Чтение онлайн

Я была бойцом.

И я должна заставить Ката Хоука заплатить за все, что он сделал.

Туман клубился по работающему, как часовой механизм, бизнес-району Лондона, пока мы пробирались сквозь старые и новые улицы.

Каждый уличный фонарь и дорожный знак говорил о доме.

Мой дом.

Мой прежний дом.

Я узнавала это место. Была рождена здесь. Росла здесь. Обучалась здесь.

До того как встретила Джетро.

Машина остановилась снаружи нашего поместья в викторианском стиле. Побеленные кирпичи выглядели свежими и современными. Окна были декорированы любимым цветом моей мамы - сиреневым. Несмотря на трехэтажную грандиозность, было заметно, что к месту приложена женская рука.

Кукольный дом по сравнению с «Хоуксбридж Холлом».

Я скучала по готическим французским башням и внушительному размеру. Скучала по богатству и опасности, которые излучали даже стены.

Скучала по Джетро.

Стекло моего окна на втором этаже приветствовало меня сквозь серый дождь.

Водитель нажал на кнопку интеркома на воротах из кованого железа, прятавших поместье Уивер от остального общества. Никто не придет сюда попросить сахар или соль. Повсюду были камеры и заряженные током заборы.

– Да?

Как только голос моего отца раздался через динамик, вертиго захватило меня в заложники. Мир закружился.

– Мы на месте, мистер Уивер.

Треск, затем испуганный крик:

– Она с вами?

Водитель послал мне улыбку.

– Она с нами.

 Джетро

Что-то твердое снова ударило меня в грудь.

Это пробудило меня, вытащило из недр ада и вернуло обратно в тело, рыдающее от боли.

— Открой свои глаза, Джет.

Я вздрогнул, опасаясь другого пинка или удара. Как долго Дэниель избивал меня?

Достаточно долго, чтобы сломать пару ребер, и чтобы мой левый глаз полностью заплыл.

— Он очнулся. — Кто-то присел прямо передо мной — размытая фигура, покрытая кровью и грязью.

Я попытался сглотнуть, но в горле было слишком сухо. Невероятно, но в мою безжизненную руку всунули бутылку с водой. Когда я чуть не уронил ее, Кат обхватил своими теплыми пальцами мои, крепко сжимая бутылку.

Волна сострадания и сочувствия охватила мое пропитанное влагой тело, заставляя напрячь зрение, чтобы сфокусироваться.

— Спа-спасибо, — прошептал я отрывисто.

Кат кивнул, усаживаясь на корточки, а я отхлебнул из уже открытой бутылки, и в мое тело медленно возвращалась жизнь.

Пока я пытался сесть ровнее, Кат сместился, чтобы я мог вытянуть ноги и прислониться к холодной, влажной стене.

— Лучше? — спросил он. Как будто заботился о моем состоянии спустя лишь несколько мгновений после того, как меня избили до полусмерти.

Все еще жив, к несчастью для тебя.

Я боролся, чтобы не ответить с сарказмом, и вместо этого уставился на него.

— Я справился с твоим маленьким экзаменом, отец? — В тот момент я его ненавидел. Я чертовски презирал, что этот человек был моим покровителем и родственником.

Он не ответил. Лишь указал жестом на то, что приземлилось мне на грудь и откатилось в сторону со странным громыханием.

— Это второе условие твоего последнего шанса.

Я не мог понять, что это было. Мои глаза не могли сфокусироваться, когда моя нервная система рассортировывала боль по шкафчикам: «с угрозой для жизни», «пульсирующая» и «приемлемая для жизни».

— Подними это.

Сглатывая стон, я скользнул боком по стене и зацепил маленький белый пузырек. Я прищурился, пытаясь безуспешно прочесть этикетку.

— Что... что это?

Кат пошевелился, привлекая мое внимание к пистолету, лежащему на его колене. Его дуло все еще было направлено на меня, как и во время избиения меня Дэниелем.

— Я говорил тебе. Твой последний шанс.

Я хмуро посмотрел на пистолет.

— И если я не согласен... как ты поступишь со мной дальше?

— Это заканчивается. Здесь и сейчас. Я избавляю тебя от твоих страданий, и жизнь продолжается.

Мое сердце заколотилось, заставив Нилу вернуться в мое существование.

— Если ты убьешь меня, значит ли это, что Долг исчерпан?

Могу ли я как-то освободить Нилу от этого, пожертвовав собой?

Кат поджал губы, и гнев оттенил черты его лица.

— Ты хочешь сказать, что умрешь ради гребаной Уивер? Давай, Джетро. Будь мужчиной и прими то, что я пытаюсь тебе дать. — Он распахнул руки, указывая на «Хоуксбридж». — Все это станет твоим. Компании, торговые пути, шахты... все твое. Разве одна женщина стоит всего этого?

Тишина была осязаемой, ее единственный спутник — холодная сырость, окружала нас.

Да.

Она стоила этого и даже большего.

— Так, это было «да»? — прохрипел я и сделал еще один глоток воды. — Если ты убьешь меня, долги оплачены. Тебе необходим первенец. Именно поэтому было только семь Уивер, затребованных за столетия. Обстоятельства складываются не так, как надо. Вмешивается жизнь. Что ты говорил мне? Что вырастить Хоук и Уивер до необходимого возраста без единой смерти, исчезновения без вести или утраты по другим причинам было гребаным чудом? Убей меня — положи конец этому, так называемому, чуду. Другое поколение будет в безопасности.

Кат выстрелил себе под ноги и пнул мою ногу. Обычно от такого удара мне бы не было больно, но он ударил по множественным ушибам, которыми меня любезно одарил Дэниель.

Я зашипел, сжимая руки вокруг бутылки и проливая воду на свою окровавленную одежду.

— Как правило, Джетро, ты прав. Твоя смерть принесла бы ей спасение. Она была бы свободна. Была бы не нужна, так как первенец не выжил.

Огромный поток облегчения охватил меня. Это было решением. Единственным выходом. Я мог бы избежать больших трудностей, а Нила была бы свободна.