Чтение онлайн

Он вернулся к гостям. Тут и там в толпе выделялись крупные золотые яйца – послы креапов. По прошлому опыту, никакой угрозы ждать от них не приходилось. Они редко вмешивались в дела планет, где вода пребывала в жидком состоянии.

Один креап держал в бронированном щупальце блюдо с силиконово-соляными закусками. Временами он подносил его к сложному шлюзу на своей поверхности. Посол болтал с Джоан I, такой величественной в черном мемориальном бархате-памяти и пурпурной накидке жрицы по ритуалу жалостливой йоги в ее негативном аспекте Ноктикулы-Гекаты. Повелительница Ночи и Смерти, подумал Кородор. Не слишком тактичный выбор.

Улыбнувшись креапу, она повернулась лицом к скрытой камере и подняла руку. Потянувшись, Кородор щелкнул еще одной клавишей.

– Как у нас дела? – спросила Джоан.

Кородор как зачарованный смотрел на ее лицо:

Джоан обладала удивительным талантом мысленной речи.

– Завтракает. Мы трижды перепроверили еду и все остальное.

– Вчерашнее как-нибудь сказывается? Кородор помедлил.

– Нет. Пока он спал, я обработал его мозготеркой. Я…

– Как вы посмели!!!!

– На несколько часов это удержит вчерашние воспоминания в стазисе. А вы бы предпочли, чтобы он узнал правду? Ведь не прими я меры, он бы ее узнал – даже если бы ему пришлось выбить ее из Хрш-Хгна угрозами.

– Вам следовало посоветоваться со мной!

Вздохнув, Кородор взял с консоли куб памяти.

– Прошу прощения, но на данный момент ваш рейтинг безопасности всего 99, 087 процента. Я проверил. Возможно, это всего лишь глубокие фрейдистские импульсы, но, боюсь, с настоящего момента я должен взять руководство на себя. Как я и говорил, мэм, я не склонен мириться с вероятностной математикой. Вы же вольны поступать как вам угодно.

Он отключился. Мгновение Джоан стояла неподвижно, пытаясь с ним связаться, но потом повернулась и живо заговорила с высоким дипломатом из Правления Земли.

Кородор сосредоточился на главном куполе. Дома там не было. Сердце у Кородора на мгновение остановилось, но потом он сообразил, что мальчик, наверное, вышел из поля видимости камеры, чтобы развернуть подарки.

Открыв первый сверток, Дом достал покрытые тонким блестящим слоем смазки гравитационные сандалии. Приложенная к ним карточка гласила: «От твоего крестного. Прилетай как-нибудь покружить на моей орбите. Тут бывает чертовски одиноко».

Улыбнувшись, Дом застегнул пряжки. Несколько минут он бешено подпрыгивал и нырял вниз среди распорок купола, пока наконец не проплыл и не завис, покачиваясь, в шести дюймах над полом. Ему подумалось, что сандалии, пожалуй, окажутся наилучшим подарком – все остальные будут много скучнее.

От Хрш-Хгна – плоский прямоугольник. Развернув куб памяти, Дом провел пальцем по фаске оглавления. Куб зажегся, в нескольких сантиметрах над поверхностью загорелись белые буквы заглавного листа: «Стеклянные замки: История Шутниковских Исследований», доктор Хрш-Хгн. Посвящается Председателю Доминикданиэлю Сабалосу с Противусолони».

Ниже шел шрифт помельче: «Экземпляр № 1 издания ограниченным тиражом в один (1) экземпляр, отпечатано на Третьем Глазе, шафран-кварц».

– Поистине большая честь, – сказал Исаак. Кивнув, Дом наугад ткнул пальцем в поверхность куба и прочел:

«… тайна Галактик. Как отмечал Подлунный, для обладающего творческим воображением ума они – составная часть галактической мифологии: Стеклянные Замки на задворках Галактического Северного Ветра. [4] Эти башни, воздвигнутые задолго до того, как старейшая из официально гуманоидных рас открыла, как пользоваться камнем, памятники расе, которая…» Дом медленно положил куб и открыл подарок от Кородора.

– С виду опасный, – прокомментировал Исаак.

Дом осторожно взвесил на руке меч-память, всматриваясь в почти невидимые расплывчатые очертания, в то время как оружие в его руке мутировало из меча в нож, из ножа в пистолет.

– Гм… – пробормотал Дом. – На Терра-Нове и на Земле мечи ведь в ходу, так? И на Лаоте тоже?

– Да, с металлическими клинками. Они более традиционны, но, говорят, приносят большее удовлетворение, чем огнестрельное оружие. Но вот это предназначено для того, чтобы убивать. Впрочем, я нисколько не хочу его принизить, босс.

Дом усмехнулся.

– А для робота ты довольно нахален. В былые времена толпа линчевателей разобрала бы тебя на части.

– В былые дни роботы не считались живыми существами.

Подарок от Джоан оказался простым черным жалостливо-йоговым атамом [5] в преддверие той поры, когда он будет принят в члены церемониальной «говорильни», а от матери он получил дарственную на одно из ее личных поместий на Земле. Подарок был слишком щедрым и вообще типичным для леди Виан, в тех случаях, когда она вообще вспоминала о существовании сына.

Еще тут были подарки от младших директоров и глав подкомитетов, по большей части дорогие – слишком дорогие, чтобы их можно было оставить у себя, даже если Джоан это позволит. Но Дом мечтательно повертел в руках документы на робоконя, подаренного Хугаганом из Межпланетных отношений. Заглянув ему через плечо, Исаак громко фыркнул.

– Изготовлен на Луне, – сказал он. – Полагаю, сойдет, но не чета тем, которые делаем мы на Лаоте. Вот эти уж точно живут и дышат.

Дом поднял на него взгляд.

– Обязательно слетаю на Лаот.

– Жемчужина Вселенной, поверь мне на слово.

Рассмеявшись, Дом проверил, надежно ли уселся у него на плече Еж, потом щелкнул контрольной клавишей, и сандалии подняли его в вышину – мимо заполнявших купол запыленных лонжеронов, через отверстие в крыше, потом еще выше к морю.

Он медленно опустился по спирали к лагуне, где паслись мелкие ручные ветрораковины леди Виан, и почувствовал, как у него на шее завозился Еж. Повернув голову, он увидел, что мелкий зверек надежно зацепился ему за шею хвостом и, раздувая ноздри, нюхает ветер.

Ветрораковины внизу перестали пастись и повернулись, став одна за другой, так что, касаясь передней носом, а задней кормой, образовали круг. Виан часами вбивала в их крохотные мозги самые простые трюки.

Что-то беспокойно закопошилось на задворках памяти Дома, но, беспечно отмахнувшись от этой возни, он поднялся выше.

С лету проскочив окаймлявшие газон гелиевые деревья, протыкая на лету их тонкие, полные воздуха плоды-шары, он затормозил в каком-то дюйме над травой.

Подошедшая решительным шагом Джоан поцеловала его с чуть большей нежностью, чем обычно. Он заглянул в ее серые глаза.