Чтение онлайн

Но российским олигархам (потаниным, березовским, абрамовичам) не надо было тратить время и деньги на государственных чиновников. Они сами стали либо высшими государственными деятелями, либо теневыми фигурами в президентском окружении, обладающими распорядительными государственными функциями, о чем откровенно и громогласно объявили городу и миру в знаменитом интервью Б. Березовского Financial Times в октябре 1996 года. Так бесстыдное соитие власти и денег достигло своего логического завершения.

Наивно ожидать от Путина попыток демонтировать систему бандитского капитализма, основанного на полном слиянии власти и собственности, когда знаковые символические фигуры этой системы являются ключевыми теневыми игроками путинского проекта».

Прошедшие годы подтвердили и наш анализ ельцинской эпохи и прогноз путинского правления. Как признают теперь уже правительственные эксперты, курс, которым ведет страну сегодняшняя власть, — это национальная смерть русского народа.

Как наши «либеральные» министры, эксперты, финансисты могут, находясь в здравом уме и ясном сознании, рассуждать о продолжении экономических реформ и совершенствовании рыночной экономики, когда отсутствует ее фундаментальный институт — частная собственность?

Ведь все они, включая В. Ашуркова, прекрасно знают, как практикующие собственники, что любая частная собственность в России — от нефтяной компании до продуктового ларька — условна, зависит от лояльности феодальным сюзеренам вдоль всей вертикали власти, даруется и изымается в жестком соответствии с приобретением или потерей условным владельцем административного ресурса.

Всепроникающий институт властесобственности представляет собой системообразующий порок российской экономической и политической системы, обрекающий ее на катастрофу.

В течение золотого десятилетия 1998–2008, как с триумфом сообщает нам автор, «подавляющее большинство российских компаний преуспевали, появилось много новых активных игроков на рынке, были созданы сотни миллиардов долларов добавленной стоимости — как с точки зрения текущих доходов, так и с точки зрения капитализации компаний».

А почему же эти сотни миллиардов долларов не воплотились в в возрожденную инфраструктуру, наукоёмкие производства, процветающие системы здравоохранения и образования, а, наоборот, приблизили нас к национальной смерти русского народа.

А потому что все эти замечательные активные игроки функционировали в уродливой воровской системе, природу которой я анализировал еще 13 лет назад.

Взращенные в этой среде старые и новые активные игроки — сотня миллиардеров (абрамовичи, прохоровы, фридманы) и десятки тысяч их менеджеров и управляющих — до недавнего времени были вполне довольны путинским режимом.

Их, конечно, раздражала нахрапистось ближайшего окружения национального лидера. Но по-настоящему их вывело из себя лишь такое «исключительное» преступление кровавого путинского режима, как покупка «Роснефтью» ТНК-ВР, специально отмеченная в статье В. Ашуркова.

Впрочем в последнее время у них появилась проблема посерьезнее чем сечинское рейдерство.

Путинский миф, рожденный в телевизионной пробирке 13 лет назад, мертв. И его смерть намного важнее чем слухи или факты о здоровье его физического носителя.

Лицо, находящееся сегодня на посту президента России, оказывается неспособным более выполнять свою сакральную миссию — обеспечение безопасности авуаров российской клептократии в стране и за рубежом. Как и в 1999-ом году режим остро нуждается в идеологическом и кадровом ребрендинге. Судорожное барахтанье бульдогов под кремлевским ковром означает одно — начался кастинг проекта «Наследник 2». Они ищут Другого Парня.

Кастинг 2012–2013 заметно отличается от дворцовых передач власти 1999 г. и 2007 г. Он скорее походит на то, что происходило в 1989–1991 гг. Потенциальный Наследник, чтобы получить какую-то хотя бы среднесрочную перспективу, нуждается сегодня в легитимизации не только властным олигархатом, но и улицей.

Влиятельному клану «системных либералов» нужно управляемое протестное движение как массовка и как их средство давления на силовиков и на Путина в решающей схватке за высший приз — назначение своего Наследника.

Происходящее не может не отбрасывать свою тень на ситуацию в Координационном Совете оппозиции.

«Республиканцев» и «лоялистов» в КС разделяют не тактические споры о наилучших методах достижения одинаково понимаемых ими целей, а принципиально разные стратегические установки.

«Республиканцы» считают, что демонтаж уродливой политической и экономической системы властесобственности, созданной в ельцинские годы и доведенной до логического предела путинской клептократией, является задачей национального спасения.

«Лоялисты» полагают, что в России построена в целом приемлемая рыночная экономика, принесшая ее капитанам сотни миллиардов долларов добавочной стоимости, а для ее дальнейшего успешного развития необходимо убрать некоторые путинские наслоения и в ходе «управляемой политической реформы» вернуть на самые вершины власти ведущих сислибов или их назначенцев.

В косноязычных потугах г-на Ашуркова, речь идет «о некоей комбинации разумных сил в оппозиции с частью деловой и политической элиты, включая частично и тех, кто сейчас находится во власти».

27 декабря 2012 года