Тридцать дней
Шрифт:
— Леор Аквей, что за представление? — вторил ему водник.
— Скай, ты привел в свой замок эту дрянь!
— Что всё это означает?!
— Ты предал нас?
— Зачем здесь убийца?!
Я осталась невозмутимой, слушая все эти возгласы, и только Скай знал, что каждый взгляд, каждое обвинение вонзились иглой в мое сердце, напомнив о тех горестях, которые я принесла людям. И тут же меня окутала волна нежности, вытесняя холод болезненных уколов совести. Я повернула голову к моему воднику. Он стоял рядом. Аквей едва заметно улыбнулся, а затем произнес голосом, наполненным силой:
— Довольно!
И зала стихла. Маги, оглушенные громовым раскатом, затихли, кто-то втянул голову, но они по-прежнему стояли, готовые к новой попытке нападения.
— Вернитесь на свои места, — велел Аквей. — Сядьте! Здесь нет врагов, благородные леоры и лейды. — Кто-то попятился к стулу, но часть магов остались стоять, и Скай вновь прогрохотал: — Я созвал вас на Совет! Свод правил велит вам выслушать причину, по которой вас собрали. Когда мы закончим, я никого неволить не буду, но сейчас вам придется выслушать меня, иначе гибель ждет весь мир!
— Зачем… — начал один из огневиков, но Аквей мотнул головой и ответил ему тяжелым взглядом.
Еще несколько магов вернулись на свои стулья, стоять остались пятеро. Они сверлили Ская взглядом, он скрестил руки на груди и вопросительно приподнял брови, больше не произнеся ни слова. Маги еще какое-то время мерились взглядами, а когда напряжение возросло настолько, что, казалось, в воздухе затрещали искры, не выдержала воздушница.
— Ни минуты не останусь рядом с темным отродьем, — бросила она, передернув плечами, и устремилась к выходу из залы.
— Я тоже ухожу, — худощавый водник последовал за воздушницей.
— Если бы ты сразу сказал, кого притащил на Совет, я бы не стал тратить силы на переход, — буркнул еще один водник.
Кто-то еще встал со стульев и направился на выход. Скай развернулся им вслед, разглядывая с нескрываемым любопытством. На губах его застыла едва заметная ироничная ухмылка, потому что дверь не открылась. Стихийники развернулись, в их глазах появилось негодование, и Аквей… отвесил своим гостям изящный поклон.
— Никто не покинет это залы, пока мы не закончим, — произнес почти равнодушно. — Прошу всех занять свои места, и мы, наконец, начнем.
— Что всё это значит, Аквей? — воскликнул коренастый землевик.
— Мы доверились тебе!
— У тебя нет власти неволить нас!
— Мы пленники?
— Немедленно откройте двери, леор Аквей.
— По какому праву…
— Неужели ненависть к одной женщине стоит жизни целого мира? — вдруг послышался негромкий голос. И, тем не менее, он пробился сквозь возмущенный ропот. Все головы повернулись к невысокой хрупкой пожилой провидице, сидевшей у дверей, как и полагалось специально приглашенному гостю. — Кто готов поставить жизни своих детей против собственного страха?
— Если кто-то думает, что я шучу, — нарушил свое молчание Скай, — то он сильно заблуждается. И говоря о гибели мира, я имею в виду не нечто призрачное для красного словца. Спустя несколько дней всё, что вам дорого, прекратит свое существование. Вернитесь на места, господа, вам предстоит узнать много нового и невероятного, о чем мы не знали еще год назад, и о чем вы не догадываетесь по сей день.
— Но… — вновь подала голос воздушница.
— Прекратите, лейда Винд, — вмешался пожилой воздушник, не покинувший своего места даже в момент моего появления. — Леор Аквей прав, хотя бы из уважения к «Своду» мы обязаны его выслушать. Что до этой женщины… пока она не проявила враждебности, и бросаться на нее глупо и, возможно, небезопасно. Не скажу, что мне нравится ее присутствие, но я желаю узнать, зачем нас собрали.
