Чтение онлайн

Энн. Звучит глупо.

– Постараюсь запомнить, но я тебя так с шести лет называю. Слушай, в городе

показывают вестерн, зато миль за пять-шесть есть один из этих новых

кинотеатров на открытом воздухе. Сидишь прямо в своем автомобиле и смотришь

на большой экран, а в машину дают динамик.

– Я такие видела, но никогда там не была, – протянула Энн. – А что показывают?

– Вроде бы какой-то мюзикл. Но точно не вестерн, я спрашивал. Поедем?

– Было бы забавно, – сдержанно откликнулась она. – Вообще, ты за рулем… тебе

решать.

На стоянке было полутемно. Немного погодя, пока они ждали начала, Томми

приобнял Энн за плечи. Она придвинулась чуть ближе, но по-прежнему сидела

прямо.

– Хочешь попкорна?

– С удовольствием, – в голосе ее звучало облегчение.

Томми возвратился к машине, балансируя подносом, где стояли два ведерка

кукурузы и два высоких бумажных стакана, наполненных преимущественно

льдом.

– Вот. Я вспомнил, что ты не любишь «Колу», и взял «Севен Ап».

Сгущалась темнота. Они пили газировку и хрустели попкорном, глядя на огни

подъезжающих машин.

– Так странно быть зрителем, – заметила Энн.

– Постоянно жить в одном городе и ходить в один кинотеатр – вот это было бы

странно. Смотри, экран загорелся. Сейчас начнется.

Под грохот из динамиков на экране появился Багз Банни. Доев кукурузу и смяв

ведерко, Томми приготовился смотреть фильм. Чуть погодя он нерешительно

положил ладонь на колено Энн. С минуту девушка не шевелилась, затем взяла

его за руку. Еще несколько минут – и Томми обнял ее, и Энн удобно облокотилась

на него. Она пахла очень чисто – мылом, тальком и чем-то едва уловимо

фруктовым.

– Ты пахнешь ягодами, – заметил Томми.

– Это, наверное, помада. У нее вишневый вкус.

Потом он поцеловал ее в щеку. Сжав его пальцы в темноте, девушка мягко

проговорила:

– Давай смотреть фильм, ладно?

– Ладно. Но не такой уж он и хороший, этот фильм.

В тусклом свете Томми снова заметил ямочки. И поцеловал Энн в губы. Она

вывернулась довольно быстро и сказала, дыша несколько учащенно:

– Эй, не стоит так увлекаться.

Впрочем, отодвинуться она не пыталась, и Томми совсем смешался. За сюжетом

он не следил, хотя фильм уже начался, и экран был полон девушек в

мексиканских юбках, кружащихся в каком-то испанском танце. Все его внимание

занимали твердые загорелые плечи Маленькой Энн. Очень осторожно Томми

положил свободную руку ей на грудь. Он по-прежнему пытался поглядывать на

экран, но тут девушка со вздохом подставила губы, и Томми забыл про кино.

Через несколько минут он хрипловато выговорил:

– У тебя в самом деле помада как вишни.

– Мммг.

Томми вдруг сделалось тревожно. Невинное удовольствие от ласки и объятий

быстро обернулось сексуальным возбуждением. Томми растерялся: ему почему-

то никогда не приходило в голову, что его может завести девушка. Девушка в

общем и Маленькая Энн в частности. Где-то глубоко внутри он был доволен, однако обуревавшее его беспокойство было куда сильнее – и ему не хотелось, чтобы Энн это обнаружила. Тем не менее заставить себя отстраниться Томми не

мог.

Между поцелуями девушка пробормотала:

– Никогда не знала человека, который бы так целовался.

Что она имела в виду? Он как-то иначе целуется? Не так, как… нормальные

парни?

Томми поднял голову, и Энн пояснила:

– Я не сказала, что мне не нравится, дурачок.

И поцеловала его по собственному почину. Она не возражала против его ладоней

у себя на груди, хотя решительно оттолкнула его пальцы от верхней пуговки

платья.

– Не надо.

Томми не настаивал – ему вполне достаточно было чувствовать маленькие соски, напрягшиеся под слоями ткани. Девушка не сопротивлялась, но объятия все

равно напоминали борьбу. Все ее легкое тело вздрагивало у него в руках. Ладонь

его скользнула по ее стройной голой ноге, под кружева нижней юбки. Энн

носила шелковые чулки с резинками вверху, и к его секундному удивлению мягкая

кожа там оказалась слегка влажной. Томми не знал такого о девушках. Робко, как будто с неохотой, она положила ладонь ему между ног, трогая его сквозь

одежду. Боль там стала почти невыносимой. Он привык избавляться от этого

вида напряжения – и чем скорее, тем лучше – но уж никак не затягивать его, не

контролировать и не терпеть.

А потом Энн быстро отдернула руку.

– Все, – мягко сказала она. – Пожалуйста, Томми. Я так далеко не захожу.

Он безропотно убрал ладонь. Но девушка опять потянулась за поцелуем.

Обескураженный, Томми почти разозлился. Так да или нет? Неужели у женщин

все настолько по-другому? И как это понять?

В паху натужно тянуло. Томми прижался к Энн, обнял за спину – стало немного

легче.

– Разве ты не видишь, каково мне? Ты тоже… чувствуешь это?

– Д-да. Это меня и пугает.

– Здесь нечего бояться.

– Но я боюсь. Пожалуйста, Томми. Мы просто не сможем остановиться.

Эти слова запутали его еще больше. Томми практически лежал на Энн сверху.

Ладонь, словно магнитом, тянуло ей между ног.

– Зачем останавливаться? – прошептал он. – Глупо хотеть всего, кроме… этого.