Чтение онлайн

Она улыбнулась, и эта ее улыбка пробудила в душе Фенелы столько воспоминаний, что она импульсивно протянула к своей тете руки.

– Мы очень рады познакомиться с вами.

– Ваши слова делают меня такой счастливой, – ответила тетя Джулия, беря руку Фенелы в свои ладони. – Я думаю, что никогда еще так сильно не волновалась, чем в тот момент, когда увидела ваш огромный красивый дом и гадала, какой прием меня там ожидает. Реймонд так боялся, что вы можете прогнать меня. Он говорил, что хоть вы и приятная девушка, но в то же время чрезвычайно преданы своему прошлому и очень горды.

– Думаю, что только кажусь такой, – сказала Фенела, – а на самом деле я уверена, что мы всегда страстно желали познакомиться с родственниками по материнской линии. Помню, когда я была ребенком, то часто гадала, какие вы, и очень хотела, чтобы у меня оказалось побольше тетушек и дядюшек, которые дарили бы мне подарки к Рождеству и приглашали бы к себе погостить.

– Вы заставляете меня чувствовать себя очень виноватой, – ответила ей тетя Джулия.

– А как вы сегодня добрались сюда? – поинтересовалась My.

– У меня есть друзья в министерстве информации, которые должны были посетить Мелчестер.

– А, да это ведь всего в пяти милях отсюда, – сказала Фенела.

– Да, я знаю; а там я взяла местное такси, которое и доставило меня сюда. Таксист будет ждать моего возвращения.

My взглянула на Фенелу, и та сразу поняла, что хотела сказать ее сестра. Она заколебалась на мгновение, а затем решительно произнесла:

– А может быть, вы останетесь здесь у нас? Будет не особенно комфортно, но мы что-нибудь придумаем.

– Вы разрешаете мне остаться? – Лицо Джулии Мак-Клелланд осветилось радостью. – Как я надеялась, что вы предложите мне это! Видите ли, хоть Реймонд и многое рассказал мне о вас, прошло столько лет, что многое предстоит наверстать теперь. Я хочу знать буквально все, и прежде всего мне хотелось бы увидеть Тимоти и Сьюзен.

– Реймонд и о них вам рассказал? – спросила My.

– И даже очень и очень много, – проговорила тетя Джулия. – Я уже люблю этих детей.

Только теперь Фенела поняла, на что так часто намекала ее тетушка. Она все время пыталась дать им понять, что уже подготовлена к тому, чтобы принять их целиком, и все, что их окружает, даже Саймона с его эксцентричными выходками, детей от второго брака, а также все скандалы и неприятности, которые окружали их семейство вот уже много лет.

Заключение мира и в самом деле потребовало чрезвычайных усилий, и Фенела почувствовала, что единственной вещью, которую им осталось сделать, было принять их тетку с распростертыми объятиями. Единственной трудностью в этом вопросе оставался Саймон.

Фенела как раз размышляла о том, как бы получше подойти с этим к отцу, когда, к своему ужасу, увидела, что дверь открылась и в комнату вошел сам Саймон, поддерживаемый под руку сестрой Беннет.

– Здесь есть одна картина, которую я хочу показать вам, – говорил он сиделке.

Тетя Джулия, My и Фенела в замешательстве вскочили с дивана.

– А, вот вы где, – весело проговорила сестра Беннет. – А мы гадали, куда вы запропастились?

Фенела вышла вперед.

– Саймон, – проговорила она, – у нас гостья.

– Это человек, которого ты знал много-много лет назад, что даже неудобно напоминать об этом, – сказала Джулия Мак-Клелланд.

Она подошла ближе к тому месту, где стоял Саймон, недалеко от входной двери.

Саймон резко повернулся к ней.

– Кто это? – спросил он. – Кто это говорил?

В его голосе внезапно почувствовалось волнение.

– Это мисс Мак-Клелланд, – волнуясь, ответила ему Фенела. – Мисс Джулия Мак-Клелланд.

Саймон, казалось, едва слушал ее. Он повернулся лицом к тому месту, откуда прозвучали последние слова, сказанные Джулией Мак-Клелланд.

– Говорите, – сказал он. – Скажите еще что-нибудь.

– Ваша дочь представила меня вам, – проговорила тетя Джулия тихим голосом.

Фенела поняла, что ее тетка волнуется, так как на ее щеках проступил яркий румянец.

– Как я уже сообщила вам, с тех пор, когда мы встречались, прошло много лет, но я все-таки осмелюсь напомнить вам о себе. Я – Джулия, сестра Эрлайн.

– Я помню ваш голос, – сказал Саймон, и его собственный голос дрожал, когда он произносил эти слова.

И тогда, будто различив что-то в тумане прошлого, Фенела вспомнила и поняла, что истинное фамильное сходство Джулии Мак-Клелланд и ее матери заключалось в том, что у них были совершенно одинаковые голоса.

– Она мне нравится, – сказала My, присев на край кухонного стола и болтая ногами.

– Да, она очень славная, – ответила Фенела, раскатывая тесто для пирога, который собралась приготовить к ленчу, – но я надеюсь, что она не задержится у нас слишком долго.

– Почему это? – спросила My, и в ее голосе ощущалось что-то напоминающее резкость.

– Ну, во-первых, начиная с завтрашнего дня мы будем жить совершенно без слуг, а я лично считаю, что работать на заводе гораздо легче, чем без конца бегать по этому дому, когда в нем столько людей.

– Как – без слуг! – словно эхо повторила My ее слова. – А что случилось с той старухой, которую мы привезли из Уэтерби-Корт?

– Сегодня вечером она возвращается обратно, – ответила Фенела. – Она считает, что работа здесь слишком трудна и ей не справиться с ней. Когда я вспоминаю, как нам с Нэнни приходилось управляться по хозяйству, мне становится просто смешно от ее слов.

– А нельзя ли нанять кого-нибудь другого на ее место? – спросила My.

– Думаю, на это нет ни одного шанса. Они все привыкли делать свою работу не торопясь, в удобной обстановке. А кроме того, все они на самом-то деле слуги леди Коулби, а вовсе не мои, и вследствие этого не упускают ни одного случая напомнить мне об этом.