Чтение онлайн

Как только они снова оказались снаружи, Джордан беспомощно посмотрел на Алекс и Биара. Последний, казалось, онемел и смотрел на Джордана, как на привидение, но Алекс положила свою руку, чтобы Биар не раздавил ее, на спину Д.К. и двигалась, пока не заговорила прямо ей в ухо.

— Постарайся сделать глубокий вдох, Дикс, — сказала Алекс успокаивающим голосом. — Джордан прямо здесь… он никуда не денется. Нам нужно, чтобы ты постаралась успокоиться, хорошо?

Хватка Д.К. усилилась до такой степени, что Джордану стало трудно наполнять легкие воздухом. Он посмотрел на Алекс и покачал головой, давая понять, что ее попытка не помогла, но в его общении не было необходимости, так как все они могли слышать растущее беспокойство Д.К..

Его сердце разбилось от глубины боли Д.К.
– от осознания того, что он был причиной этого, — и Джордан принял быстрое решение, снова шагнув вперед.

— Где…

— У Флетча будет что-нибудь, чтобы помочь ей, — Джордан прервала вопрос Алекс, слегка подвинувшись в попытке ослабить удушающую хватку. Однако это было бесполезно. Хватка Д. К. была непреклонной.

Застонав от боли в грудной клетке, Джордан поспешно направился к зданию Джен-Сека прямо через двери на первом этаже. Он не видел Флетчера с другими за ужином, поэтому надеялся, что доктор был где-то в медицинском отделении.

И действительно, Флетчер стоял у шкафа с припасами и стучал по своему экрану МедТех, когда Джордан и его друзья ворвались в стерильную палату. Его губы изогнулись в приветствии, когда он увидел их, но его улыбка исчезла, когда он понял, что видит. Или, скорее, кого.

Джордан не сомневался, что Флетчер был среди тех, кто знал, что Эйвен заявил на него Права. Но, к чести доктора, после кратковременной вспышки дурных предчувствий он сохранил свое уважаемое отношение к делу и поспешил к нему, полностью сосредоточившись на Д.К..

— Что случилось? — сказал Флетчер вместо приветствия, ища какие-либо травмы, которые могли бы вызвать травмирующее проявление эмоций в Д.К..

— Думаю, она в шоке, — сказала Алекс, когда ни Джордан, ни Биар не ответили — Джордан, потому что его медленно душили до смерти, а Биар, потому что он оставался ходячим немым.

Задыхающийся или нет, Джордан заметил, как глаза Флетчера метнулись в его сторону, и недоверие в них было достаточно явным, чтобы почувствовать, словно лезвие вонзается в его сердце.

Когда Алекс увидела взгляд доктора — или, возможно, вздрогнувшую реакцию Джордана — она шепотом поспешила защитить друга:

— Джордан снова стал самим собой, Флетчер. Пожалуйста, если ты можешь помочь Дикс, я все объясню…

Прежде чем Алекс успела закончить, двери м едицинского отделения распахнулись, открывая ошеломленного директора, рядом с которым стояли Охотник и Каспар Леннокс с такими же недоверчивыми — и подозрительными — выражениями лиц.

— Алекс, что… — начал Марсель, но Д.К. издала еще один жалобный всхлип, и Алекс быстро прервала его.

— Пожалуйста, — взмолилась она, подняв руку, чтобы никто не заговорил. — Я скоро все объясню… обещаю. — Она снова повернулась к Флетчеру. — Просто сначала дай ей что-нибудь, чтобы успокоиться.

Флетчер, однако, не нуждался в повторном напоминании. Быстро пройдя в дальний конец комнаты, он вернулся с небольшим запечатанным пакетом, который проворно развернул. Внутри было то, что Джордан назвал «Местом спокойствия» — пластырь, пропитанный сильным успокоительным. Это не выбило бы принцессу из колеи, но помогло бы расслабиться. Значительно.

Не теряя времени, доктор крепко растер пластырь между ладонями, чтобы активировать химическую реакцию, затем снял барьер с наклейки и осторожно приподнял тяжелую прядь волос Д.К., чтобы приложить успокоительное к ее затылку. Затем откинулся на пятки и подождал пять секунд, которые потребовались, чтобы дыхание Д.К. перестало прерываться, а мышцы ослабили мертвую хватку.

Облегченно выдохнув, Джордан подхватил Д.К., когда та безвольно обмякла в его объятиях, теперь просто обнимая, а не душа. Ее рыдания стихли, пока она не начала тихо икать, роняя последние слезы на его теперь уже насквозь мокрую одежду меярина.

Вскоре девушка достаточно успокоилась, чтобы слегка отодвинуться, и они оказались лицом к лицу. Щеки были покрыты красными прожилками, а глаза налились кровью и припухли, но, по мнению Джордана, он никогда не видел ее более красивой.

— Привет, — прошептал он, одной рукой слегка погладив ее лицо.

— Привет, — прошептала она в ответ хриплым голосом. На глазах появилось еще больше слез, но они не упали, и она выдавила дрожащую улыбку, глядя прямо на него.

Еще один всхлип эхом разнесся по светлой палате, но на этот раз он исходил не от Д.К., Джордан повернулся и увидел, как Алекс так же крепко сжимает Биара, а он удерживал ее, ведя новую битву со своими собственными слезами. Дыхание Алекс стало заметно прерывистым, но ей удалось взять себя в руки, сделав несколько глубоких вдохов. Затем она повернулась к учителям и заговорила твердым голосом, который Джордан редко слышал от нее раньше.

— Я знаю, что у вас есть вопросы, но вас придется повременить с ними, хотя бы ненадолго. Я обещала, что объясню, и я это сделаю. Но у нас, — она указала на Джордана, Д.К. и Биара, — есть несколько вещей, которые нужно обсудить в первую очередь. Как только мы закончим, я найду вас и отвечу на все, что вы захотите.

Джордан видел, что они были недовольны, но преподаватели не воспротивились ее просьбе. Он явно был не одинок, чувствуя, что в Алекс что-то изменилось. Она была уже не той девушкой, которая покинула академию две недели назад. Она держалась по-другому, говорила по-другому. Теперь в ней чувствовалась уверенность, авторитет, на который раньше существовал только намек.

Не дав никому шанса возразить, Алекс прошептала Флетчеру свою благодарность и повела всех обратно из медицинского отделения. Джордан вопросительно посмотрел на Дикс, задаваясь вопросом, хочет ли она, чтобы он опустил ее на землю, но она просто снова прижалась щекой к его плечу и продолжала цепляться за него… хотя уже не так болезненно.

Вместе четверо друзей пошли через двор к зданию общежития. Никто из них не произнес ни слова, но на этот раз к ним присоединились голоса других студентов, которые покидали фуд-корт и быстро направлялись по снегу обратно в свои комнаты. В атмосфере царило веселье, все были радостны после сытной трапезы и времени, проведенного вдали от академии, все они были отдохнувшими и готовыми к началу занятий.