Чтение онлайн

— Атака была остановлена полностью, господин вице-президент, — сказала она. — Не подлежит сомнению, что все террористы погибли. Что же касается остального, то криминалистам практически не с чем работать. По-видимому, она сама несла один из зарядов взрывчатки, которым они планировали взорвать стоянку на пути назад.

— Но вы действительно думаете, что это была она? — нажал Раджкович.

— Полагаю, это весьма вероятно, господин вице-президент, — ответила она после секундного колебания. — Я снова должна подчеркнуть, что криминалистам осталось не очень много материала. Но информация, бывшая у нас до атаки, гласила, что та будет проходить под оперативным руководством мужчины, которого называли "Ледорубом", но общим руководством занималась сама Нордбрандт. То обстоятельство, что секретарь Грабовач должна была присутствовать лично, по-видимому, сделало это собрание достаточно важным, чтобы Нордбрандт решила, что ей стоит участвовать. Вы же знаете, как она с самого начала делала упор на образе "возглавляющей атаку".

Басаричек сделала паузу, и дождалась кивка Райковича. Как бы он ни ненавидел Агнесс Нордбрандт, и не питал к ней отвращения, никто не мог назвать её трусливой. И как бы ему не хотелось признавать это, её привычка лично участвовать в особенно важных атаках, заработала ей невольное уважение — хоть, конечно, и не восхищение — у некоторых представителей планетной прессы. Он не был уверен, поступала ли так Нордбрандт именно по этой причине, или это было из-за её собственного фанатизма, и это не имело значения. Особенно, если информация Басаричек была верна.

— В любом случае, мы однозначно опознали среди погибших "Ледоруба", — продолжила начальник НПК. — Мы уже знаем, что он был одним из самых главных главарей ячеек. Теперь, когда нам удалось получить его отпечатки, мы смогли идентифицировать его как Юраша Дивковича. Мне печально это признавать, но его отец был убит — вероятно, кем-то из моих людей, хотя возможно это был кто-то из народного ополчения, которое нам пришлось призвать — во время массовых беспорядков на заводе Одак восемь лет назад. Судя по тому, что я узнала про него и его семью, трудно винить его за его гнев. Ещё у него было два брата; оба исчезли сразу после атаки на Неманья-Билдинг, как и он сам, так что, боюсь, через какое-то время мы столкнёмся и с ними.

— Кроме него, однако, мы собрали тела — или, по крайней мере, частичные их остатки — ещё шестерых человек. Одной из них была женщина, и на плёнках, отснятых людьми лейтенанта Будак при слабом освещении, прежде чем всё пошло кувырком, она чертовски похожа на Нордбрандт. Как я уже сказала, она несла мощный заряд взрывчатки, который взорвался во время стрельбы, поэтому самые крупные обнаруженные нами кусочки её тела не особо велики. Всё, что было собрано, передано нашей центральной экспертно-криминалистической лаборатории, но у нас нет таких технологий, какими обладают Звёздное Королевство или солли, а это был мощный взрыв. Потребуются дни или даже недели, только чтобы рассортировать останки по принадлежности. Возможно, мы никогда не сможем уверено заявить, была ли это она или нет.

— Но если это она… — голос Райковича оборвался, когда он представил, какое разрушительное воздействие имела бы смерть Нордбрандт для АСК. Вряд ли это остановит безумцев, которых она наставила на этот путь, но наверняка окажется сокрушительным ударом.

— Ладно, — встряхнулся он, возвращаясь в настоящее. — Сделайте всё возможное, чтобы подтвердить так это или нет, полковник. А сейчас нам надо постараться, чтобы это не попало в прессу. Не хватало только нам сделать голословное заявление, что она мертва, если потом вдруг выяснится, что это не так.

— Вот это, сэр, может оказаться проблемой.

— Проблемой? — напрягся Радйкович, и губы Басаричек недовольно искривились.

— Господин вице-президент, перестрелка длилась недолго, но была вполне… заметной, — пояснила она. — А взрыв ещё более заметным. Всё это привлекло много внимания, включая прессу. По крайней мере три группы журналистов добрались туда даже раньше экспертов. Нашим людям, конечно, было приказано хранить молчание, и отсылать все вопросы к официальным лицам. К сожалению, одним из вопросов, заданных офицеру по связям с общественностью репортером, было может ли тот подтвердить, что среди погибших была Нордбрандт. Так что, похоже, кто-то брякнул им про это ещё когда они появились на месте.

Она снова скривилась, ещё сильнее, и покачала головой.

— Простите, сэр. Я знаю, насколько деликатного подхода требует эта информация, и как важно было хранить её в тайне, пока мы не получим подтверждения. Но, похоже, она уже просочилась. Единственными, кто мог проболтаться, являются сотрудники НПК, и если я выясню, кто это был, заверяю вас, я лично выскажу им, что думаю на их счёт, но, боюсь, ущерб уже нанесен.

— Понимаю, — нахмурился Райкович и пожал плечами. — Что сделано, то сделано, полковник. Если найдёте виновника, дайте ему или ей пару добавочных пинков и от меня, но вы правы. Нам не утаить кота в мешке. Нам придется быть настолько откровенными, насколько можно, при этом подчеркивая, что у нас нет никакой подтверждающей информации. Хотя сомневаюсь, что они прислушаются к нам, — со вздохом предсказал он.

Капитана жандармерии Солнечной Лиги Дамиена Харахапа, также известного как "Зачинщик", жизнь не радовала.

Он сидел за маленьким столом в одном из баров Карловача, баюкая в руке бокал пива, которым по праву могли гордиться пивовары столицы. Взгляд его упал на лежащую перед ним старомодную печатную газету. Харахапу никогда особо не нравились подобные примитивные версии настоящих газет. В особенности он был недоволен невозможностью напрямую обратиться к пристойной информационной сети, чтобы прочитать статьи по данной теме. Иногда он задавал себе вопрос, каким же образом разведчики могли по-настоящему работать в докомпьютерную эпоху. Они, наверное, каждый день часами копались в бесконечных кипах измаранной чернилами и захватанной пальцами бумаги!

Но эта конкретная газета бесила в особенности, поскольку делала массу предположений и не подтверждала абсолютно ничего. Да, если считать все предположения репортёров и редакционный комментарий правдой, то новости были кошмарные. Однако он практически предпочёл бы знать, что это правда, чем так мучиться догадками.

"НОРДБРАНДТ МЕРТВА?"

"УБИТА ОСНОВАТЕЛЬ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ГРУППИРОВКИ АСК!"

"СМЕРТЬ УБИЙЦЫ!"

Заголовки, может быть кроме первого, не оставляли места для сомнений. Вопросы появились только тогда, когда Харахап стал читать сами статьи. "Карловач Геральд Трибьюн", первая сообщившая о сенсации в своём дневном выпуске, поддалась всеобщей эйфории меньше остальных. Как написал её ведущий автор, "Представители правительства продолжают подчёркивать, что до сих пор нет однозначной идентификации останков Нордбрандт. Судебно-медицинские эксперты предостерегают, что, возможно, никогда не удастся достоверно определить, действительно ли находящиеся в распоряжении Национальной Полиции останки принадлежат получившей печальную известность террористке. Тем не менее, похоже, что имеются веские причины предполагать, что она действительно погибла".