Чтение онлайн

Я нашел оба номера, набрал их по очереди и переключал телефон, чтобы Коуди мог одновременно говорить и вести машину. Меня пугало, когда он подносил телефон к уху, так как он не мог разговаривать, не жестикулируя. Первый детектив не ответил, второй спросил, не пьян ли Коуди, если он звонит в такой час.

— Я трезв, — ответил Коуди. — Мне нужно знать, кто дежурил этой ночью.

— Новый парень. Кого еще могли посадить на дежурство среди ночи?

— Торклесон?

Фамилия была знакомой.

— Да.

— Ты знаешь номер его сотового?

— Сейчас четыре утра, Коуди. Я не знаю ничего, кроме того, что хочу спать. Он новичок. Я не уверен, что записал его номер.

— Пожалуйста, Дэн. Он мне очень нужен.

— Разве тебя не отстранили от работы?

— Да.

— Чем ты занимаешься, Коуди?

— Проверяю, что случилось с другом.

Дэн вздохнул:

— Не отключай связь.

Я боялся, что мы выедем из зоны мобильной связи, прежде чем Дэн найдет номер. Вайоминг славится обширными пространствами, где не ловится сигнал. К счастью, он также был известен отсутствием патрульных на шоссе. Наконец, Дэн вернулся и назвал Коуди номер.

— Могу я теперь идти спать?

— Конечно. Спасибо, Дэн. Доброй ночи. — Коуди обратился к нам: — Вы записали номер?

— Я записала. — Мелисса вырвала листок из чековой книжки.

Я набрал номер.

— Да? — отозвался детектив.

— Джейсон, это Коуди Хойт.

— Черт, я не узнал номер, а сейчас четыре утра. Чем могу помочь?

— Мне нужно знать, работал ли ты с ночным инцидентом. Речь идет о моем друге по имени Брайен Истмен. Высокий, худой, белый, лет тридцать пять. Возможно, в центре города.

После паузы Торклесон спросил:

— Он ваш друг?

— Да.

— Мне жаль это слышать. Нам позвонили час назад — какой-то пьяный нашел тело в переулке. Мы отправили его в травмцентр Денверской больницы общего профиля.

Мелисса на заднем сиденье ахнула и закрыла лицо руками.

— Дело плохо? — спросил Коуди.

— Чертовски плохо, — ответил Торклесон.

— Что произошло?

— Ну, выглядит так, будто кто-то пытался растоптать ногами его лицо. Медики сначала даже не были уверены, что он жив. Я видел избитых, но такого никогда. Мне неприятно говорить это о вашем друге.

— А мне неприятно это слушать, — проворчал Коуди.

Мелисса заплакала.

— Кто это с вами? — спросил Торклесон.

— Моя подружка, — ответил Коуди, очевидно не желая объяснять наши обстоятельства.

— Не уверен, что ваша подружка хочет это слышать.

— Все в порядке, — заверил Коуди. — Скажи, вы нашли что-нибудь при нем?

— А именно?

— Ну, бумажник, ключи, мобильник, документы — что-нибудь?

— Вы имеете в виду, похоже ли это на ограбление?

— Да.

— Возможно. Удостоверение при нем, а мобильник мы нашли в переулке. Ничего необычного. Какие документы вас интересуют?

— Любые.

Фотографии, подумал я.

— Нет. Его бумажник выпотрошили и бросили. Не знаю, сколько в нем было денег.

Тысячи, подумал я, для оплаты контакта.

— Ты сказал, Денверская больница общего профиля?

— Да. Я все еще на месте происшествия. Здесь фотограф и медэксперты, а потом я поеду в больницу посмотреть, можно ли снять показания. Но судя по тому, что я видел…

— Свидетелей нет?

— Никто не объявился, что неудивительно. Это дерьмовый район. Люди здесь неразговорчивы.

— Чьи-нибудь окна выходят туда, где его нашли? Там есть освещение?

Я услышал, как напрягся голос Торклесона, когда он почувствовал, что Коуди пытается вторгнуться в его расследование.

— Фонарь там есть, но без ламп. Все разбили. И есть пара окон, но в тех комнатах никто не живет.

— Похоже на район Зуни-стрит, — заметил Коуди.

Я почувствовал, как у меня зашевелились волосы на затылке. Значит, возле клуба «Аппалуза».

— Именно так, — сказал Торклесон. — А теперь у меня вопрос к вам. Где вы об этом услышали? Не думаю, чтобы вы сидели дома с подружкой в четыре утра, слушая новости.

— Конечно, — фыркнул Коуди.

— Так как же вы об этом узнали?

— Нам позвонили по телефону Брайена.

— Что?!

— Встречусь с тобой в больнице. Береги телефон, который вы нашли, и найди специалиста, который мог бы проверить звонки и текст. Сделай это немедленно! И надеюсь, Джейсон, ты проверил телефон на отпечатки, так как тот, кто избил Брайена, держал его в своей гребаной руке.

— Коуди, могу я спросить у вас кое-что? Разве вы не отстранены? Имеем ли мы право об этом разговаривать?

Коуди проворно увернулся, чтобы не сбить перебегающую шоссе антилопу.

— Торклесон, ты нашел моего друга. Мы дружим со школы в Монтане. Я хочу выяснить, кто это сделал, и ты можешь работать со мной или против меня. Ты хочешь, чтобы я относился к этому, как простой гражданин?

— Нет.

— Тогда увижу тебя в больнице с данными о телефоне.

Мы прибыли в Денверскую больницу общего профиля в девять утра, высадив Мелиссу и Энджелину у нашего дома. Не то чтобы Мелисса не хотела увидеть Брайена, но ребенок пробыл в машине уже двадцать восемь часов. Энджелина была сонной, но держалась как опытная путешественница.

Когда Коуди и я шли по пахнущим антисептиком коридорам, я чувствовал себя разбитым. Мне тоже хотелось спать, но визит к родителям и новости о Брайене выбили меня из колеи. У стола дежурной Коуди спросил о Брайене и получил ответ суровой негритянки, что пациент в блоке интенсивной терапии, куда не допускают никаких посетителей, кроме ближайших родственников.

— Черт! — Коуди достал из пиджака полицейский значок. — Нам нужно видеть его сейчас же.

— Поднимайтесь, — сказала женщина. — Интенсивная терапия на седьмом этаже. Один из полицейских уже там.