Чтение онлайн

— У меня тоже. Мне кажется, что в отношении Силлы у тебя перспективы очень хорошие. Думаю, вы подходите друг другу.

— Ну вот, кажется, отпускает, — Форд наконец смог свободно вздохнуть. — Я ей нужен. Ей нужен человек, который понимает и ценит ее такой, какая она есть и какой она решила стать. И она мне нужна, потому что я ждал ее всю жизнь — такую, какая она есть, и такую, какой она решила стать.

— Превосходный ответ, — Гэвин встал. — Оставлю это здесь, — сказал он и махнул рукой в сторону газет. — Вы с Силлой поступайте с этим так, как считаете нужным. А я пойду красить. Не нужно меня провожать. — На пороге кухни он обернулся: — Форд, я очень доволен.

Форд тоже был очень доволен собой. Он сел за стол и прочел все газеты, каждую статью. И понял, что с этим нужно делать.

Это заняло много времени, но результат превзошел все его ожидания. Захватив с собой Спока, Форд перешел через дорогу и, обнаружив, что дверь заперта, воспользовался запасным ключом, который дала ему Силла. Он окликнул ее и, не получив ответа, стал подниматься на второй этаж. Шум душа выдал ее местонахождение. У него мелькнула мысль, не присоединиться ли к ней, но это нарушило бы его план.

Кроме того, испуганная женщина, принимающая душ в запертом доме, может закричать — а женщины очень громко кричат. Поэтому он удовлетворился тем, что присел на край кровати в гостевой спальне — это была единственная кровать в доме — и стал ждать.

Она не закричала, когда увидела его. Но испуганно попятилась, и, судя по количеству воздуха, который она набрала в легкие, от ее крика полопались бы все стекла в радиусе пяти миль.

— Боже, Форд. Ты меня до смерти напугал!

— Прости. Я подумал, что напугаю тебя еще сильнее, если войду в ванную, когда ты принимаешь душ.

— Действительно, это было бы еще хуже. А где Спок?

— Ему захотелось посмотреть, нет ли на заднем дворе воображаемых кошек.

— Мне нужно одеться. Может, подождешь во дворе? Я быстро.

Расстроенная, подумал он. Раздраженная. И слегка растерянная. Его идея либо разрешит, либо усугубит ситуацию.

— Я тебе кое-что принес.

— Что? Почему бы тебе не отнести это вниз, а я… — Она умолкла, увидев, что он извлекает из-за спины тонкий сверток, завернутый в одну из бульварных газет.

— Значит, ты их видел. — Она плотнее запахнула полотенце на груди.

— Да. Я и не подумаю спускаться вниз, пока ты будешь одеваться. Но все же сначала открой подарок.

— Прости. Мне правда очень жаль. Я недооценила их интерес и выгоду. И сама вляпалась во все это, позвонив пресс-агенту матери. Дура, дура, дура.

— Ладно, тебе полагается премия за глупость. Раскрой подарок, — он похлопал по кровати рядом с собой.

Она села и молча уставилась на пакет, который он положил ей на колени.

— Я не использовал страницы со статьями. Вдруг мы захотим сделать альбом с вырезками.

— Это не смешно, Форд.

— Тогда тебе не понравится подарок. Я его заберу и закопаю на заднем дворе. Там я перепачкаюсь, и тебе придется еще раз принимать душ вместе со мной.

— Правда, не смешно. Ты понятия не имеешь… — разозлившись, она разорвала бумагу. И умолкла.

Это была тонкая книжечка, украшенная цветным рисунком, изображавшим ее и Форда в страстном объятии. Над их головами яркими буквами было написано название:

— Ты сочинил комикс?

— Скорее короткий иллюстрированный рассказ. Навеянный недавними событиями. Давай прочти.

Она не знала, что сказать, по крайней мере в первую минуту. Пять страниц черно-белых рисунков с подписями — от курьезных до порнографических и необыкновенно смешных.

— Вот здесь, — она постучала пальцем по рисунку, на котором Форд в состоянии возбуждения подхватывал на руки обнаженную Силлу, а Спок в это время закрывал глаза лапами. — Мне кажется, нарушены пропорции. Кое-какая деталь преувеличена.

— Это моя деталь, и я художник.

— И ты правда думаешь, что я когда-нибудь могу сказать: «О, Форд, Форд, возьми меня»?

— Критиковать легко.

— Но мне понравился тот рисунок, в самом начале, где сексуально озабоченные призраки Дженет и Стива Маккуина парят над нашими спящими телами.

— Мне показалось это уместным — с учетом той легенды о купании в пруде. Кроме того, если в меня и вселяется какой-то дух, то это должен быть дух самого крутого парня.

— Круче не бывает, — согласилась она. — А еще мне нравится картинка, где папарацци срывается с дерева и падает в окно нашей спальни. Но лучше всего последний рисунок, где мы вчетвером лежим на кровати и курим сигареты с выражением удовлетворения на лицах.

— Я люблю, когда все хорошо кончается.

Она подняла голову и посмотрела в его зеленые глаза.

— Таким образом ты хочешь сказать, чтобы я не принимала всего этого всерьез?

— Я предлагаю взглянуть на это по-другому, если захочешь.

Она передвинулась назад, чтобы опереться на спинку кровати.

— Давай устроим читку в лицах. Я буду Силлой и Дженет, а ты Фордом и Стивом.

— Давай, — он тоже подвинулся, занимая место рядом с ней.

— А потом разыграем рассказ по ролям.

— Еще лучше, — улыбнулся он.

Любопытные собирались каждый день. Одних она приглашала войти, на других не обращала внимания. Ей ничего не оставалось делать, кроме как игнорировать тех, кто останавливался на обочине дороги, фотографировал дом, сад и ее саму. Она не обращала внимания на рабочих, которые развлекались тем, что позировали перед фотокамерами. Она не могла винить их за желание получить удовольствие и завладеть кусочком этой недолговечной славы.