения.

— Ты в нерешительности? — неожиданно прервал ее мысли Менелиан, и она уставилась на него с нескрываемой злостью. А он продолжал, словно рубил ее остро отточенной саблей: — Не знаешь, как доложить хозяину?

— Хозяину?

Она прищурилась. Несмотря на злость и удивление, она унюхала новый запах. Возможно, колдун снял свою защиту или же просто больше не может себя сдерживать. Она учуяла неприкрытую вражду, и подозрение ее превратилось в уверенность. Опасность!

— Твой хозяин — Аномиус? — Менелиан встал и посмотрел ей прямо в глаза. — Или, может, следует назвать его твоим создателем?

Глаза ее широко распахнулись.

— Что ты сказал? — прошипела она.

— Что ты — продукт самого низкого колдовства, — ответил он. — Ты зомби! И я не позволю тебе вернуться к своему хозяину.

Ценнайра напряглась. Менелиан злорадно рассмеялся.

— И ты надеялась провести меня? Я маг, зомби!

В воздухе запахло презрением и уверенностью. Колдун что-то пробормотал, но так тихо, что она не разобрала слов, и в ноздри ей ударил запах миндаля. Она заколебалась: он явно в себе уверен и не сомневается, что сможет ее уничтожить.

— И все же ты принял меня, — хрипло произнесла она.

Менелиан растянул губы в улыбке.

— Я желал выяснить, как много знаешь ты, — сказал он. — И я уверен, что со мной тебе не справиться.

— Возможно, — допустила она, понимая, что он прибегнет к колдовству, но ни секунды не сомневалась, что должна попытаться убить его. — Откуда тебе известно имя моего хозяина?

— Не всем в Нхур-Джабале по нутру его безумные затеи, — услышала она твердый ответ. Вот откуда проистекает его уверенность. : — И там есть желающие положить им конец.