— Если бы вас собирались убить, вы бы уже были мертвы, леор Фэйр, — вновь вмешалась Тейда, глядя на одного из огневиков, до сих пор не произнесшего ни слова.
Леор заметно смутился, и я поняла, что провидица увидела его мысли. Скай кивнул тетушке, благодаря за поддержку. Маги, еще с минуту топтались у двери, но все-таки, ворча себе под нос, вернулись на места, с которых не так давно вскочили. И лишь землевик не дошел своего стула. Он вдруг развернулся и ударил выплеском магии по двери. Волна силы ударилась о тяжелые створы, не причинив им вреда, и умчалась назад, сбив с ног своего хозяина.
— Бессмысленно, Гресс, — ровно произнес Скай. — В этой зале есть только один человек, кому под силу открыть эту дверь, но она этого не сделает.
Взгляды магов тут же обратились ко мне, я осталась стоять изваянием, глядя поверх их голов.
— Да, вы верно поняли, — кивнул Аквей. Землевик поднялся с пола, бросил на моего водника упрямый взгляд, и Скай усмехнулся: — Хорошо, Гресс, попробуй еще раз. Есть еще желающие проверить мои слова? Или все-таки перейдем к делу?
— Я бы предпочел начать Совет, — ответил пожилой воздушник. — Время не бесконечно.
— Верно замечено, леор Гаст, — поклонился ему Аквей. — Гресс?
Землевик, рыкнув что-то себе под нос, вернулся на пустеющий стул.
— Приступайте, леор Аквей, — подал голос водник с белоснежными волосами.
— Благодарю, — вновь поклонился Скай. — Итак, начнем. Позвольте представить вам мою гостью — лейда Ирис. Нет, лейда Винд, я не ошибся в произнесении имени. Настоящее имя известной всем вам правой руки Темного — Ирис. Ее истинная стихия — земля, и она… Созидающая. Вы никогда не слышали о силе Созидания, и, тем не менее, в нашем мире трое Созидающих. Один бывший, утерявший свой дар почти девятьсот лет назад. Вам всем он известен, как Темный властелин. Творец, ставший Разрушителем и врагом этого мира. Вторая — лейда Ирис. До недавнего времени она находилась под властью темного. Мерзавец немало потрудился, чтобы извратить ее суть и заставить слепо исполнять свои приказы. Но он совершил ошибку, и к Игнис начала возвращаться память. Дар огня, никогда не принадлежавший ей, окончательно покинул кровь Ирис, и ее суть Созидающей пробудилась ото сна, что вы имели честь увидеть. Вы можете сколько угодно язвить и клеймить ее позором, но больней, чем осознание собственных деяний, ваши уколы уже не сделают. Созидание — сила, дающая жизнь, и лейда Ирис хочет искупить вину перед живыми и сохранить искры, пылающие в вас и ваших близких. Благодаря ей, я узнал, то, что поведаю и вам.
Водник замолчал, давая людям осознать сказанное. Я немного расслабилась и огляделась, Эйволин на Совете не было. Впрочем, как объяснил мне Скай, забегавший ненадолго в течение дня, ее присутствие было не обязательным, потому что вел Совет глава ее клана. Но если изъявит желание, запретить войти в зал воднице никто не сможет. Однако пока ее не было. Мне хотелось надеяться, что лейда Аллиерт не появится.
Маги смотрели, в основном, на меня. Напряженные лица, тяжелые взгляды. В них было полно недоверия. Конечно, поверить вот так сразу, что извечный враг может стать другом, было слишком сложно. Однако и спор пока никто не затевал. Они ждали продолжения. Я перевела взгляд на Аквея, он к чему-то прислушивался. Затем кивнул сам себе, и за нашими спинами поднялась водяная арка.