Трагедии. Сонеты, Шекспир Уильям

Трагедии. Сонеты

на обложку

Шекспир Уильям

Шрифт:

Гамлет, Гамлет!

Все

Господа!

Горацио

Принц, успокойтесь.

Их разнимают, и они выходят из могилы.

Гамлет

За причину спора Я с ним согласен драться до конца, И не уймусь, пока мигают веки.

Королева

Какого спора, сын мой?

Гамлет

Я любил Офелию, и сорок тысяч братьев И вся любовь их — не чета моей. Скажи, на что ты в честь ее способен?

Король

Он вне себя.

Королева

Не трогайте его.

Гамлет

Я знать хочу, на что бы ты пустился? Рыдал? Рвал платье? Дрался? Голодал? Пил уксус? Крокодилов ел? Все это Могу и я. Ты слезы лить пришел? В могилу прыгать мне на посмеянье? Живьем зарытым быть? Могу и я. Ты врал про горы? Миллионы акров Нам на курган, чтоб солнце верх сожгло И в бородавку превратилась Осса [65] ! Ты думал глоткой взять? Могу и я.

Осса — гора в Греции.

Королева

Все это взрыв безумья. С ним припадок. Немного переждать, и он опять Притихнет, как голубка над птенцами, И сложит крылья.

Гамлет

Надо объяснить, За что вы так со мной небрежны, сударь? Ведь я любил вас. — Впрочем, все равно; Хоть выбейся из силы Геркулес, Как волка ни корми, он смотрит в лес.

(Уходит.)

Король

Побудьте с ним, пожалуйста, Гораций.

Горацио уходит.

(Лаэрту.)

Припомните вчерашний разговор И потерпите. Все идет к развязке. — Гертруда, пусть за принцем последят. — Мы здесь живой ей памятник поставим. Терпеть еще недолго. А потом Зато тем безмятежнее вздохнем.

Уходят.

Сцена вторая

Там же. Зал в замке.

Входят Гамлет и Горацио.

Гамлет

Как будто все. Два слова о другом. Но хорошо ли помнишь ты событья?

Горацио

Еще бы, принц.

Гамлет

Мне не давала спать Какая-то борьба внутри. На койке Мне было, как на нарах в кандалах. Я быстро встал. Да здравствует поспешность! Как часто нас спасала слепота, Где дальновидность только подводила. Есть, стало быть, на свете божество, Устраивающее наши судьбы По-своему.

Горацио

На наше счастье, есть.

Гамлет

Я вышел из каюты. Плащ накинул, Пошел искать их, шарю в темноте, Беру у них пакет и возвращаюсь. Храбрясь со страху и забывши стыд, Срываю прикрепленные печати И, венценосной подлости дивясь, Читаю сам, Горацио, в приказе, Какая я опасность и гроза Для Дании и Англии. Другими Словами: как, по вскрытии письма, Необходимо, топора не правя, Мне голову снести.

Горацио

Не может быть!

Гамлет

Вот предписанье. После прочитаешь. Сказать ли, как я дальше поступил?

Горацио

Пожалуйста.

Гамлет

Опутанный сетями, И роли я себе не подыскал, — Уж мысль играла. Новый текст составив, Я начисто его переписал. Когда-то я считал со всею знатью Хороший почерк пошлою чертой И сил не пожалел его испортить, А как он выручил меня в беде! Сказать, что написал я?

Горацио

О, конечно.

Гамлет

Устами короля указ гласил: Ввиду того, что Англия наш данник, И наша дружба пальмою цветет, И нас сближает мир в венке пшеничном, А также и ввиду других причин, — Здесь следовало их перечисленье, — Немедля по прочтении сего Подателей означенной бумаги Предать на месте смерти без суда И покаянья.

Горацио

Где печать вы взяли?

Гамлет

Ах, мне и в этом небо помогло. Со мной была отцовская, с которой Теперешняя датская снята. Я лист сложил, Как тот, скрепил печатью И положил за подписью назад, Как тайно подмененного ребенка. На следующий день был бой морской. Что было дальше, хорошо известно.

Горацио

Так Гильденстерн и Розенкранц плывут Себе на гибель?

Гамлет

Сами добивались. Меня не мучит совесть. Их конец — Награда за пронырство. Подчиненный Не суйся между высшими в момент, Когда они друг с другом сводят счеты.

Горацио

Каков король-то!

Гамлет

Вот и посуди, Как я взбешен. Ему, как видишь, мало, Убив отца и опозорив мать, Быть мне преградой на пути к престолу. Еще он должен удочку с крючком На жизнь мою закидывать украдкой. Так разве это не прямой мой долг С ним рассчитаться этою рукою И разве не позор давать вреду Въедаться глубже?