Чтение онлайн

Том принял плод и посмотрел на Микала.

— Ешь, ешь, не бойся.

Том откусил крохотный кусочек, ощутил прохладный сладкий сок, нежную мякоть. По телу как будто растеклось мягкое, ласкающее тепло. Он улыбнулся Габилу.

— Вкусно, — похвалил он и откусил побольше. — Очень вкусно!

— Пища воинов! — откликнулся Габил, пружинисто отскочил, подпрыгнул, взмахнув крыльями, и снова взмыл в воздух. Микал усмехнулся.

— Идем, идем. На ходу съешь.

Том едва успел прикончить синий персик, как Габил принес еще один, на этот раз красный. Не приземляясь, он ловко сбросил плод в руки Тому. Третий фрукт оказался зеленым и требовал очистки от довольно толстой кожуры, но по вкусу, пожалуй, превосходил два предыдущих.

В четвертый раз Габил появился, чтобы продемонстрировать свое искусство воздушной акробатики. Он кувыркался, крутился, пикировал и закончил тем, что едва не врезался в голову Тома, который, испугавшись, присел и прикрылся руками.

— Габил! — крикнул ему Микал. — Давай поосторожнее! — Габил прекратил валять дурака и тут же исчез в вышине.

— Великий воин расшалился, — проворчал Микал.

Примерно через милю руш задержался на вершине холма. Том остановился рядом. Внизу, в обширной зеленой долине, усыпанной множеством цветов, похожих на необычайно крупные и пестрые маргаритки, раскинулась крупная деревня, которую Том из-за пестроты ландшафта сначала и не разглядел.

А когда разглядел, у него даже дыхание перехватило.

Границы поселения как будто кто-то обвел громадным циркулем. Выглядело оно на первый взгляд как какой-нибудь леденцовый-карамельный городок, в одном из пряничных домиков которого проживали Гансик и Гретель. Но кисельные реки и молочные берега — фрагменты сказок, как-то зацепившиеся за развалины его памяти, а деревня выглядела вполне реальной.

Несколько сотен ярких разноцветных квадратных хижин расположились, как детские кубики, концентрическими окружностями вокруг башнеобразной структуры в центре деревни. В небе над деревней метались, парили, ныряли, взмывали сотни или даже тысячи белых рушей.

Приглядевшись, Том заметил между домами и обитателей. Вот открылась дверь одного из ближайших строений, в ней появилось какое-то уменьшенное расстоянием существо.

— Ну как, память оживает? — спросил Микал.

— Кажется, да…

— И что вспоминаешь?

— Нет, ничего конкретного, к сожалению. Просто что-то кажется смутно знакомым.

Микал вздохнул.

— Знаешь, нет худа без добра. Я думаю извлечь хоть какую-то пользу из твоего печального приключения в черном лесу. Тут все активнее толкуют об экспедиции — дурацкая идея Таниса, которой соблазнились уже многие великие горе-воины вроде Габила. Танис воображает, что пришло время разделаться с шатайками. Великий выдумщик, знаешь ли. Рассказчик, словоплет искусный. У меня шерсть дыбом поднимается от его замыслов. Может быть, ты смог бы его немного образумить.

— Он умеет драться, этот Танис?

— О, это он умеет! Как никто другой. Разработал свою технику, весьма, надо признать, впечатляющую. Уловки всякие, финты, выпады… На базе древних знаний и систем. Особенно он падок на истории о завоевательных походах. И вознамерился стереть шатаек с лица Земли.

— А почему бы и нет?

— Шатайки, конечно, не великие воины. Но зато они великие обманщики! Вода их заманчивая, к примеру. Сам убедился. Надо тебе с ним поговорить.

Томас кивнул. Ему вдруг очень захотелось увидеться с Танисом.

Микал вздохнул.

— А теперь подожди меня здесь. Понимаешь?

— Да, конечно, но…

— Просто жди. Если увидишь, что они направились на Сбор, можешь пойти с ними, но лучше всего оставайся здесь.

— Что это за Сбор?

— На озере. Не бойся, не пропустишь. Перед наступлением темноты у них Сбор. Все понял?

— Все понял.

Микал впервые за два часа взмахнул крыльями, взлетел и удалился. Том проводил его взглядом и почувствовал себя покинутым и одиноким.

Он снова принялся рассматривать дома. Очевидно, все они построены из стволов цветных лесных деревьев. И — люди. В этих домах живет его народ. Если не отец, мать, братья, сестры, то такие же люди, как и он сам. Не так уж он потерян и одинок, в конце-то концов.

И эта самая Рашель где-то там.

Он сидел у дерева, скрестив ноги, и вздыхал. Домишки невелики, скорее хижины, чем дома, разделяет их зеленая травка с цветочками. Все вместе похоже на гигантское колесо, куда-то катящееся, вращающееся вокруг служащего ступицей большого круглого сооружения в центре. Оно по меньшей мере втрое выше каждого из домишек и во много раз шире. Возможно, какой-нибудь дом для собраний, храм.

Справа от Тома широкая тропа ведет от деревни в лес. Должно быть, к озеру.

Смотрел Том, думал… О том, о сем… О том, к примеру, подумалось, что давно уже оставил его Микал, но все еще не возвращается. И обещанного исхода населения тоже пока не заметно. Он прижался спиной к дереву, закрыл глаза. Странно все это. Ох, и устал же он…

Открыв глаза, Том понял, что опять случилось то же самое.

Лежит он на бежевом шезлонге в своей квартире в Денвере, штат Колорадо, под узорчатым батиком стеганого одеяла. Слева сквозь щель в занавесе просачивается свет. Справа диванная спинка, за ней запертая дверь. Над ним потолок. Текстура шкурки апельсина покрыта краской колера «белая ночь». В небе облака и тысячи миров над ними, как, впрочем, и в трещинах потолка. Том лежит, не двигаясь, но дышит громко и взволнованно.

Снова сон.

Конечно, сон! Это не может быть реальностью, потому что он знает, какова реальность. В черном лесу он стукнулся о черный камень. Удар отшиб память и вызвал странные сны, в которых он представлял себя живущим на древней Земле, спасающимся от гангстеров, которых они с Микалом тоже уже успели обсудить.

И вот опять он погрузился в подобный сон. Древняя Земля. Другая Земля.

Он сел. Поразительно! Насколько реальны ощущения… Пальцы ощущают текстуру ткани. Мозаика из маскарадных масок Кары выглядит настоящей. Он дышит, чувствует гадостный утренний привкус во рту. Потрясающая выпуклость и четкость ощущений! Как будто он бодрствует — так же, как и в цветном лесу, где он недавно съел три сладких плода, принесенных Габилом. Очень, очень убеждающая реальность!