Чтение онлайн

– Какая антисанитария, – брезгливо поджал переднюю правую лапу Альфонсо, заметив, что перенесся прямо в лужу, принюхался и сморщил нос: – А еще здесь воняет хуже, чем в общественной уборной.

– Не думал, что собаки твоего сорта посещают общественные уборные, – сказал Семен. – Поднимать ногу рядом с простыми дворнягами должно быть весьма унизительно.

– Я и не посещаю, – Альфонсо то ли не заметил едва прикрытое ехидство в его словах, то ли просто проигнорировал: – Но могу представить, что там творится. Так, где там живет твой знакомый? Шевелим лапами – не хочу оставаться здесь и лишней минуты.

И они направились за Кроули, который повел их по ночным пражским улицам. Шли они под аккомпанемент нестройного пения, доносящегося из шумящих кабаков, ругани из раскрытых окон и непрестанные жалобы Альфонсо. Своим зудением он чем-то напоминал менеджера по тимбилдингу Федю, которому тоже всегда было все не так.

И сотрудники безынициативные, и клиенты жадные, Галина Абрамовна в очередной раз отказалась «серую» премию в справку 2-НДФЛ вносить, Игнат всего-навсего три листовки за весь день смог всучить – и то взяли их добрые люди исключительно из жалости, дабы за ними перестал идти по пятам типичный обитатель твиттера – Саша бездумно задачки пачками закрывает, даже не прочитав, чего там от него – нее? – хотят, Валера наанализировал на хорошенькую такую дыру в бюджете, про Семена вообще говорить не хочется и только из-за его Фединых усилий вся их гоп-компашка еще не отправилась дружной гурьбой на рынок труда.

К счастью идти им пришлось недолго и уже довольно скоро они остановились у симпатичного двухэтажного домика, перед входом в который сидели две гаргульи, которые как две капли воды были похожи на тех замечательных людей, что не так давно отмутузили Семена с Игнатом – даже позы те же, разве что кепариков и пары бутылок дешманского пива не хватает. Подойдя к двери, Кроули трижды постучал, выждал немного времени и стукнул еще четыре раза. Не прошло и нескольких минут, как в щелке показался чей-то длинный нос и раздался недовольный голос:

– Совсем что ли сдурели?! Два часа ночи, между прочим!

– Абдулла – это я, – заговорщицким шепотом произнес Кроули.

Дверь раскрылась настежь и к ним вышел невысокий мужчина с клинообразной бородой и смуглой кожей, одетый в голубой халат, пушистые тапочки и тюрбан.

– Ба, какие люди, – присвистнул он, окидывая стоявшего перед ним колдуна прищуренным взглядом. – А я слышал, ты в какую-то передрягу попал, и до того серьезную, что вот-вот копыта отбросишь.

– И я рад тебя видеть, Абдулла, – кивнул Кроули. – Знакомьтесь: это Абдулла аль-Хазред, антиквар, оккультист, чародей и просто хороший человек. Абдулла – это порождения моего подсознания, каждое из которых олицетворяет какую-либо травму.

– Знакомая песня, – хмыкнул Абдулла. – Так ты явился ко мне среди ночи, чтобы познакомить со своими фантазиями? Мог бы и до утра дотерпеть.

– Увы, но нет. Я по делу, – покачал головой Кроули. – И касается оно как раз-таки той передряги, о которой ты упоминал. Быть может, продолжим разговор внутри? Здесь холодновато и я бы не отказался от пары капель чего-нибудь согревающего.

Абдулла молча посторонился, давая им войти, а потом, тщательно оглядев пустую улицу, захлопнул дверь, закрыл ее на несколько замков, засов и цепочку, и повел их по своему жилищу.

– … влип ты конкретно, тут не поспоришь, – сказал он, когда Кроули вкратце объяснил ему, с какой целью они заявились. – Но тебе повезло: философский камень действительно у меня. Выкупил его у одной мадам за мешок муки и несколько банок консервов. На самом деле я и знать не знал, какое богатство упадет мне в руки – больно уж чемоданчик мне приглянулся, а я как раз собирался в отпуск. Прошу ничего тут не трогать, – Чарли тут же пристыженно отдернул лапу от чучела какой-то образины, напоминающей помесь паука и крокодила.

Абдулла шагал довольно бодро и Семен не успевал вертеть головой по сторонам, дабы все как следует разглядеть, а посмотреть было на что. Всюду, куда ни кинь взгляд, стояла, лежала, валялась на полу или покоилась на полке какая-нибудь занимательная всячина. Толстенные книги в кожаных переплетах, черепа и кости, пыльное оружие – от мечей до мушкетов – банки с мутной жижей, в которых плавали непонятные существа. Одно из них вроде бы подмигнуло Семену, поймав его взгляд – но тот поспешил уверить себя, что ему попросту показалось.

Наконец Абдулла привел их в огромную библиотеку. Пройдя мимо статуи в виде человека, которая, судя по висевшей на ней одежде, служила ему вешалкой, он скрылся за неприметной дверкой в дальнем углу – и вышел к ним неся за пазухой заветный чемоданчик. Положив его на стол, Абдулла щелкнул замками и отворил крышку – и все они облегченно вздохнули, увидев философский камень.

– Оперативная работа оказалась куда проще, чем я думал, – фыркнул Альфонсо. – Сыро и грязно, конечно, но терпимо. Ладно, забираем камень и уходим из этой дыры… То есть покидаем, к сожалению, этот чудесный дом.

– Гнездо, прием, это Шмель Один, – произнес Чарли. – Скажи Чунта, чтобы открыл обратный портал – камень у нас.

– Ты и впрямь готов вот так запросто отдать нам камень? – на всякий случай спросил у Абдуллы Семен, не веря, что все прошло как по маслу.

– Ну конечно, – ответил тот. – Как я понял, за этой безделушкой идет повсеместная охота, так что чем быстрее я от нее избавлюсь, тем целее будет моя шея. С вас двадцать крон.

– Кроули – заплати ему, – сказал Семен.

– Минуточку, – произнес тот. – Хотелось бы уточнить: двадцать крон вместе с чемоданчиком или без него?

– Разумеется без, – фыркнул Абдулла. – Я же сказал, что скоро планирую путешествие. Уже даже и билеты купил. А плавки и шорты я в чем повезу – в котомке?

– Тогда пятнадцать, – покачал головой Кроули.

– Ты что, совсем рехнулся?! – рявкнул Чарли. – Ты собираешься поставить под удар успех всей операции и судьбу целого мира из-за пары банкнот?! Раскошеливайся!

– Признаться, мое подсознание уже порядком действует мне на нервы, – вздохнул Кроули. – Друг мой, не найдется ли у тебя бренди? Пятнадцать с половиной и ни монетки больше.