Чтение онлайн

– Я не ведьма, а альва, - невольно улыбнулась Кора, но тут по трапу поднялся капитан и жестом показал, что они отправляются.

– Иди, Скарлетт, - Киннан положил руку ей на плечо и, увидев её замешательство, добавил, - мы с тобой обязательно встретимся. Обещаю. Ну иди уже.

Кора в последний раз обхватила его за шею и поцеловала в щёку.

Спускаясь по трапу, она усилием воли заставила себя не оборачиваться и только ускоряла шаг, пока не достигла точки, откуда корабль казался маленькой пластмассовой игрушкой. Тогда Кора остановилась и прислонилась лбом к стене ближайшего здания.

Спустив с плеча рюкзак, она достала мобильный и нашла в списке номер Николаса. Но прежде, чем девушка успела нажать на вызов, она услышала за спиной знакомый вкрадчивый голос.

– Ты умница, Летти.

Скарлетт резко обернулась, хотя по голосу и обращению уже узнала Райтера. Тот стоял, облокотившись плечом на стену, и внимательно её разглядывал.

– Что ты хочешь?

– Хочу поблагодарить тебя за мудрое решение сойти с корабля.

Кора нахмурилась и отступила на шаг, но Безымянный сделал шаг вперёд и легко тронул её за плечо. Скарлетт не успела испугаться, когда поняла, что заклинание марионетки почему-то не действует.

Вертикальные зрачки в янтарных глазах Райтера на секунду сузились ещё сильнее, превратившись в едва заметные щёлки, но он тут же взял себя в руки.

– Что ж, видимо, ребёнку хочется защитить мамочку… Тогда поступим по-другому.

Скарлетт сосредоточилась, попытавшись переместиться к замку Николаса, но не успела. Безымянный резко приблизился и быстро сделал ей укол материализовавшимся в руке шприцем.

– Против этого твой малыш не возражает? – насмешливо спросил Райтер, подхватив Кору и не дав ей упасть. Девушка вскинула голову и прежде, чем перед глазами окончательно потемнело, увидела, как расплывается и меняется вокруг пейзаж.

Комментарий к –67–

Народ, прошу вас, если не сложно, заглянуть в мою группу ВК и поучаствовать в опросе ;)

========== –68– ==========

Несколько месяцев спустя, Эидари

Верити зевнула и открыла глаза, как раз для того, чтобы успеть заметить Гэбриэла, выходящего за дверь. Со всей возможной для своего положения скоростью Рити встала и вышла следом.

Брат стоял на откосе, откуда открывался вид на виноградники. Впервые увидев плантации и захватывающие дух просторы Эидари, Верити почувствовала такую свободу, какую не ощущала ни в голодном бедном детстве, ни в юности, ни тем более в плену у оборотней.

Уже после, когда они более-менее устроились, то даже поладили с соседом – местным кузнецом, который, как и Рити с братом, предпочитал уединение. Впрочем, города здесь были не такими, как в Аралоне. Никаких небоскрёбов, из технологий было разве что электричество и водопровод. Но Верити это не беспокоило, в отличие от Гэбриэла. Девушка видела, как тот расстроен от того, что не может поймать сигнал и позвонить Скарлетт. Ещё Рити часто замечала, как брат теребит что-то, висящее у него на шее на цепочке. В один из тех дней, когда Верити ещё только занималась устройством дома – в деньгах она даже в Аралоне никогда не нуждалась – Гэбриэл застал её за разглядыванием своего округлившегося живота. О чём он подумал, даже в первые секунды понять было сложно – мужчина отлично умел скрывать свои чувства. Но об отце её детей – а Рити уже чувствовала, что первенец будет не один – они никогда не говорили. Гэбриэл относился к будущим племянникам с неожиданной нежностью, даже вырезал из крепкого дуба кроватку. Однажды Рити рискнула и попросила брата отвезти её на осмотр в больницу.

Идея Гэбриэла не вдохновила, но врач, к их общему удивлению, восприняла всё очень спокойно, даже дала несколько советов, разумно предположив, что рожать Рити собирается дома.

Однако больше Верити пересилить себя не смогла ни разу и к врачу не ходила. Терпеть прикосновения других людей, кроме разве что брата, было ей неприятно и почти невозможно.

– Ты думаешь о Скарлетт? – шёпотом спросила Рити, тронув Гэбриэла за плечо. Громко говорить в такой восхитительной тишине было почти кощунством, хотя ночь, по сути, была естественной средой их обитания.

Мужчина, не оборачиваясь, кивнул, и Верити прижалась к нему, обняв за пояс. Брат улыбнулся и в ответ положил ей руку на плечи, поверх наброшенной второпях кружевной шали. Было не холодно, но ветрено, и листья винограда в низине тихо шелестели. Отчего-то этот сорт предпочитал именно овраги. За прошедшее время Верити довольно много узнала о винограде и вине – на виноградниках работала большая часть ближайшего города, правда, только днём, так что ни с кем из них Рити познакомиться так и не удалось.

Зато с Уильямом, соседом-кузнецом, отношение у Верити становились всё более тесными. Иногда девушка ловила на себе его взгляды, куда более, чем просто дружелюбные. И ни беременность, ни то, что брат с сестрой прибыли из незнакомых ему земель, Уильяма особенно не смущало.

Впрочем, Рити понимала, что не может забыть Хорана. Особенно их последний разговор, на корабле, за считанные минуты до отбытия. Вспоминать его было больно, но неизбежно. Девушка понимала, что не хочет быть идеалисткой и мечтательницей, не может позволить себе воображать то, чего никогда не будет.

… Хоран взволнованно мерил шагами каюту.

– Я поплыву с тобой. Плевать на работу. Я верну Нику амулет и стану смертным, - решительно сказал он. Верити, сидевшая на краю кровати, тихонько улыбнулась.

– Кора останется. Она любит князя, не сможет без него.

– А я тебя люблю! – воскликнул Хор почти с яростью, обернувшись, но не приближаясь к ней, - я не могу без тебя.

Рити помрачнела и опустила глаза.

– Нет. Ты любишь Скарлетт. Ты всегда будешь любить Скарлетт, что бы ни говорил и ни делал.

Про себя Верити добавила ещё кое-что, но вслух высказаться не решилась, лишь крепче сжав пальцами край деревянной койки. На пару минут воцарилась тишина.

– Это не моя вина, - ровно сказал Хоран спустя какое-то время, - я хочу любить тебя.

– Я тоже хочу тебя любить, - в тон ему ответила Рити, - но… я не могу позволить себе безответной любви. Я беременна.

– Беременна? – неверяще повторил Хоран и даже чуть отступил к дальней стене, - но…

– Я хочу всё забыть. И тебя тоже. Шеридан будет моим кошмаром. А ты… ты будешь хорошим воспоминанием, Хор. Ты будешь моей несбыточной мечтой. И это гораздо лучше, чем то, что ты можешь мне дать в реальности.