Чтение онлайн

— Никак нет, товарищ Лыков. На этот раз обошлось без огня, — весело ответил пожарный Коля.

Его окружили женщины. Они завёртывали ребёнка в чью-то шаль, ругая на все корки неосторожных родителей и хваля ловкость пожарных.

А Серёжа смотрел на шофёра.

Тот стоял в сторонке у машины и, вытирая лоб рукавом гимнастёрки, деловито следил, как укорачивается и ложится на своё место лестница.

На следующий день Женя Привалова и Лёва Гончарук пришли к Серёже домой. Серёжа сидел за столиком у окна и что-то сердито черкал в тетрадке. Любопытная Женя сразу же заглянула в эту тетрадку.

— Ты написал сочинение?

— А тебе какое дело?

— Как это — какое? Я — староста. У нас в классе не должно быть троечников. Скажи ему, Лёва!

Лёва сказал:

— Чего ты злишься, Сержик? Такой маленький и уже такой злой. Мы ведь пришли тебе помогать, Скажи, что у тебя не выходит?

— Ничего не выходит, ребята.

— Почему? Ты же видел вчера, как спасли мальчишку.

— А пожара-то я не видел. И как живут пожарные, я тоже не знаю.

Женя подумала немножко и вдруг сказала:

— Знаете что, мальчики… Это совсем недалеко. Давайте пойдём в пожарную часть.

Серёжа обрадовался, сразу вскочил со стула.

— А не погонят?

— Не знаю, — сказал Лёва. — Всё-таки пойдём.

— Захвати тетрадку и карандаш, — сказала Женя.

— А вдруг там закрыто? Ведь сегодня воскресенье.

— Вот чудак! — сказал Лёва. — У пожарных не бывает воскресенья.

Пожарная часть помещалась недалеко от школы, за сквером. Длинное низкое здание без окон, вместо окон — ворота; ребята насчитали пять таких ворот. Ворота были раскрыты, за ними виднелись красные машины.

Возле машин никого не было, только дежурный сидел за маленьким столиком и пил чай из большой красивой чашки; чашка была золотистая, с васильками, а дежурный была девушка, тоже красивая — в синей гимнастёрке и в синей пилотке на кудрявых волосах, а глаза — как васильки.

«Такая не погонит», — подумал Серёжа.

— А где же пожарные? — спросила Женя.

— А тебе зачем? — спросила дежурная.

Женя немножко растерялась, но тут выступил вперёд Лёва.

— Мы из четвёртого «б». Нам задали сочинение. Вот ему. Про пожарных.

— Ах, так, — сказала дежурная. — Тогда всё понятно. Постойте-ка здесь.

И она ушла куда-то в глубину гаража; каблуки гулко простучали по цементному полу.

В гараже было прохладно и сумрачно, пахло бензином и масляной краской. Громадные машины были похожи на затаившихся в пещере чудовищ.

Серёжа вытащил тетрадку и записал: «Кажется, что они спят. Но я знаю, они готовы к прыжку».

Тут раздался голос дежурной:

— Идите сюда, ребята!

В соседней с гаражом большой светлой комнате люди в синих гимнастёрках отдыхали на топчанах, курили, читали, за длинным столом пили чай, стучали костяшками домино. Здесь было два больших окна, а между ними висела стенная газета с загадочным названием: «Сорок секунд». На комнатном бильярде гоняли шарики двое пожарных. Один из них взмахнул кием и сказал:

— Ого, нашего полку прибыло! Глядите-ка, братцы, три новых бойца.

Усатый дядька-великан сгрёб в охапку Лёву, ощупал его плечи, дал тумака в спину.

— Молодец! — рявкнул он басом. — Годишься в пожарные.

— Полегче, Петрович. Покалечишь парнишку раньше времени.

Это сказал темноволосый высокий человек с погонами сержанта. Серёжа посмотрел на этого сержанта и сказал:

— А я вас знаю, товарищ Лыков. Вы вчера спасли мальчика из окна. Здравствуйте.

— Ну, здравствуй. Только не я спас. Я поднимал лестницу, а спасал мой напарник, Коля Андреевич. Вон тот, что на бильярде играет.

Коля Андреевич отставил в сторонку кий и поманил Серёжу.

— Иди-ка сюда, брат. Я сейчас испытаю тебя на водонепроницаемость и огнеупорство.

— Да брось ты, Коля. Совсем напугаешь ребят, — сказал Лыков.

— Не напугает. Я ведь не маленький, — сказал маленький Серёжа.

Все дружно захохотали.

Вместе с пожарными смеялись и школьники. Им сразу понравились эти весёлые сильные люди. И большая светлая комната понравилась, и бильярд, и стенгазета с таким необычным названием.

— А что оно обозначает, это название? — спросила у сержанта любопытная Женя.

Сержант ответил не сразу. Он задумался немножко, посмотрел на своего напарника:

— Вот пусть Коля объяснит. У него складнее получится.

Пожарные поддержали:

— Правильно. Он мастер травить. Давай, Коля, расскажи про нашу работу, как положено.

— Ну что ж, я могу, — Коля Андреевич подмигнул школьникам. — Садитесь, слушайте…

— Лёва, что значит «травить»? — спросила шёпотом Женя.

— Это по-морскому означает — врать, — тихо ответил Лёва.

— Хватит вам!.. — шикнул на них Серёжа и поскорее достал свою тетрадку.

Коля Андреевич уселся между тем на табурет, посмотрел сначала зачем-то на потолок, потом на школьников, усмехнулся. Но тут же сделал серьёзное лицо.

— Так вот, значит… Один корреспондент решил написать очерк про нашего брата, пожарных. Приехал он к нам в часть, уселся за стол — вот на это самое место, где вы сидите, ребята, — достал блокнот и карандаш. Перво-наперво поинтересовался, как происходит выезд по тревоге. Ну, мы отвечаем: допустим, звонят, что случился пожар; диспетчер одной рукой ещё держит телефонную трубку, а другой — уже играет на кнопках сигнального пульта, как на баяне, и открываются ворота и выезжают пожарные. Словом, говорим, мы должны собраться за сорок секунд. «А когда же вы надеваете ваши каски и брезентовые куртки?» — спрашивает корреспондент. А мы отвечаем: в машинах надеваем, на ходу. Тут корреспондент посмотрел на наших хлопцев, а те — вот как сейчас — кто играет на бильярде, кто в домино; другие разлеглись на топчанах, курят, чай пьют. «И успеваете за сорок секунд? — спрашивает. — Что-то не верится…» Только он так сказал, вдруг — сигнал тревоги. Звонок довольно резкий. Корреспондент от неожиданности блокнот уронил. Пока он за ним под стол лазил, в комнате — никого! Только шарик по бильярду ещё легонько катится да чашки с недопитым чаем дымятся. Корреспондент выскочил в гараж, а там тоже пусто; лишь бензиновый дымок в воздухе висит, с перекрёстка сирена доносится, а дежурный, наша Галочка, уже ворота закрывает. «Извините, — говорит. — Выезд по тревоге положен в течение сорока секунд. А комсомольский расчёт сержанта Лыкова за двадцать пять уложился».