Триумф крови
Шрифт:
А плохо могло стать в любой момент.
Во-первых, ситуацией с военными Наместник явно показал, что не намерен играть в политику и вести долгие разговоры ни о чем. Ему был нужен результат. Главный священник боится, а то и в тихой панике, и на фоне этого страха он готов не только попрать законы собственной церкви, но и не оглядываться на мнение светских властей, чего его предшественники уже давно себе не позволяли. Наместник вступил в битву за будущее людей и останавливаться явно не собирался.
Во-вторых, положение Роза во дворце было не так однозначно как об этом было принято думать. Опираясь на старого архимага и доверяя ему, императрица так и не простила старика за недавнее досадное происшествие, когда защищая свою жизнь, ученик Роза не очень ограничивал себя в методах, и столица до сих пор зализывала раны той битвы.
И это означало, что даже самая маленькая оплошность могла стоит архимагу его положения. Но если раньше подобное не сильно волновало Роза, то ныне все изменилось. Люди действительно оказались в большой опасности как вид, и Наместник не зря отринул традиции и неписаные правила. Ему было о чем волноваться. И Роз должен поступать так же, прежде всего потому что отойди он в сторону — молодые наломают столько дров, что человеческая раса в этот раз может и не устоять.
И что тогда? Войти в историю как архимаг который допустил закат людей и привел их к гибели? Такой славы Розу не хотелось.
А значит надо было спешить и, первым добравшись до ушей молодой императрицы, настроить ее на нужный лад. И плевать на настроение юной Виктории и ее мнение о старом архимаге. Долгая жизнь научила Роза, что нет ничего более постоянного, чем перемены девичьего настроения. Подростки вообще часто страдают этим недугом, и императрицу он также не обошел стороной.
Справится. Обламывать молодых Роз всегда умел.
В целом, у магов были специальные алхимические препараты которые могли помочь императрице справится с ее состоянием, но Роз опасался, что чередование плохого и хорошего отношения к нему может сменится однозначно негативным. Все-таки его ученик нарушил слишком много запретов и традиций, чтобы хозяйка империи могла смотреть на это сквозь пальцы. Да, он был в своем праве, но и императрица имеет право никогда не прощать магов.
Потому придется ограничится разговорами.
Сначала сообщить все новости без утайки, потом рассказать о последствиях, причем без нагнетания паники, просто факты. Напомнить императрице о необходимости помощи со стороны вампиров и прямо заявить о том, что старые законы надо отменять.
Только логика и только факты. Быстро, четко, жестко. Время сантиментов и мягких намеков прошло.
— Гор сообщает, что в Империи почти готовы к новым переговорам, и теперь они будут куда более благосклонны к нашим требованиям.
— Сражение прошло настолько ужасно?
— Нет. Я бы сказал, что даже хорошо прошло. Первоначальные выкладки троллей полностью подтвердились. С ослабленными жуками люди могут сражаться почти на равных. Но приграничная битва остудила самые горячие головы. Теперь в империи понимают реальное положение дел.
— Каким образом они стали это понимать, если, по твоим словам, сражение прошло для них успешно?
— Это с нашей точки зрения оно было успешным. А сравниваем мы с тем, как цукам противостояла валерианская армия и последствиями этого противостояния. Имперцы сравнивают эту битву с обычными сражениями человеческих армий. Для них все выглядит как полная катастрофа.
— Понимаю. Потери, наверное, на уровне пятидесяти процентов?
— Даже больше. Две трети легионеров домой уже не вернутся. Но рой они уничтожили.
— Тогда настроения имперских элит понятны. Действуем по плану?
— Раз все работает, так чего менять? Колет и Анастасия справятся.
— Может все-таки Юлю? Она отлично руководит нашими дипломатами.
— Не спорю, руководит она лучше всех, а вот сама как дипломат…
— Ну да. Но я бы все равно ее послал. Ее юный вид не обманет ни Наместника, ни Роза, но все остальные, включая императрицу, будут введены в заблуждение.
— Предлагаю обсудить это на Совете. В конце концов, пока что люди переговоров не запрашивали. Время у нас есть.
— Да, теоретически у нас все хорошо — так, как ты и говоришь, друг мой. Мы можем хоть сейчас перебросить на север дополнительные шестьдесят легионов. Спасибо светошам, возможности для этого давно готовы. Только что нам это даст?
— Пятнадцать сражений, — хмыкнул в роскошные усы седой генерал.
— Именно. Пятнадцать сражений — и этих легионов у нас больше нет.
— Их уничтожат не мгновенно. За это время мы можем сформировать еще сто легионов, — голос страдающего полнотой и одышкой генерала был полон уверенности, — А если объявить мобилизацию, можно призвать на службу и травоедов. Никаких проблем с этим нет.
— Хорошо. Еще сорок сражений. А что дальше, друг мой? Жуки от этого не закончатся. Они и четыреста сражений переживут.
— В отличии от нас, — вновь добавил седой генерал.
— И что вы предлагаете? — полный генерал с недовольством посмотрел на своих собеседников.
— Сейчас не время затевать войну со священниками, друг мой. Империя в опасности. Подумай об этом.
— Хотите, чтобы я молчал? Предлагаете мне забыть, как эти длиннорясые унизили меня, наплевав на мои приказы? — лицо полного генерала покрылось красными пятнами.
— Предлагаю отложить распри до лучших времен. Сейчас для них не время.
— И слишком многое стоит на кону, — вновь внес свою лепту в разговор седоволосый.
— Не бывать этому! Моя честь… кхх… ааа…
— Прости мой друг. Но на кону стоит слишком многое.
— Отравили… сволочи…
— Будь ты более благоразумен, мы бы дали тебе противоядие. Ты сам выбрал свою участь, друг мой.
— И не волнуйся, — седой генерал похлопал задыхающегося толстяка по спине, — Мы обязательно отомстим священникам за тебя и твою честь. Но позже. Для начала нам надо выжить самим. Чтобы было кому мстить.