Чтение онлайн

Поэтому человек пошел на запад, а Тони – на восток, где и нашел пристанище в паршивом мотельчике на улице Вентура.

…Раздался сигнал автомобильного клаксона, и Тони повернулся, узнав этот звук. В этом не было ничего удивительного, тем более, что он узнал и машину. Это был его собственный спортивный МГ, и тот человек сидел за рулем. Машину он остановил у самой кромки тротуара.

– Быстрей, – сказал человек, что было глупо, потому что все равно остановились на красный свет.

Тони вскочил в машину и, когда зажегся зеленый свет, МГ развернулся и поехал в направлении Лорел Каньона.

– Эй, приятель, откуда ты взял мою тачку? – спросил он. Человек улыбнулся:

– От тех добрых людей, которые тебя распяли.

– Ты побывал в моей норе? – спросил Тони. Человек кивнул.

– Хотел проверить ее, удостовериться, что у нас не будет никаких проблем.

– Как насчет фараонов?

– Если неведение – благо, то они – самые счастливые люди на земле.

– Никто не настучал?

– Ни одна живая душа, – человек остановил машину, затем резко дал газ на зеленый свет. – Дом у тебя действительно ничего.

– Я же говорил – шикарная берлога.

– Я как-то не ожидал столько вкуса.

– Раньше халупа принадлежала продюсеру. Мой менеджер купил ее в прошлом году по дешевке.

– Это он присматривал за домом в твое отсутствие?

– Нет, мы с ним разорвали контракт, когда я залег в дурдом. Моя старуха заходит пару раз в неделю. Заводит машину, чтобы аккумулятор не сел, убирает, кормит собак. Как тебе собаки?

– Напугали меня до полусмерти. Начали лаять, как только я перелез через ограду. – Человек свернул налево, на дорогу, ведущую на гору Лукаут. – Хорошо, что она держит их на цепи.

– С доберманами иначе нельзя. В нашем районе многие держат сторожевых собак – лучшая охрана. Меня-то они оба знают, и к мамаше моей привыкли, но если чужой зайдет в дом – берегись!

– Они рычали все время, пока я был в доме. Я подумал, что они голодны, поэтому взял на кухне банку собачьих консервов и хотел им вынести. Но они меня и близко не подпустили.

– Когда они увидят нас вместе, то просто не обратят на тебя внимания. Я уже говорил, со мной и моей старухой они ведут себя просто как щенки.

МГ преодолевал подъем на Лукаут мимо каньона Подкова. Потом на развилке дороги они свернули на Уондерленд Авеню.

Даже в темноте дорога была знакома Тони, и внезапно он впервые осознал, что возвращается домой. Только сейчас он понял, как скучал по своей берлоге, по Тигру и Бутчу.

Хорошо побыть дома, даже если недолго. Конечно же, недолго, потому что как только полиция что-нибудь пронюхает, здесь станет слишком жарко. Тони взглянул на своего спутника.

– А что дальше будем делать? – спросил он.

– У меня есть кое-какие идеи. Давай, однако, подождем, пока приедем и отдохнем в доме.

МГ теперь двигался на черепашьей скорости, проходя последние повороты на пути к стоящему на самой вершине холма дому, как в замедленной киносъемке. Собаки услышали приближение машины. Они рычали и выли за стеной.

МГ остановился у ворот с включенным двигателем.

Человек достал из кармана и бросил на колени Тони связку ключей.

– Тебе не придется лезть через забор, – сказал он. – Я нашел их в твоем письменном столе.

Тони открыл дверцу и вышел из машины. Он слышал, как Тигр и Бутч скулили и принюхивались, как в возбуждении они скребли когтями по стене. Да и он тоже был возбужден: после такого долгого отсутствия достаточно было только увидеть свой дом. Он, оказывается, и сам не сознавал, как сильно скучал.

Тони взглянул на своего спутника. Тот продолжал сидеть за рулем.

– А ты со мной не идешь?

– Не раньше, чем поставлю машину в гараж. Если кто-то увидит ее завтра на улице, начнут прикидывать, что к чему.

Хорошая мысль. Тони показал свое одобрение жестом большого и указательного пальцев, и человек кивнул.

– Ты иди первым и успокой собак.

Тони подошел к воротам и открыл их. Даже ощущение поворота ключа в замочной скважине было знакомым и приятным.

Собаки не перестали рычать, когда он зашел во внутренний дворик и закрыл за собой ворота. За их завыванием он расслышал звук двигателя своего МГ – водитель дал газ и тронулся с места. Но прежде, чем он смог это осмыслить, Тони обернулся и увидел Тигра и Бутча. К его удивлению, они были спущены с цепи и неслись на него, оскалив пасти и брызгая слюной, их глаза горели при лунном свете. В прыжке они заслонили собой сияние луны.

Тони вскрикнул и попытался отвернуться, но было поздно.

Бывают доказательства, совершенно невероятные, но которые не так-то просто отмести. Как, например, то досье, которое к утру скопилось на столе Барринджера: пометки по результатам телефонных переговоров, расшифровки магнитофонных записей, донесения.

– Ну, хорошо, – проворчал он. – Я должен принять это как факт. Но я все же не могу поверить…

– И вы хотите, чтобы я вас убедил, не так ли? – сказал доктор Виценте. – Не обязательно, – Барринджер налил себе кофе. – Вы прочитали все материалы. Я хочу услышать ваше мнение.

– Иными словами, мнение ученого-дилетанта. – Виценте взял кофейник и наполнил свою чашку. – Прежде всего, мог ли один человек совершить все эти убийства за каких-то четыре часа? При определенных условиях ответ может быть определенно утвердительным.

– Что это за условия?

– Он должен был знать имена и адреса всех жертв – а он мог их узнать либо от них самих, либо из картотеки Гризволда перед тем, как сжечь ее. У него должно было быть средство передвижения – а по следам шин у дома мы знаем, что он использовал машину Тони Роделла или, по крайней мере, машину, которая стояла в гараже Роделла. Наконец, он должен быть в достаточной степени уверен в том, что эти люди рано или поздно, но не позднее вчерашнего вечера должны были появиться дома или на бывшей работе… или позже – Эдна Дрексел сказала родителям, что в Шерман Оуксе они все разошлись в разных направлениях.