Чтение онлайн

Что-то в голосе Аркли встревожило ее.

— Вы видели, как она это делает? — спросила Кэкстон.

В действительности ей хотелось спросить, меняла ли Малверн свою внешность для него — и устоял ли он. Впрочем, напрямую она все же не спросила.

Он закудахтал.

— Она испробовала на мне множество трюков. Я посещал ее еженедельно два десятка лет, и все это время она пыталась переманить меня на свою сторону. До сих пор я сопротивлялся.

Он сказал это так, словно не мог гарантировать далее себе самому, что ему всегда удастся устоять.

— Ну, проехали. Чесе, конечно же, умер от кровопотери. Никто официально не предъявил Малверн обвинения. Она так и осталась лежать в своем гробу, который стоял на возвышении в гостиной как некий повод для беседы. Оглядываясь назад, теперь совершенно очевидно, что она высосала Чесса досуха, но в то время в его смерти обвинили взбунтовавшегося раба. Малверн заперли на чердаке и забыли про нее. В Гражданскую войну плантация сгорела дотла, и на какое-то время Малверн потерялась. Следующее упоминание о ней появилось, когда она оказалась во владении Питера Байрона Лэрса, а эту историю ты знаешь.

— У Лэрса было немало умирающих вампиров, не только Малверн.

Аркли согласился.

— Они заботятся о своих. Это почти как поклонение предкам, и одна из очень немногих вещей, которая заставляет их действовать иррационально. Первоначально я предположил, что четверо вампиров в лодке у Лэрса были все из одного рода, что один из них сделал Лэрса, другой — сделал того, кто сделал Лэрса, и так далее. Я ошибался. К тому времени, как я обнаружил его, Лэрс десятилетиями искал старых вампиров. Может, он думал, что, добывая для них кровь, он делал что-то хорошее. Может, это помогало ему успокоить свою совесть, если представить, что она у него была. Я не знаю. Я самостоятельно изучал вампиров двадцать лет и все еще не понимаю их образа мыслей. Они слишком чужды нам.

Кэкстон почесала подмышку. Через ветровое стекло она смотрела на восемнадцатилетних, которые проходили мимо них в обнимку друг с другом, чтобы было теплее. Их лица были так чисты. Никто из них не знал, что принесет будущее или кем они станут.

— Все это время вы работали над одним случаем.

— Куча копов делают себе карьеру, работая только с одним случаем. Сбежавший убийца, пропавший и так и не отыскавшийся ребенок, — пожал плечами Аркли. — Ну хорошо. Подловила ты меня. Я так и не смог выкинуть из головы случай с Лэрсом. Я переехал сюда, в Пенсильванию, чтобы продолжить расследование. Я потратил годы, разыскивая людей вроде Полдера, у которых могла быть какая-то информация. И я словно ястреб следил за Малверн.

— И теперь, когда кто-нибудь звонит в ФБР и говорит, что у них убийство, совершенное вампиром, те звонят вам, — нахмурилась Кэкстон. — Тяжелая это ноша.

— Я справляюсь, — ответил ей Аркли.

Ну, как угодно. Ей нужно сосредоточиться на расследовании, а не жалеть Аркли.

— Это мое первое серьезное расследование, — сказала она ему. — Детектив из меня никакой. Но кажется, я кое-что понимаю в том, что происходит. Лэрс поддерживал в Малверн жизнь, пока вы его не убили. Потом благодаря всем этим бюрократическим каналам ее поместили в ту больницу, «Арабелла Фернас».

— Точно.

— Она попыталась с помощью чар и болтовни выбраться оттуда, даже съела одного из докторов, но ничего хорошего из этого не вышло. Вы следите за ней, просто ждете, пока она не сделает чего-нибудь дурного, чтобы вы смогли наказать ее. Впрочем, она не может прямо так взять и сдаться. Она может жить вечно, навсегда запертая в увядшем теле-трупе, поэтому единственный выход — это планировать побег, даже если на его реализацию потребуется двадцать лет. Она получает немного крови, но недостаточно, чтобы насытиться. Ей нужно больше сил, поэтому она создает трех вампиров.

— Скорее всего, она создала только одного, а он — еще двух, так для нее меньше риска.

Кэкстон прищелкнула языком.

— Тогда — почему трое? И зачем они проносят для нее кровь? Один вампир может выкрасть ее, гроб и все прочее и спрятать так, что мы ее никогда не найдем. Тогда он сможет возродить ее так скоро, как ему вздумается.

— Ее тело слишком хрупко, чтобы таскать его туда-сюда. Если она развалится пополам, у него может не хватить сил собрать все вместе. Ей нужно выйти из «Арабеллы» на своих двоих.

Кэкстон мысленно добавила эту информацию к своей копилке фактов.

— Ну ладно. Итак, генеральный план — это проносить ей кровь так, как обычно это делал Лэрс. Но в этот раз большого количества крови хватит, чтобы исцелить ее. Чтобы осуществить это, она создает вампира. Он уходит в леса, захватывает охотничий домик Фаррела Мортона и превращает его в свою операционную базу. Он создает нескольких немертвых, чтобы были дополнительные руки, и еще двух вампиров. Месяцами они держатся в тени, поедая рабочих-мигрантов, не высовываясь. Тянут время. Но зачем? Почему они не попытались до сих пор освободить Малверн? Становятся ли вампиры со временем сильнее?

— Нет, сильнее всего они в самую первую ночь своей охоты.

Кэкстон кивнула.

— Итак, чем дольше они ждут, тем слабее становятся и тем с большим риском существуют. С риском, что кто-то набредет на охотничий домик и заметит, что тот превратился в мавзолей. Что, в сущности, и произошло. Если бы тот немертвый не напоролся на мою проверку на трезвость, мы бы не узнали, что там происходит. Явился Фаррел Мортон с детьми в надежде провести выходные в лесу. Вместо этого оказался в логове чудовищ. Вампиры так боялись быть обнаруженными, что отправили немертвого выбросить тела где-нибудь подальше, чтобы выглядело так, будто Мортон никогда и не был в домике. К чему отправляться в такую даль? Когда это не получилось, им пришлось бросить дом так быстро, что они даже гробы в нем оставили. Должно быть, они сейчас в отчаянии.

Аркли кивнул.

— В таком отчаянии, что могут атаковать лечебницу?

— Еще нет, план Малверн не готов к исполнению. Она может быть изумительно терпеливой скотиной, когда ей это выгодно. И все же возможность она не упустит. Она придумает запасной план и реализует его как можно скорее. Я не жду, что нападение произойдет прямо сейчас. Мне кажется, я знаю, почему эта троица тянет время.

— Ну?

— Логика проста Малверн требуется определенное количество крови. Три вампира не могут принести ей достаточного количества, чтобы она исцелилась. А четверо — смогут. Они собирались сделать еще одного вампира.