Чтение онлайн

Однако любой командующий, слепо игнорирующий желания своего гражданского начальства, был почти настолько же круглым идиотом, как и тот, кто безоговорочно соглашался с этими желаниями вопреки собственному мнению. И хотя Хумало продолжал считать, что данная миссия вряд ли окажется самым эффективным использованием КЕВ "Гексапума", временный губернатор высказала несколько существенных замечаний. Замечаний, которые будут очень бросаться в глаза, если он предпочтет их проигнорировать, а его начальство в нынешнем Адмиралтействе решит усомниться в его суждениях.

— Очень хорошо, госпожа губернатор, — сказал он, не в состоянии полностью сдержать резкость в своем тоне. — Не уверен, что полностью убежден, но вы привели несколько веских аргументов. И, что, возможно, важнее, вы прямой политический и административный представитель Её Величества здесь, в Скоплении. А значит, флот Её Величества несёт ответственность и обязаность предоставлять вам помощь и поддержку по любому вопросу, включая предоставление военной поддержки, которая, по вашему мнению, будет наилучшим образом соответствовать выполнению вашей основной цели. Я отзову "Гексапуму" и предоставлю её в ваше распоряжение для этой операции.

— Спасибо, адмирал, — поблагодарила дама Эстель с любезной улыбкой, настолько теплой, что Хумало даже обнаружил, что улыбается в ответ.

— А где именно "Гексапума" находится в данный момент? — спросила она.

— В Нунцио, миледи, — мгновенно ответила капитан Шоуп, как и полагается расторопному штабному офицеру. Она взглянула на Хумало краем глаза, но продолжала смотреть на временного губернатора. — Предполагая, что капитан Терехов придерживается назначенного графика, он будет находиться там ещё день-другой. Конечно, что-то могло задержать его отправление. Но если ничего не произошло, он должен отправиться в Целебрант в течение промежутка от двадцати четырех до сорока восьми стандартных часов. Время его путешествия от Нунцио до Целебранта должно составлять десять с половиной стандартных дней. Нам придется отправить курьеров в обе системы, чтобы он наверняка получил приказ об отзыве.

— Но наиболее вероятно то, что он будет в Целебранте, когда получит его?

— Да, миледи, именно так.

— Отлично! — сказала дама Эстель с энтузиазмом, который вызвал озадаченное выражение на лице контр-адмирала Хумало. Она широко улыбнулась ему. — Если он отправится из Целебранта, — объяснила она, — ему вряд ли придётся сильно отклониться от курса для остановки у Рембрандта, не так ли?

— Транспортный контроль Понтифика, это "Гексапума", запрашиваем разрешение покинуть стояночную орбиту планеты.

— "Гексапума", это коммодор Карлберг, — ответил на стандартный запрос коммандера Нагчадхури неожиданный голос, вместо дежурного оператора. — Вы можете покинуть орбиту Понтифика, и примите нашу глубокую благодарность. Мы не забудем то, что ваши люди сделали для нас. Удачи и доброй охоты!

Нагчадхури оглянулся на капитана Терехова, сидевшего в своём командирском кресле в центре мостика "Гексапумы". Тот ответил на его взгляд, а затем нажал кнопку у себя на подлокотнике.

— Рад, что мы смогли помочь, коммодор, — ответил он главнокомандующему Нунцианского Флота. — Надеюсь, у вас больше не будет непрошеных гостей, но если высунется какой-нибудь нахал, в течение следующей пары недель вас должен навестить другой корабль королевы. Между тем, благодарю за добрые пожелания.

— Вы заслужили их капитан. И, кстати, мы будем тщательно присматривать за вашими пленниками, пока временный губернатор не решит, как именно она хочет с ними поступить.

— Спасибо сэр. Я никогда в этом и не сомневался. Терехов, конец связи.

— Это наименьшее, что мы можем для вас сделать, капитан. Карлберг, конец связи.

Терехов одобрительно кивнул Начадхури, отключившему канал, затем повернул своё кресло к лейтенант-коммандеру Райту.

— Ладно, коммандер. У нас есть разрешение, так почему бы нам не отправиться прямо сейчас?

— Слушаюсь, сэр, — ухмыльнулся астрогатор и посмотрел на главстаршину Клэри. — Рулевой, выполнить запланированный маневр схода с орбиты.

— Слушаюсь, сэр. Покидаем орбиту, — отозвалась Клэри, а "Гексапума" задрала нос и двинулась с постоянным ускорением в сто g.

— Поддерживать текущее ускорение до точки Абель, — приказал Райт. — Затем взять курс ноль-ноль-три на два-семь-девять с ускорением пятьсот g.

— Есть поддерживать ускорение до точки Абель, затем взять курс ноль-ноль-три на два-семь-девять с ускорением пять-ноль-ноль g, — подтвердила Клэри, и Терехов с отчётливым удовлетворением откинулся в кресле, а его корабль начал медленно ускоряться уходя от орбитального трафика Понтифика. Семьдесят пять световых лет до Целебранта, подумал он. Десять с половиной дней для всей остальной вселенной, или немногим больше семи по часам "Гексапумы". Вынужденное бездействие, которое сулило это путешествие, будет всеми на борту корабля воспринято с горячим одобрением.

Двенадцатидневная остановка "Гексапумы" в Нунцио была настолько же продуктивной, насколько была лихорадочно деятельной. Два экс-хевенитских пиратских судна были уничтожены или захвачены, "Изумрудная Заря" была освобождена (пускай над ней немало потребуется потрудиться хорошо оборудованному ремонтному кораблю, прежде чем она снова сможет покинуть Нунцио), и тщательное обновление данных по системе Нунцио в астрографических базах Флота. В свою очередь, правительство президента Адольфсона и граждане планеты ясно высказали своё одобрение действиям "Гексапумы", так что он со своей командой мог покидать систему в уверенности, что по крайней мере эта звёздная система не испытывает никаких сомнений в желательности включения в Звёздное Королевство.

И, кроме того, призовые деньги, причитающиеся за освобождение "Изумрудной Зари" — не учитывая премиальные за убитых и захваченных пиратов — ничуть не огорчат людей.

Но, что было важнее всего с точки зрения Терехова, команда "Гексапумы" больше не была неизвестной величиной. И также было ясно, что эта самая команда больше не питала никаких сомнений, если те и были, насчет компетентности своего капитана. Это стоило весьма много, сказал он себе. В самом деле, весьма много.

— Приближаемся к точке Абель, — объявила старшина Клэри.

— Очень хорошо, рулевой, — отозвался он, и улыбнулся.

— Вот они!

Капитан Национальной Полиции Корнати Барто Джезич, раздраженно закатил глаза, услышав донесённый связью хриплый шёпот предупреждения.

— Говорит Лидер! — отрывисто бросил он свой микрофон. — Кто, черт побери, это сказал и где вы? Приём.

Наступила секунда напряженного молчания. Каждый из людей Джезича распознал этот тон. По существу, он был прекрасно известен по всей НПК. Кого-то скорее всего, круто поимеют, если только он не окажется очень, очень удачлив.