Чтение онлайн

— Ты тоже расскажи, что было днём.

Сердце ухнуло, пальцы дрогнули. Откуда он знает.

— Та-а-к, — сжал руку сильнее, чтобы не высвободилась. — Значит правда было.

— Не честно. Я первая спросила.

— Я твой муж и отвечаю за тебя. И куда же влез мой Бельчонок?

Говорил ровным отстранённым тоном, словно вежливо интересовался, но она-то знала, что не будь этой новой таинственной сделки, то сейчас бы бушевало пламя. Приподнялся, не выпуская руки, сузил глаза и долго смотреть ей в лицо. Яркие синие всполохи бились в глазах огоньками, зрачок на пару секунд вытянулся вертикально. Сделалось совсем страшно.

— Ты обещал не пугать меня, — закрылась второй рукой.

— Я обещал пугать, — подчёркнуто строго парировал Стефан, откинулся обратно на подушку. — Но не причинять вреда. С какой магией ты встретилась сегодня?

Вельда уже приняла решение. Совсем не обязательно говорить всю правду. Стефан сам подсказал, в какое русло можно повернуть разговор.

— Как я объясню, если не понимаю? — сумела высвободить ладошку, но руку не убрала, гладила пальцами руку мужа.

— Опиши, — губы растянуло снисходительной усмешкой.

— М-м, кто-то хотел сделать мне плохо, тёмный вихрь охватил, — внутренне охнула, боясь проговориться. — Земля и воздух, пронизанные линиями, они помогали мне. Сам собой сотворился щит.

— Меня звала?

— Звала. Слова сами сплелись.

Он кивнул и спросил:

— Позже, что случилось? Было же ещё что-то?

Вельда нахмурилась. А ведь и правда! Совсем забыла о холоде в погребе.

— На кухне стало очень холодно и тоскливо. Кажется, весь погреб замёрз, но Лейни ничего не заметила. Я не стала спускаться…

Стефан резко приподнялся, положил ладонь на живот жены таким жадным, собственническим жестом, что она улыбнулась.

— Никогда не спускайся туда. Если почувствуешь холод, уходи, как можно дальше, — слова совсем не сочетались с бесстрастным выражением лица, не умолял — зачитывал инструкцию. — Любую магию почувствуешь, уходи, если возможно. И не упрямься.

— Не буду, — провела ладонью по его щеке. — Я же послушный Бельчонок.

А маг даже через броню сделки ощутил отклик внутри себя — от нежности на секунду защемило сердце. Любовь Вельды могла пробиться через любые преграды. Верил, что его удивительная, сильная девочка достаточно умна, чтобы избежать явной опасности. Но совместный ритуал крайне необходим. Поиском вариантов он должен заняться немедленно. Вот только…

Рука Стефана продолжала лежать на животе Вельды. Обострившиеся чувства давали огромный поток информации о внешнем мире — кроме запахов и вкусов, маг чувствовал чуть заметные вибрации земли и тепло тел. Сейчас краем сознания он уловил передвижения Лейни в нижней части дома, и мышь в углу хозяйственной комнаты. Но это было неинтересно. Другое заняло Стефана. Не поверил себе вначале, отвёл ладонь, приложил в другом месте живота, приблизил лицо, коснулся лбом.

— Что случилось? Пугаешь, — встрепенулась Белка.

Опять странная улыбка оттянула углы рта мага.

— Ошибка возможна, но…

— Что?! Глупый маг, не делай так! — Вельда теряла терпение.

— Двое детёнышей, — гордость с нежностью пробились через рациональное, восторженным шипением.

Широко распахнув глаза, Вельда смотрела на мужа. Мысль о том, что у них, может быть, двойня никогда не посещала её. Ребёнок, один, об ином и не думалось. В волнении притянула Стефана к себе, целовала. Все страхи забыла. Прошептала:

— Ох, надеюсь я справлюсь сразу с двумя.

— Мы справимся, — поправил её Стефан. — А сейчас тебе лучше заснуть.

Невесомо положил ладонь ей на глаза. Проваливаясь в сон, Белка успела сказать:

— Ты так и не рассказал…

— Потом. Обязательно. Прости, родная.

Убедился, что сон Вельды спокоен и глубок, и спустился в лабораторию. Впереди целая ночь для работы. Затем задумался и направился на кухню. Желание съест кусок сырого мяса никуда не делось, только усилилось.

На кухне замер зверем на охоте, исследуя пространство. Запах чужой магии был сильным. Бесшумно скользнул к погребу, открыл, впитывая информацию. Кольца на печати сделки отправили неясный импульс об опасности. Спустившись вниз, дошёл до ледника с мясом. Вспомнил, что хотел осмотреть угол, где видел Рюта Тарвита. Запах магии стал сильнее, с примесью знакомого опасного привкуса белой пыли с тела первой жертвы. Только никакого подклада маг не обнаружил. Может быть прямое воздействие на стену. Болевой импульс ударил в висок. Добрались, значит, и до дома.

Когда-то у Стефана возникло предположение, что в демонстративном преподнесении жертвы было нечто личное со стороны преступников. Магические воздействия на него и на Вельду служили подтверждением. Дом перестал быть безопасным местом. Но кто может настолько ненавидеть Стефана Фолганда, брата землевладельца, чтобы затеять подобную игру. Ничего дельного не шло на ум.

Взмахнул рукой, выпустив очищающую волну, чтобы выжечь чужую магию. Теперь можно и подкрепиться. Обнюхал мясо на леднике, пожалел, что оставил кинжал в уличных сапогах, поэтому пришлось подняться наверх.

— Ой, это вы, милейший господин Стефан, — служанка испуганно заглядывала в кухню.

— Идите спать, Лейни, — маг спокойно выбрал нож на стойке и повернулся к служанке, наблюдая, как беспокойство в глазах женщины нарастает.

Мысль, что следовало бы проверить и её, выглядела очень здраво. Он прекрасно понимал, как выглядит сейчас, ещё и с ножом в руке. Любая женщина сбежит или в обморок упадёт. Любая кроме Вельды. И как оказалось, служанка тоже имела крепкие нервы, несмотря на свои обычные стенания.

— Вы правы, я… А зачем вам нож, милорд?

Стефан подошёл ближе, втягивая носом воздух, внимательно наблюдая за лицом помощницы. Игра забавляла, и хотелось усилить впечатление.

— Хочу отрезать себе сырого мяса. Проголодался, знаете ли.

Произнося фразу, отдающую двусмысленностью, он продолжал приближаться. Лейни отступила на шаг. Магией от неё не пахло. Ничем не пахло кроме обычных бытовых запахов. Даже слишком стерильно. Взгляд помощницы выражал крайнюю собранность и осторожность. Кажется, она поверила, что маг опасен и готовилась бороться за жизнь. Будь у зверя совесть, то Стефану стало бы стыдно, но у богов земель Фолганда совести никогда не было. Только жажда игры и любовь к сделкам.