Чтение онлайн

– Кто бы говорил. Не я устроила настоящую резню, – перестав притворяться, что улыбается, процедила Джоанна.

Она видела проблески прежнего Ника в этом новом его воплощении. Обе версии излучали серьезность и спокойствие, которые раньше казались такими умиротворяющими.

Однажды, во время школьной экскурсии, Джоанна побывала в часовне, построенной в первом веке. Ученикам разрешили прикоснуться к шероховатой каменной стене здания. Подумать только – прошло почти две тысячи лет, а оно еще стоит! Непоколебимая опора, сохранившаяся даже тогда, когда все вокруг уже пало.

Джоанна вообразила себе фундамент, простиравшийся на много миль вглубь и поддерживающий строение. Она вспомнила ту стену, когда впервые встретила Ника. Новая его версия тоже обладала непоколебимостью, но сейчас она превратилась в неумолимость, непримиримость. Он стремился к выполнению миссии любой ценой, и ничто не могло ему помешать. Ничто не могло остановить, пока все монстры не окажутся мертвы. Теперь Джоанна это знала.

– Если ты не собираешься меня убивать, то зачем тогда явился? – выдавила она сквозь зубы.

– Симпатичное ожерелье, – прокомментировал Ник, медленно опуская взгляд с лица собеседницы к ее груди.

Джоанна почувствовала, как к щекам приливает жар, и снова дернулась, стараясь освободиться, но с тем же успехом можно было пытаться свалить стену.

Ник перехватил оба запястья девушки одной рукой, а другой потянулся к ожерелью. Поддел пальцами цепочку, вытащив подвеску из-под рубашки, и хмыкнул – не столько с любопытством, сколько просто в подтверждение своим соображениям.

– Я искал его в Холланд-Хаусе, – медленно произнес он, тут же напомнив этим замечанием, как вносил в каталог все предметы к якобы предстоящему аудиту страховой компании.

Джоанна подумала о моменте, когда бабушка из последних сил отдала ей ожерелье. Подумала о том, как удивился Ин, заметив его.

– Значит, ты все это время искал украшение, – начиная понимать, заключила она.

– А оно все это время находилось у тебя, – кивнул Ник. – Никогда бы не догадался. – Он перевернул кулон, костяшками пальцев коснулся шеи Джоанны, отчего она невольно сглотнула, и, конечно, заметил это, поднял глаза и встретил ее взгляд. – Как не догадался и о том, что ты монстр. Я старался спасти тебя той ночью. Старался уберечь от монстров. – Ник провел большим пальцем по небольшой подвеске и нахмурился. – Никогда бы не подумал, что ты одна из них.

Это горькое обвинение с неожиданной болью пронзило Джоанну. До того дня она даже не подозревала, что из себя представляют монстры.

– Тяжело было убивать всех тех людей? – спросила она. – Ты хоть что-нибудь чувствовал?

– Я сделал то, что должен был, – отозвался Ник – новая его версия, которая казалась неумолимой, опасной.

– Этим ты утешаешься, чтобы лучше спать по ночам? – фыркнула Джоанна, а заметив тень, мелькнувшую в темных глазах, поняла. – А, так тебе не удается заснуть? Мне тоже – после всего увиденного и пережитого.

– Где ты достала это ожерелье? – спросил Ник.

– А что это? – парировала Джоанна.

– Золотое украшение с симпатичной подвеской в виде альфина [5] , – пожал плечами он. – Кажется, изготовлено в середине девятнадцатого столетия.

– Что тебе нужно во дворце монстров?

Услышав это, Ник напрягся, затем осторожно потянул за цепочку, пока не нащупал замочек, с некоторым усилием расстегнул его и убрал ожерелье в карман, а когда вновь вытащил руку, то в ней оказался зажат кинжал.

Джоанна затаила дыхание.

– Я же говорил, что не собираюсь тебя убивать здесь, под камерами, – поморщился Ник.

– А следовало бы, – прошептала она и, заметив вопросительный взгляд противника, пообещала: – Потому что я остановлю тебя. Помешаю убивать снова. А потом убью тебя.

Джоанна и в страшном сне не могла представить, что когда-нибудь произнесет эти слова. Тем более Нику. Не могла представить, что когда-нибудь по-настоящему захочет отнять жизнь. И сейчас чувствовала себя так, словно сжимала свое сердце собственными руками.

Хватка парня на запястьях Джоанны дрогнула. Потом он медленно отпустил ее и встал, по-прежнему держа кинжал наготове, точно в любое мгновение ожидал нападения. Когда же его не последовало, начал отступать назад.

Джоанна вцепилась в край стола, чтобы побороть искушение предпринять что-то прямо сейчас, но предупредила напоследок:

– Я говорила серьезно. Считай, что ты уже покойник.

– Мы все покойники, – улыбнулся Ник такой знакомой по совместной работе в музее немного грустной улыбкой. – В какой-то момент на линии времени.

Джоанна бегом преодолела весь путь до рынка монстров, периодически зло вытирая слезы. Она ненавидела то, что Ник заставил ее плакать. Ненавидела, что встреча с ним всколыхнула прежние чувства, еще дремавшие в глубине души. А еще ненавидела, что он прямо и честно сообщил, что убил бы родных Джоанны, даже если бы знал, кем они ей приходятся. И убил бы ее саму, если бы не опасался попасть на камеры видеонаблюдения. В глазах героя, рожденного истреблять монстров, она теперь являлась одной из них.

В сознании, окутанном страхом, всплывали образы погибших Рут и Аарона, лежащих посреди квартиры в луже крови. Образы изломанных тел, усеивавших улицы по всей территории монстров, как той ночью в Холланд-Хаусе.

Джоанна с большим трудом заставила себя выбрать кружной путь через дворики и неприметные переулки, петляя и возвращаясь по своим следам, а не направиться прямиком к убежищу возле рынка, как хотелось. Нельзя рисковать привести за собой охотников.

Впервые она начала обращать внимание на камеры видеонаблюдения, как делал Аарон, чтобы не попасть на них. Скорее всего, именно с их помощью ее обнаружил Ник, судя по тому, что он безошибочно указал места расположения объективов. Теперь становилась ясна нелюбовь монстров к системе безопасности. Если враги умеют путешествовать во времени, то любой след, такой как запись, означал лишний риск нежеланной встречи.