Чтение онлайн

Есаул немного подумал. Чем черт не шутит.

— Заводи! Остальные машины заминировать! Грузи на БМПшки полный комплект — огнеметы, ракетные установки. Все что найдете полезного! И через пять минут двигаем!

— Приготовиться. Наглее морду, пан, и только попробуй нас подвести!

Белая Тойота вышла на первое место в конвое, следом почти бесшумно катили два AMV. Навстречу катились два открытых Хаммера, на одном оружия не было вообще, на другом — тяжелый Браунинг М2.

— Стоп! Всем внимание!

Григорий, пан Песоцкий и казак по имени Виталий выбрались из Тойоты и пошли навстречу встречающим — двум офицерам в полевой форме армии США.

— Полковник Бопре! — старший из встречающих протянул поляку руку.

И тут поляк, немыслимым образом изогнувшись, прыгнул в сторону и с криком побежал по бетонке…

Лицо полковника исказилось, он сразу въехал в ситуацию, правая рука нырнула вниз к кобуре. Его спутник прыгнул назад, уходя в перекат.

В отличие от американских офицеров Григорий был готов к немедленной атаке. Только поэтому он выжил. Его рука выхватила из-за спины заткнутый за пояс трофейный Мк23 с глушителем, патрон был уже в патроннике, предохранитель снят…

Хорунжий Радко (серб, прибившийся к казакам еще до войны) сидевший на сидении командира машины с головном AMV увидел, как мелькнул поляк, сразу понял что дело дрянь и, схватив бесшумную М6 высунулся по пояс из люка AMV, приложил винтовку к плечу, включил прицел…

Один из сопровождавших полковника Бопре на Хаммере американцев вскочил, потянулся к пулемету… Остальные пару секунд тупо таращились, пытаясь осмыслить происходящее…

Григорий оказался быстрее, пуля сорок пятого калибра поразила полковника Бопре уже выхватившего пистолет, и он мешком рухнул на землю. Виталий поднял автомат — бесшумный М5 и форсированной очередью прошелся по первому Хаммеру…

Со стороны второго Хаммера раскатисто грохнула автоматная очередь, Григорий почувствовал, как будто его в грудь лягнула лошадь и упал на бетонку…

Хорунжий Радко раз за разом нажимал на спуск. В поле видимости тепловизорного прицела винтовки американцы выглядели какими-то призраками, окрашенными в красный цвет на фоне черноты ночи. Радко просто подводил светящееся ярко-зеленым перекрестье прицела к призракам, и нажимал на спуск. Винтовка кашляла и призраки падали. Один за другим…

Один из казаков, выскочивших из десантного отсека замыкающего колонну AMV, в стороне увидел улепетывающего чуть ли не на четвереньках поляка, поднял свой автомат и нажал на спуск…

Вой сирены резанул как будто ножом — тревога!

Внутренняя система электронного контроля базы за минуту отсканирована все площадь базы, обнаружила нескольких погибших бойцов, но ни одного биологического объекта без карты доступа не обнаружила. Электронный мозг системы классифицировал происшествие как тяжкое нарушение уставных отношений с перестрелкой и передал сигнал в маленький офис военной полиции на базе…

Матерясь, Григорий с трудом поднялся с бетонки базы. Бронежилет выдержал попадание пуль, только одна чиркнула по руке, рану нестерпимо саднило. Виталий лежал рядом, вокруг него растекалась лужа антрацитно-черной в свете прожекторов крови…

— Живе, атаман? — Радко подскочил к Григорию, помог подняться.

— Жив, жив… Витьку перенести в десантный отсек бэтера. И двигаем к складам! Теперь быстро!

— Гля, Есаул! Чтой-то там?

— Есаул Петр Мелехов, сидевший на месте командира танка, идущего к базе, приник к командирскому прицелу. Несмотря на то, что танк швыряло на ухабах, Мелехов этого совсем не чувствовал — подрессоренное сидение и стабилизированный в трех плоскостях прицел позволял вести наблюдение и огонь в любых условиях. На базе, вдалеке у одного из ангаров явно грохотала перестрелка. Со стороны лесополосы мелькнуло что-то вроде молнии и уже выходящий на взлетную полосу тяжелый, похожий на бегемота С5В вдруг резко дернулся, одно из его крыльев отломилось и упало на бетонку. Неуправляемый самолет проехал еще пару десятков метров, почти съехав с полосы и задымил, зачадил, полностью перекрыв выход на три из восьми полос… Перед глазами Мелехова мелькнули две небольшие приземистые машинки с пулеметами, рванувшие к месту боя — патрульные багги Ченоут.

— Похоже наши попали… Увеличить скорость, быть готовым открыть огонь!

— Принял!

Два AMV с пушками, развернутыми в сторону летного поля быстро катились по бетонке аэродрома.

Тр-р-р — словно пила застрявшая в сучке. Сбоку вывернул Хаммер с крупнокалиберным пулеметом, пулеметчик был уже готов и сходу упорол по головному БТР. Навесная керамическая броня выдержала.

— Цель на девять часов!

— Принял! — один из казаков развернул башню с тридцатимиллиметровой пушкой.

Бах! Бах! Бах! — короткая очередь, Хаммер тормознул, пропуская ее перед собой.

Бах! Бах! — одна из пуль на сей раз попала в моторный отсек, вспышка, капот отлетел, Хаммер резко сдал в сторону и ушел в темноту.

— Stop! Order to stop! — какой-то офицер, видимо толком не понимая, что происходит, выскочил перед мчащимся бэтером и отлетел в сторону, отброшенный тупой мордой AMV.

Бах! Ба-бах! Бах! — комбинированные ночные прицелы позволяли казаками находить в полутьме все новые и новые цели — Хаммер с гранатометом, пулеметный расчет, патрульный багги с тяжелым пулеметом. Пушки обоих AMV стреляли уже почти непрерывно.

Бах! Бах! Бах!…

Попали… Группу Григория Мелехова прижали огнем уже на самом последнем отрезке пути — до последнего ангара оставалось меньше километра. А счастье было так близко, так возможно…

— БМП, одиннадцать часов!

Пушки рявкнули почти одновременно…

— Командир горим! Хода нет, попали в моторный отсек.