Чтение онлайн

Ее же страх основывался на том, что она могла его узнать.

Гордон заканчивал десерт. Щадя Карен, он задавал вопросы как бы между прочим, но теперь, когда он отставил тарелку и откинулся на спинку стула, Карен поняла, что передышка кончилась.

Гордон посмотрел на часы.

– Мне нужно будет скоро звонить, – сказал он. – Может быть, они нашли вашего мужа.

– Или убийцу, – сказала Карен.

– Вы очень преданная жена, не так ли, миссис Раймонд?

– Преданность здесь ни при чем, – Карен поймала себя на том, что оправдывается. – По закону человек считается невиновным до тех пор, пока не доказана его вина.

Фрэнк Гордон вздохнул.

– Давайте говорить прямо, миссис Раймонд. Вы пытаетесь защитить одного человека, потому что вы верите, или утверждаете, что верите, что он невиновен. Как насчет всех остальных, которые погибли? Мы знаем, что они были невиновны, но кто защитил их? Карен покачала головой:

– Я все-таки утверждаю, что у Брюса не было мотива. Зачем ему нужно было убивать кого-то и совершать побег, если его и так должны были выписать?

– Потому что он не знал, что его выписывают, – Гордон сказал это, пристально глядя ей в глаза. – Это правда, так ведь?

«Ах ты, ублюдок, – подумала Карен. – Лейтенант Барринджер не догадался, этот полицейский психиатр не докопался, а тебе нужно было дойти до этого. Да, это правда.»

Гордон не ждал ответа. Ему не нужен был ответ, а может быть, он прочитал его на ее лице.

– Я могу понять желание жены спасти своего мужа. Но вы должны понять и наше положение. Задача полиции – обеспечить безопасность граждан, и пока мы с ней не справились. Сейчас мы должны думать о будущем. Человек, которого мы подозреваем в совершении этих убийств, все еще на свободе. И, если мы очень скоро не найдем его, есть все основания ожидать, что будут еще жертвы. Другие невинные люди.

– Но мой муж не единственный, – сказала Карен. – Не найден еще один пациент – Эдмунд Кромер.

– Как? – Гордон весь подался вперед. – Почему вы раньше не называли мне это имя?

– Потому что Брюс собирался рассказать Дойлу. – Карен запнулась. – Потом, после того, что случилось, у меня не было возможности…

– Может быть, вы мне расскажете сейчас?

– Да.

И она рассказала.

Лицо Гордона, пока Карен рассказывала, было непроницаемым, глаза холодные, официальные. Он подождал, пока она закончит, потом заговорил.

– Это все?

– Да. По крайней мере, это все, что я помню.

– Никакого описания?

– Он собирался дать эту информацию Дойлу…

– Сказал, что собирался, – Гордон произнес это жестко.

– Вы не верите…

– Что ваш муж все это вам рассказал? – Гордон кивнул. – Вопрос, почему?

– Потому что он хотел помочь опознать убийцу.

– Или потому, что он знал, что это единственный способ заманить Доила на крышу и избавиться от него. Тогда он, уже не опасаясь, мог бы расправиться с вами.

– Но он же не сделал этого…

– Только потому, что в холле дежурил еще один человек, человек, о котором он не знал. Он, по-видимому, и спугнул вашего мужа.

– И все же это не меняет того, что он рассказал о Кромере, – сказала Карен.

– Давайте над этим поразмыслим, – Гордон говорил медленно. – Ваш муж обвинил другого пациента в убийствах. Но разве он представил что-нибудь существенное, что можно было бы проверить и использовать как доказательство? Какие гарантии, что он говорил правду? Как мы можем быть уверены хотя бы в том, что фамилия другого пациента Кромер?

Карен не ответила. Потому что в памяти ее ответом зазвучало эхо голоса Брюса. Он стоял тогда на крыше, мрачно улыбаясь, и говорил:

– Может быть, никакого Эдмунда Кромера нет. Может быть, я все это выдумал.

Внутреннее эхо умолкло. Помещение начало расплываться, и только прикосновение ладони Гордона к ее руке вернуло Карен к реальности.

– Миссис Раймонд…

Реальность. Эта рука, этот голос. Пора было перестать слушать ложь, перестать лгать себе. Карен зажмурилась, широко раскрыла глаза.

– Уже лучше? – Фрэнк Гордон отпустил ее руку. Карен кивнула.

– Одно ясно. Другой пациент существует. Нам придется проверить фамилию, попытаемся его найти. Но вы должны быть готовы и к тому, что он абсолютно ни при чем. И, если это так, то весьма вероятно, что его уже нет в живых.

Гордон говорил мягко, но нельзя было отрицать силу его логики. Отрицать что-либо было больше невозможно.

– Я думал о том, что вы мне ранее рассказали, – продолжал он. – И есть здесь что-то, что кажется нелогичным.

– Нелогичным?

– Все убийства совершены чрезвычайно методично. Хотя мы и считаем фактом то, что это дело рук человека с нестабильной психикой, здесь просматривается интеллект очень высокого порядка. Это не обычные преступления, совершаемые импульсивно или в порыве страсти. Мы столкнулись с кем-то, кто твердо намерен уничтожить всех людей, которые могут его опознать. Что и выводит сейчас на вас.

– Я не понимаю.

– Если ваш муж несет ответственность за то, что случилось, почему он должен рассматривать вас, как угрозу его безопасности? Вы уже показали, что он был пациентом клиники. Если устранить вас сейчас, это все равно не изменит ваших показаний.

Карен перевела дыхание. Может быть, здесь была спасительная зацепка, отрицать все же имело смысл.

– Это как раз то, что я им говорила, – сказала она. – Лейтенанту Барринджеру и другим. У него нет причин причинять мне зло. – Повторяя это снова, она почти убедила себя в том, что верит в сказанное. – Вы правы, это нелогично.

– Я сказал, кажется нелогичным, – голос Гордона все еще звучал мягко, но она расслышала его предельно ясно. – Поэтому должна быть другая причина. Если он устранит вас, то это не изменит ваших показаний. Но зато даст гарантию, что вы сами уже никогда не сможете изменить своих показаний.