Чтение онлайн

Сталкер ронял тяжелые фразы, словно рубил топором, и с каждым произнесенным словом в мальчике вместо только что испытанных отчаяния и страха закипала злобная решимость. Пальцы сами собой сжались в кулаки, и в следующее мгновение Глеб, хищно оскалившись, прыгнул на толстяка. Тело сработало на инстинктах. Вцепившись обеими руками в сальные волосы обидчика, мальчик со всей силы ударил его лбом в лицо. Толстяк отшатнулся, зажал разбитый рот руками и истошно завопил. Зажигалка упала на бетон платформы. Глеб поднял ее и ненавидяще посмотрел на свиту: кто еще покусится на его сокровище? Однако приятели толстяка не решились с ним связываться. Спустя секунду их и след простыл.

Таран равнодушно проследил, как Глеб плюхнулся на пол, прижимая к груди драгоценную безделушку. Что-то странное было в этом ребенке. На вид – обычный подросток, таких десятки бегают по станции. Грязные всклокоченные волосы, впалые щеки. Мешки под глазами. Чумазый. Слегка курносый нос. В общем, ничего такого, что выделяло бы его среди сверстников. Ничего… кроме смышленого, не по годам взрослого взгляда. И еще – в его карих глазах не было той усталой обреченности, что сквозила во взгляде большинства обитателей подземки.

Словно нехотя, Таран отвернулся и двинулся к костру. Всполохи пламени неровным светом озаряли сидящих в круге людей. Среди множества знакомых Глеб заметил несколько новых лиц. Любопытство помогло забыть о недавних волнениях, и мальчик, спрятав зажигалку в карман рваных штанов, подобрался ближе к огню.

Пришлые отличались опрятной одеждой и странными широкими поясами, на которых вместо оружия болтались всевозможные инструменты – молотки, кусачки, отвертки… Странная парочка явно притопала с «Техноложки».

Об этой станции Глеб слышал много удивительных историй. Говорят, там повсюду яркий свет и куча всевозможного оборудования и станков. А свиноферм и грядок якобы вообще нет. Все съестное мазуты покупают у других станций в обмен на оружие и разные нужные в хозяйстве механизмы.

Главного Глеб определил сразу. Вот этот… с бородкой и строгим лицом. Он прокашлялся и, обменявшись мимолетными взглядами с присевшим рядом Нестором, обратился к сталкеру:

– Так ты и есть Таран?

Сталкер проигнорировал вопрос, протягивая руки к уютному теплу огня.

– Ты не принял наше приглашение. Поэтому мы здесь. Как говорится, если гора не идет к…

– Зачем я понадобился Альянсу? – грубо прервал Таран.

Мазут осекся на полуслове, однако, быстро сориентировавшись, продолжил:

– А ты догадливый, сталкер… Да, мы представляем Приморский альянс, и у нас для тебя работа.

– Мне не нужна работа.

– Хорошо. – Бородач насупился. – Не работа… Нам нужна твоя помощь, Таран. Это очень важно для Альянса… Для всех важно.

– Что конкретно вы хотите? – Сталкер посмотрел на мазута как на особо назойливую муху.

– Здесь мы не можем сказать всего… Но это касается одной экспедиции… Мы посчитали, что ты – лучшая кандидатура и сможешь провести отряд…

– Куда? – снова прервал Таран.

– Эм-м… – Бородач вдохнул побольше воздуха. – В Кронштадт.

Сталкер молча поднялся и двинулся к выходу со станции. Делегаты нервно задергались.

– Патроны, сталкер! Столько, сколько сможешь унести!

Жители с интересом прислушивались к тщетным уговорам гостей.

– Еда! Лекарства! Оружие!

– Остынь, мазут, – бросил Таран через плечо.

– Это твое последнее слово?

– Пошел на хрен. – Таран обернулся, недобро зыркнув на мазута.

– А вот это его последнее слово, – прокомментировал ухмыляющийся Палыч.

Бородач сник… Поразмышляв пару секунд, вдруг встрепенулся.

– Альянс умеет быть благодарным. – Старший судорожно подбирал слова. – Любая плата, Таран! Все, что захочешь!

Сталкер остановился, раздумывая.

– Все?

– Все, что в силах Альянса!

Медленно, словно в страшном сне, сталкер поднял руку…

– Вон, пацана этого.

Палец остановился, показывая прямо на Глеба…

Мальчик оторопел. Ужас прокатился по телу колким ознобом. Во рту пересохло. Глеб, будто сквозь вату, услышал, как перешептываются мазуты с главой станции. Никанор размахивал руками, а его восклицания становились все громче, пока мальчик не расслышал отчетливое:

– Да как у вас вообще язык поворачивается такое предлагать! Десять кило свинины за пацана! Где такое видано?! – Никанор посмотрел в сторону обомлевшего Глеба и поспешно отвел глаза. – Вес на вес. И баста!

Дальнейшие события Глеб помнил плохо. Все было словно в тумане. Слезы жгли глаза… слезы обиды и страха. Словно в немом кино перед взором мальчика проносились фрагменты один нелепее другого… Старик Палыч с негодованием мечется по платформе между Никанором и мазутом, грозно выговаривая то одному, то другому. Девочка Ната ревет у матери на руках, испуганно глядя на Глеба. Никанор, потупившись, обсуждает с мазутами детали сделки… А потом над мальчиком нависла фигура сталкера:

– Ты все слышал, парень. Сожители твои – дерьмо, воздух – дерьмо, да и работа твоя, наслышан, – тоже одно сплошное дерьмо. Здесь нечего ловить. Пошли.

Глеб утер слезы драным рукавом, в последний раз окинул взглядом своды родной Московской и поплелся за Тараном, всем сердцем чуя, что возврата к прежней жизни уже не будет.

Миновав патруль, путники шагнули в черный зев туннеля. Уютный сумрак станции остался позади. Таран щелкнул фонариком, и мрак прорезал яркий луч света. Глеб невольно сощурился – свет был гораздо ярче, чем лампочки Московской. Сталкер уверенно зашагал по шпалам. Глеб семенил следом, с опаской рассматривая попадавшие в круг света детали обстановки: сочащиеся влагой тюбинги, заплесневевшие жгуты кабелей и ржавую арматуру потрескавшихся стен. Путники брели в полном молчании, однако тишина была обманчивой. Сквозь мерный стук капель и еле слышное завывание туннельного сквозняка иногда доносились отдаленные звуки, природу которых Глеб не мог определить. Ему стало жутко. Впервые мальчик очутился в туннеле, и это ощущение было не из приятных.