Чтение онлайн

— Мы вас слышим хорошо. Что последнее вы услышали? Прошу ответить.

— Простите, слышу только одно из трех слов. Подозреваю поломку. Прошу повторить, мы… — Он нажал кнопку вокса и отключил связь. — Басдаковы падальщики! — выругался он.

— Что они сказали? — сипло спросил Ханник. — Я вообще ничего не разобрал.

— Без понятия, сэр, — ответил ему Банник.

7-я рота продолжила свой путь. «Люкс Император» покинул строй. Вращая гусеницами в противоположных направлениях, он аккуратно развернулся на месте, чтобы навести орудие «Вулкан» вперед, пока остальные танки шли навстречу 8-й. Экипажи затаили дыхание, когда Харниген доложил о готовности пушки, задаваясь вопросом, сумеет ли он выстрелить в этот раз, однако затем танк сделал два ослепительно-ярких выстрела, расщепивших на атомы две башни и оставивших на форте воронки оплавленного рокрита. Две другие башни развернули свои орудия в сторону «Теневого меча». Вокруг стали падать снаряды, пока пушка «Вулкан» заряжалась в третий раз, а затем, в свою очередь, взорвалась третья башня. Оставшиеся танки 7-й роты продолжали вести огонь на подавление, не давая подкреплениям подойти к форту.

Авгурные глаза танка проецировали пикт-изображение на тактические экраны Банника. К ним приближались три танка «Грозовой владыка». Родственные типу «Гибельного клинка» из той же семьи СШК, они тем не менее многим отличались. Приземистые, квадратные и лишенные башен пехотные транспорты, короткие стволы сдвоенных мегаболтеров «Вулкан» выступали из передней части главной палубы, за которой располагалась открытая боевая.

— Парригар, следуйте за нами, — сказал Ханник.

— Осталась одна башня, — произнес Парригар.

— Мы ею займемся.

Наконец, когда роты встретились, 7-я остановилась и развернулась к форту. «Артемен Ультрус» и «Честь Кортейна» осторожно проехали вперед, чтобы «Возрождение Остракана» смог встать между ними. Танки 8-й роты направились в укрытие за ними. Финальная дульная вспышка оставшейся башни предшествовала ее уничтожению «Люкс Императором». Снаряд, впрочем, попал в цель, прямо в передового «Грозового владыку». Он взорвался без видимых последствий, и могучий танк продолжил менять позицию, пока на его покатой броне стихали огни.

— Теперь понимаю, почему их зовут «Везучими Восьмерками», — сказал Эппералиант.

— Танки Парагона, вперед. «Люкс Император», приготовиться пробить стену, — велел Ханник.

— У нас снова проблемы, сэр, — ответил Харниген. — Пушка теперь не заряжается.

— Очередная поломка? — спросил Ханник.

— Проблема? — провоксировал Парригар.

— Ничего такого, что мы бы не решили, — произнес Ханник. — «Гибельные клинки», открыть огонь по моим координатам. Нужно создать для Четыреста семьдесят седьмого брешь.

— Так точно, сэр, — отозвался Мартекен.

— Направить весь огонь вперед. Следовать к отметке Ханника, — отдал приказ Банник.

Общий план на картографическом столе замигал и сменился приближенным видом на стену. На стыке между двумя лучами звезды возникло вращающееся красное перекрестье прицела.

— Передаю отметку на орудийные посты, — сказал Эппералиант. — Отметка передана.

— Огонь! — почти одновременно произнесли Банник и Мартекен.

Танк «Честь Кортейна» вздрогнул, послав снаряд в форт.

— Одиннадцать сотен ярдов и приближаемся, — сказал Ханник. — Мартекен, мы идем слишком плотно. Уведи «Артемен Ультрус» на десять ярдов в сторону.

— Слушаюсь. Меняю местоположение.

Танки ехали к форту. Сквозь дождь начали вырисовываться постройки и громадные ангары космического порта. Спущенная с орбиты артиллерия уже заняла позиции, и окраины города превратились в ярящееся огненное поле. Свисавшие с потолка «Чести Кортейна» талисманы стучали друг о друга от вибрации. Флот снова начал утюжить противоположный край Матуа Высшего. Непонятно, с какой именно целью, — в той стороне никаких укреплений не было. Возможно, с севера подходили вражеские подкрепления.

— Входим в сектор поражения их оружия. Огонь будет легким, но все равно держитесь, — сообщил Банник.

Танки с рокотом прокладывали путь по все более густой грязи, каждый раз замедляясь, когда им приходилось взбираться и преодолевать взорванные складки местности Гератомро. Все это время системы автоматического сопровождения, верно умоленные техноадептами-аспирантами, поддерживали наведение орудийных стволов. На грохотание главного калибра накладывался лязг снарядного подъемника, доставлявшего новые боеприпасы из снарядного погреба.

— Харниген, мне нужна твоя пушка. Орудия едва царапают форт! — приказал Ханник.

— Мы делаем все что можем, сэр! Старстап говорит, что машина взбудоражена. По его словам, ее дух нужно успокоить, иначе у нас будет еще больше проблем.

— «Артемен», «Кортейн», не ослаблять обстрел, — сказал Ханник, не пытаясь скрыть раздражение в голосе.

— Входим в сектор поражения их орудий. Считываю множественные скачки энергии, сэр, — доложил Эппералиант.

— Бойцы, приготовиться, — сказал Банник. — Нас ждет веселая поездка.

Через секунду из амбразур форта вырвались ракеты и лучи лазерных пушек. Дальность стрельбы орудий мятежников намного превышала тысячу ярдов, где сейчас находились их сверхтяжелые танки, однако преломление лучей снижало эффективность лазерных пушек в мирах с атмосферой, тогда как действенность снарядного и энергетического оружия всецело зависела от навыков людей, из него стрелявших, которые, как с облегчением заметил Банник, оказались не очень высокими.

— Зубы Императора! — рявкнул Каллиген, когда по лобовой броне танка срикошетили ракеты и снаряды автопушки.

— Мы справимся, — сказал Банник.

Барабанивший по корпусу обстрел почти заглушил его слова, даже по внутреннему воксу.

— Со всем уважением, сэр, посидели бы вы спереди.

— Болтеры на оптимальном расстоянии, — сказал Эппералиант.

— Третичное вооружение, огонь. Целиться в амбразуры. Подавить их. Когда «Разрушитель» будет в оптимальном секторе ведения огня?

Раздался приглушенный перестук тяжелых болтеров.

— Еще сотня ярдов, сэр, — ответил Эппералиант.