Чтение онлайн

— Слушаюсь.

Танки покатились по склону к разровненной земле перед Матуа Высшим. Транспорты пехоты поехали следом, окруженные с флангов «Леманами Руссами» из 322-го бронетанкового ветеранского и старого полка Банника, 42-го бронетанкового.

Внезапно сзади раздался мощный рев. Столбом взвилось пламя, озарив сумрачный день неистовым оранжевым светом. От покореженных обломков посадочного корабля отвалился большой кусок охваченного огнем корпуса, и из его недр выехал «Возрождение Остракана», с обожженной дочерна краской и горевшими на корпусе разливами топлива, однако в целом неповрежденный.

— Ханник здесь! — крикнул в вокс-сеть заслуженный капитан. — Джентльмены, простите за опоздание. Банник, отбой! Что ты хотел сотворить с моей ротой?

— Рад вас видеть, сэр! — провоксировал Мартекен со слишком явным облегчением в голосе.

— Сэр, — произнес Банник, — нам приказали разобраться с этими целями, расчистить путь для пехоты и продвигаться к порту. — Он направил пакет данных через инфосеть роты. — Туда же идут «Везучие Восьмерки», Четыреста семьдесят седьмой пехотный и Вторая армия отвоевания Гентуса.

— Их передовые части уже запрашивают поддержку, — указал Эппералиант.

— Я знаю при… — Появление капитана испортил приступ сильного кашля. Он с трудом сделал вдох.

— Макропушки, сэр, — напомнил Харниген.

— «Люкс Император», разберись с ними! — велел Хан-ник.

— У меня поломка орудия. Конденсаторы заряжены, но выпуска энергии не происходит. По словам технопровидца Старстана, у нас проблема с рефракторами, — сказал Харниген.

— Тогда «Гибельные клинки». «Кортейн», «Ультрус», вперед. Уничтожьте их, затем выходим, — задыхаясь, сказал Ханник. — За Императора! За Терру! За Парагон!

Танки 7-й роты с рокотом продвигались по болоту, на ходу паля из всех орудий. «Люкс Император» ехал позади, пока «Честь Кортейна» с «Артемен Ультрусом» поливали крайнюю слева башню макропушки огнем из главных калибров, которые хоть на такой дистанции и не отличались точностью, но могли стрелять на несколько миль. Мегген с главным наводчиком «Ультруса», Росдосигеном, выстрел за выстрелом сужали разброс, пока снаряды наконец не легли в цель. Макропушки продолжали стрелять с частотой раз в полминуты. Три их снаряда пролетели над танками, упав на посадочные поля и учинив там бойню. Попадание выкосило целый взвод, едва только успевший высадиться из посадочного корабля. Пару легких десантных кораблей уничтожило одним выстрелом, их разорванные обломки разметало по толпе солдат вокруг них, убив десятки человек. Полковник Шолана из 42-го в отчаянии вызвал лэнс-удар, но тот промахнулся, подняв столб пара высотой пятьсот футов вдали от цели. «Гибельный клинок» вздрагивал при каждом выстреле главного калибра, ярко-белые струи газа лились из выпускной системы ствола на дуле. Снарядный подъемник безустанно лязгал через главную палубу, поднимая в башню новые снаряды.

— Чертов Флот! — раздраженно прорычал Мегген. Его последний снаряд попал в стену башни, обрушив лавину раскрошенного рокрита. — Все приходится делать вместо него.

Росдосиген также попал, и «Гибельные клинки» наконец развалили башню. Последняя макропушка вела куда более низкий темп стрельбы, из-за чего Банник предположил, что она или повреждена, или у нее недокомплект боевого расчета. Но орудие все равно продолжало вести огонь, сотрясая землю рядом с позицией 7-й роты.

— До них дошло послание. Теперь они целятся в нас.

— Это ненадолго, — сказал Мегген.

В башню врезалось все больше снарядов. Та по-прежнему стояла, но теперь замолчала.

— Просканировать башню авгурами! — приказал Хан-ник.

— Должно быть, попадание в расчет, — отозвался Ган-лик. — Оставь мне хоть кого-то, Мегген. Я из своего дробовика не могу никого достать.

— Солидным парням — солидные игрушки, — ответил Мегген.

— Командование сообщает о нулевых жизненных показателях, — сказал Коло.

— Дело сделано, идем дальше, — произнес Ханник. — Все вражеские оборонительные башни класса альфа выведены из строя. Можете объявлять общее наступление, генерал Ло Веркериген. Совет: вышлите отделение для проверки башни.

Банник не услышал ответа, который, без сомнения, получил Ханник. Командование ротой танков вроде «Гибельного клинка» никак не сводилось к тому, чтобы направлять действия такой роты.

По приказу генерала 7-я двинулась по диагонали вдоль линии фронта, приблизительно параллельно окраинам города в сторону посадочных полей. Своей исполинской массой танки крошили разрушенные рокритные и феррокритные укрепления, давили колючую проволоку, выкорчевывали танковые ежи и перемалывали в кашу тела мертвецов. Впереди во множестве приземлялись десантные корабли армии спасения Гюлема.

— Басдакам ковровая дорожка, — произнес Мегген. — Мы приняли на себя весь удар.

Банник задумался, не сделать ли тому выговор. Но он был прав. Меньшие парагонские войска прибыли в куда более спокойную обстановку. От большей части противовоздушного и противокорабельного вооружения мятежников остались одни обломки.

«Мы могли подождать, — подумал Банник. — Могли спуститься после того, как разберутся с пушками». Возможно, с тактической точки зрения и имело смысл отвести огонь от имперских сил, уже находившихся на поверхности, но Банник подозревал, что дело было не более чем в соперничестве и погоне за славой. Генералов Ло Веркеригена и Бастина с Парагона угнетало командование атраксийского генерала-капитана Искандриана. Это был рывок к поверхности, вопрос национальной гордости, решенный путем ненужной траты человеческих жизней.

От 7-й откалывались стройные колонны солдат, легких танков и бронетранспортеров. Армия развертывалась, чтобы охватить оставшиеся очаги сопротивления. Ряды «Химер» во главе с танками «Леманами Руссами», двигались к городу. Враг еще не был сокрушен. Отсек «Чести Кортейна» залило светом, когда в полукилометре от него взорвался танк, снарядный погреб которого детонировал от выстрела замаскированной лазерной пушки.

— Басдаки знают свое дело, — заметил Мегген.

— Обеспечить движущуюся огневую завесу! — приказал Ханник.

«Артемен Ультрус», «Возрождение Остракана» и «Честь Кортейна» развернули башни перпендикулярно маршруту движения танков и начали запускать снаряды.

— Эшелонированная оборона. Каждый перекресток — это крепость, которую придется сокрушить, — сказал Эппералиант. — Победа дорого нам обойдется.

— А ты покажи мне легкую победу! — крикнул Каллиген между двумя громогласными выстрелами вторичного орудия.

— Мы служим, — произнес Леонат, так тихо, что, наверное, он и не собирался говорить это вслух, но его слова разнеслись по воксу, невольно укоряя парагонцев.