Чтение онлайн

Вот подземная речушка. Меня подхватило сильное течение и потащило за собой, унося прочь от опасности. Я расслабился, облегченно вися над самым дном и восхваляя свою ученость и находчивость. Затем лицо опустилось ниже, я заглянул под себя, смотря назад. И увидел такое, отчего из моего рта вырвалось множество пузырей воздуха и нечто вроде сдавленного писка.

Розовый чертов дейнозух пер прямо за мной, легко покинув озерцо и последовав по речушке за своей двуногой добычей.

Забив руками словно курица крыльями завидевшая птеродактиля на курятнике, я рванулся вперед, баламутя воду и стремясь уйти прочь от смерти.

Но где мне сопротивляться с подводным хищником! Скорости несравнимы!

Меня спасла короткость пусть. И щель в дне, в которую я провалился аккурат в тот момент, когда на моих сморщенных от ужаса пятках смыкались клыки чудовища.

Шмяк!

Змеи сорокового уровня отнюдь не обрадовались, когда на их головы свалился тоненько верещащий воришка, умчавшийся прочь с воплем:

– Metus, dolor, mors ac formidines! [4]

Не успели оглушенные и обиженные змеи оскорбиться иностранному мату, как на их многострадальные головы свалился злющий розовый кайман. Однако к этому визиту змеи были уже подготовлены – убегая я отчетливо слышал, как раздалось дружное шипение, а затем из коридора послышался дикий шум, звуки ударов, наружу вылетела пара крутящихся змей. Кайману дали бой. И я облегченно перешел на шаг, радостно посвистывая и улыбаясь от уха до уха.

Так я свистел и беззаботно топал дальше до тех пор, пока перед глазами не появилось следующее сообщение:

– Э-э-э…. – выдал я обескураженно, хватаясь за голову – Какого….

Во множестве фильмов, мультфильмов, сериалов и так далее есть подобный художественный ход – стоит тебе так или иначе избавиться от одного злобного врага, как мгновенно на твоем пути появляется следующий противник – более сильный, более злой и более коварный. Причем у нового врага поводов для ненависти к тебе просто не счесть, самый главный из которых состоит в том, что прихлопнутый тобою недруг приходился ему сыном, братом, дядей, тетей, дальним родственником или же будущим зятем. (очень редко тещей).

В моем случае кто-то из создателей мира Вальдиры не преминул пошутить в том же духе. Для него шутка смешна, а для меня кошмарна. Я ведь и с маленьких дейнозухом не мог справиться и позорно бежал прочь из лягушачьего рая. Розового каймана убили обитающие в сыром коридоре змеи. Но вина легла на меня, а дожирающие останки дейнозуха змеи могли и в ус не дуть – им от разъяренной мамы опасность не грозит. Потому как ее раскаленный гнев обрушится на юркого воришку Шмыговика, который ведь совсем тут не при делах!

– Я ведь его не убивал! – возопил я в горе, запрокинув голову к потолку.

Гулкое эхо улетело далеко-далеко и, возможно мне показалось, но откуда-то до меня донесся отзвук яростного рева…. Воображение? Но шаг я ускорил, косясь на шкалу усталости.

Насмешка судьбы – моим подземным приключениям и без того хватало остроты и мрачности. Зачем в этот булькающий бульон безнадежности добавлять еще три ложки с раствором стихийного бедствия? Ох….

Как бы то ни было, сейчас не время падать ниц и с искаженным от душевных мук лицом жаловаться на судьбу горемычную. Надо шевелить тощими ляжками, благо этому я давно научился – долгому бегу во тьме. На этот раз я добавил к бегу свой гнусавенький голос, наизусть читая вслух начало романа «Бродяги севера», написанного Джеймсом Кервудом:

– «Уже март был на исходе, когда черный медвежонок Нива в первый раз увидел свет. Его мать Нузак была уже старой медведицей и, как большинство пожилых существ, страдала ревматизмом и любила долго поспать»…

Древние катакомбы подземной Альгоры с молчаливым интересом слушали медленно развертывающуюся историю крохотного черного медвежонка Нивы, которому вскоре предстоит удивительная встреча с щенком Мика….

От дедушки Крутована я получил немало.

Обрывок старой грязной бумаги исписанный витиеватым, но хорошо читающимся почерком. Обрывок содержал секрет созданий бумаги из жабьей или лягушачьей кожи. Я бумагоделом становиться не собирался, посему с гораздо большим интересом отнесся ко второй награде – опыт! Боевой опыт, позволивший мне достичь следующего уровня – двадцать восьмого. Крутован сказочник не успокаивается, он к моей радости продолжает цепочку заданий, предложив мне следующее:

Я протестовать не стал, хотя крайне сильно озадачился названием «святые бездари» Это кто ж такие будут?

Но сначала задание принял, утер радостный пот со лба и лишь затем открыл рот и спросил – «а бездари хто такие»?

Дедуля ответил сердито, насупив брови и сокрушенно качая головой.

Сам он их не видел, однако его пропавший друг Затхлик имел сомнительное удовольствие созерцать сборище этих радостных бездарей отправившихся в подземелья Альгоры с немыслимой целью.

Что за цель? О! Это нечто неописуемое!

Девять совсем молодых парней и девушек вознамерились отыскать под Альгорой что-то древнее, темное и скверное, дабы разрушить это «нечто» и не допустить предсказанного ужаса. Хм…. Сокрушить зло – цель благородная. Достойная. Светлая. Цель стоящая усилий ради ее достижения.

Проблема в другом – они все были бездарями. Все девять святых воинов – как они себя именовали – не обладали практически ничем. Ни материальным, ни духовным. По словам Затхлика у них не было нормального снаряжения, имеющееся оружие пребывало в плачевном состоянии. Они вряд ли обладали воинскими умениями – тот же Затхлик видел, как они вдевятером воевали с тремя крысами и при этом едва не потеряли четверых бойцов, причем не благодаря крысиным укусам, а из-за стараний двух братьев громил вооруженных простыми дубинами. Оружие простое, но увесистое, покалечить может с легкостью. А братья старались вовсю, со свистом обрушивая дубины на юрких грызунов, но попадая по хребтам и головам своих соратников. Одна лучница так же «наградила» нескольких друзей оперенными подарками торчащими из их спин – вогнала стрелы не в крыс, а в союзников. Итог боя – одна крыса погибла. Другая охромела и юркнула в щель. Третья удалилась спокойно и вальяжно, презрительно волоча за собой хвост и насмешливо попискивая – ее никто не рискнул преследовать, ибо вся девятка «славных» воинов валялась вповалку и с хрипом стонала.