Чтение онлайн

– Дэнко! – закричала я во весь голос, выхватывая пистолет из кобуры. – Дэнко! Стой!

Толпа расступилась, и я увидела, как Дэнко, улыбнувшись, вынул что-то из кармана.

– Полиция! – крикнул Молинари. – Всем лечь на пол!

Я не сразу разглядела, что это был за предмет – пистолет или детонатор, и только через несколько секунд поняла, что в руке он сжимал небольшой пластмассовый баллончик. Встретившись со мной взглядом, Дэнко протянул руку в мою сторону, и в этот момент я выстрелила. Это было очень опасно в переполненном зале, но другого выхода у меня не было.

Через секунду я подбежала к нему и вцепилась в его руку, пытаясь вырвать баллон. Дэнко застонал от боли и попытался направить его мне в лицо. Трудно сказать, чем бы все это кончилось, если бы в тот момент мне на помощь не подоспел Молинари. Он схватил Дэнко за шею и потянул на себя. Тот отвернулся от меня и направил баллон на него.

– Отойди от него подальше! – крикнул мне Молинари. Я, получив передышку, вывернула Дэнко руку и, навалившись всем телом, попыталась сломать ее.

Дэнко вскрикнул от боли и повернулся ко мне. Никогда в жизни я не видела такого взгляда – ледяного, полного ненависти.

– Ублюдок! – закричала я ему в лицо. – Вспомни, что ты сделал с Джилл!

С этими словами я повернула его руку с зажатым в ней баллоном и надавила на кнопку. В лицо Дэнко ударила тонкая струя белого газа. Он застыл на мгновение, а потом тяжело закашлялся, жадно хватая ртом воздух. Его лицо исказилось от боли и стало похожим на ужасающую маску смерти. Подоспевшие агенты оторвали Дэнко от меня и повалили на пол. Он тяжело дышал и все время кашлял, тщетно пытаясь очистить легкие от смертельного яда.

– Все! – выдохнула я. – Тебе конец! Ты проиграл, подонок!

И тут я увидела в его глазах едва заметную насмешку. Он кивнул, чтобы я приблизилась.

– Дура, можно покончить со мной, но нельзя покончить со всеми. На мое место придет другой боец.

В этот момент я услышала выстрелы и поняла, что я действительно дура.

Мы с Молинари бросились во двор, откуда доносились выстрелы, и попытались протиснуться через толпу зевак. Я не сразу увидела, что произошло, да лучше бы мне этого и не видеть. Элдридж Нил лежал на земле лицом вверх, а на его белоснежной рубашке расплывалось красное пятно. Кто-то сумел приблизиться к вице-президенту США и выстрелить в него. Боже мой, неужели произошла еще одна американская трагедия?

Чуть поодаль группа агентов держала за руки молодую девушку, не старше восемнадцати-девятнадцати лет с копной рыжих волос на голове. Она истерично выкрикивала в сторону вице-президента что-то о детях, которых продают в рабство в Судане, об эпидемии СПИДа, от которого умирают миллионы людей в Африке, и о преступлениях транснациональных корпораций в Ираке и Сирии. Должно быть, она дожидалась вице-президента и выстрелила в него, когда агенты пытались вывести его через главный вход.

Я подошла поближе и вдруг поняла, что уже видела эту девушку. Да, я видела ее в кабинете Роджера Лемоуза. Она показала мне средний палец, когда выходила оттуда. Господи, она же еще совсем ребенок.

Джо Молинари отпустил мою руку и бросился на помощь вице-президенту. Истерично орущую девушку агенты потащили прочь.

Через минуту к нам подъехала машина "скорой помощи", и вице-президента быстро уложили на носилки. Еще через мгновение машина умчалась прочь, разрезая воздух воем сирены.

Неужели Чарлз Дэнко спланировал и это покушение?

Может быть, он догадался, что мы напали на его след?

Если так, значит, он с самого начата знал, что его схватят, что в результате этого возникнет паника и в суматохе можно будет легко добраться до вице-президента. Ведь он не случайно сказал напоследок, что на его место придет другой боец.

И это было самым страшным, потому что я знала, что Дэнко был прав.

Я должна была отправиться в поликлинику и пройти тщательное обследование, но я этого не сделала. Сейчас не время. Мы с Молинари забрали рыжеволосую девушку и вернулись во дворец, где допрашивали ее несколько часов. Анетт Брейлинг долго упорствовала, демонстрируя свой революционный дух и мужество истинного борца, но в конце концов ее нервы не выдержали, и она раскололась. Мы узнали от нее все, что хотели, и даже больше. Самая важная информация касалась организации террористического акта во Дворце Почетного легиона.

В четыре часа утра мы с Молинари поехали в небольшой поселок Кенсингтон неподалеку от Беркли. Туда уже прибыло несколько полицейских машин и группа вооруженных до зубов агентов ФБР. Нужная нам улица поднималась в гору, откуда открывался прекрасный вид на озеро Сан-Пабло. Место было настолько живописным, что даже не верилось, что здесь могли планироваться такие страшные вещи.

– А он неплохо устроился, – тихо заметил Молинари. – Ну что ж, окажем ему честь своим неожиданным визитом.

Парадную дверь открыл сам профессор романской филологии Роджер Лемоуз в длинном домашнем халате. Его курчавые черные волосы были всклокочены, словно он только что встал с постели, а глаза покраснели и припухли, как будто он пропьянствовал всю ночь. Может, он действительно праздновал, подумала я.

– Мадам инспектор, – проворчал он, не скрывая раздражения, – вам начинает изменять чувство меры. Четыре часа утра. Почему вы врываетесь в мой дом в такое время?

Я решила не обращать внимания на его тон, Молинари последовал моему примеру.

– Мистер Лемоуз, – холодно объявил Молинари, – вы арестованы по подозрению в организации убийства. – С этими словами он решительно переступил порог дома, легонько отодвинув хозяина в сторону.

В гостиной мы увидели вышедших на шум жену Лемоуза и его двоих детей. Мальчику было не больше двенадцати лет, а девочке и того меньше. Нам с Молинари пришлось убрать оружие.

– Чарлз Дэнко мертв, – сообщила я ему. – А девушка по имени Анетт Брейлинг арестована и уже дала показания. Она сообщила, что вы руководили подготовкой убийства Джилл Бернардт, а также всех остальных. Она также сказала, что вы были главным организатором террористической группы Стивена Хардуэя и именно вы вовлекли в нее Джулию Марр и Роберта Грина. Кроме того, вы контролировали все действия Чарлза Дэнко и оказывали на него давление. За тридцать лет его злость и обида немного поутихли, но вы нашли способ всколыхнуть в нем прежнюю ненависть и направить ее в нужное вам русло. Иначе говоря, вы превратили его в свою марионетку.