Чтение онлайн

– Предпринимательство – не первое, но важное качество инноватора. – Ответил Геннадий Петрович, немного успокоившийся благодаря размышлениям.

Машина въехала на освещенную поляну. В дырочки продышенных окон, кажется, виднелись столы.

– Ну вот и приехали, вылезайте! – сказала кожаная шапка – ушанка позади. – Геннадий снова поежился, то ли от стужи, хлынувшей в раскрытую дверь, то ли от перспективы пить с этим неприятным человеком. Но вспомнившаяся прозвучавшая фраза от анекдота моментально согрела. Гребли в лодке слепой на веслах и одноглазый рулевым. Второй нагнулся, первый влепил веслом в единственный видящий глаз гребца. «Ну все, приехали». – Слепой сложил весла и вышел.

Геннадий вылез в мороз.

– К нам приехал, к нам приехал! У – у–х! Давай по первой! – Грянула гармонь.

На поляне действительно стояли нагруженные яствами столы – соленья, варенья, чаны с ухой, шашлык и, конечно, запотевшая бутыль самогона. «Вот так да. Опять на ночь нажираться придется», – упал Геннадий. Его поддержали: «Проходите, дорогой гость, все ради Вас!»

После второй рюмки, закушенной соленым в льдинках арбузом, очень похожим на помидор Геннадий снова забылся на некоторое время. Разбудила его песня, конечно, та самая, казацкая:

Черный ворон! Чо – о–рный во – о–оран!

Что ж ты вьешься

Над моею

Головой!

– Геннадий подхватывай! – сказала кожаная ушанка.

Геннадий обнаружил себя стоящим в цепи поющих, обнявшихся за плечи и раскачивающихся мордоворотов. На небе рассыпанные звезды тоже качались и подпевали, клубы пара окутывали поляну. Кто – то разделся до пояса – колол дрова. «Древнерусская оргия. Самая натуральная», – подумал Геннадий, пока вместе с хором набирал воздуха для следующего куплета.

– Геннадий, как Вам наш продукт. Чистый, натуральный, первой перегонки? Эх – ма? – успел спросить Олег Михайлович, стоявший через одного в могучей шеренге. Рядом стояла кожаная ушанка, уже не страшная и такая родная, тоже пьяная. И снова грянуло разухабистое многоголосье:

Наконец – таки запылал костер.

«А может, он и раньше пылал, просто я не видел»

Песня продолжала струиться над замерзшим Доном. Геннадий решил сохранить в памяти музыку свободного братства: открыл телефон, включил диктофон и, спустя минуту, отправил звуковой файл на мобильный Веры Марковны.

На часах было полчетвертого утра. Было тепло, уютно и совсем не страшно. Самогон лился внутрь донцев и одного москвича убойными огненными шотами.

Обратную дорогу Геннадий Петрович не помнил. Первым воспоминанием, которое пришло в пьяное сознание, стало пробуждение в гостиничном номере возле унитаза. Потом Геннадий переполз на кровать, открыл третий том «Войны и мира» и, не разобрав текста, моментально провалился в небытие.

– Геннадий, что – то поздно Вы вчера. Или рано, как сказать, не знаю. Я ровно в пять часов встаю – спасибо, что своими шагами разбудили. – Сказала уборщица гостиницы, жившая тоже на втором этаже в небольшой коморке. Она зашла утром, прибирала разбросанные вещи, протирала пол.

Геннадий Петрович понял, что наступил следующий день. Сначала подумал, что местная казачка.

– У меня как назло будильник сломался. А тут Вы, как слон, ей – ей – топ! Топ! Топ – топ!

– Извините.

Уборщица не к месту замялась. Нет, понятно, что с похмелья мужчина выглядит эротично: щетина, пьянящий запах еще недопереваренного спирта, беззащитность, повышенное давление, особенно в области таза.

– Кстати, Вас внизу ожидают какие – то люди. В руках пистолетами вертят. Просили, чтобы поднялась посмотреть – скоро ли Вы проснетесь? Вот, деньги какие – то дали, не пойму какие. – Уборщица повертела в руках синенькую бумажку с изображением королевы матери.

«Английские фунты, – определил Геннадий. – Но откуда у казаков фунты?»

– Я ушла. – Уборщица тихонько прикрыла дверь.

Встал не без труда – легкий звон в голове, но ни больно, ни тошно не было. Подошел к окну – на улице стоял заведенный микроавтобус. Тот, на котором вчера катались за город.

Зазвонил телефон.

– Синица на проводе. Вы сейчас в Вешенской, я тоже здесь. Подойдите к окну. Уже видели? Вас хотят устранить. Позже расскажу. Сейчас подходите к окну, выбиваете его стулом. Потом кидаете вниз матрас с кровати, он мягкий. И сигаете на него. Я не знаю, успеете Вы или нет, но я всегда так делал – получалось, по крайней мере, не сломать ноги. Потом бежите направо, там за углом магазин мебели «Казачка». Заворачиваете за него и там моя машина. У Вас мало времени.

Геннадий хотел перезвонить директору музея, чтобы уточнить, были ли вчерашние мрачные люди ему ранее вообще знакомы? Короче, выделять деньги таким людям явно не следовало – очевидный, но не проверенный вывод. Но позвонить, понятно, не успел – счет пошел на секунды. Геннадий не успел даже спросить – нужен ли он живым и почему его не убили вчера? В дверь постучали.

Как Геннадий очутился в машине – не помнил. И как не пытался – не вспомнил. Адреналин стер всю память, сделал ноги скоростными, а руки – железными, отключил боль. Во всяком случае, глубоких порезов на правой руке выше локтя Геннадий Петрович не почувствовал.

Погоня была позади. Оторвались по лесу. Синица управлял «Ниссан Икс – трейлом», куда за ним угнаться длинному экскурсионному микроавтобусу?

– Это были Ваши люди?

Люди оказались «от Аркадия».

Геннадий с удивлением узнал, что стоит на прицеле у своего акционера и главного заказчика по инновационному проекту. Но это еще предстояло осмыслить. Адреналин спал, жутко захотелось сна. Пусть пока само переваривается.

Синица сделал Геннадию перевязку, дал телогрейку и время выспаться. Потом отправил на своем джипе в Москву, а сам, сказал, пересядет на его желтую «Калину» и погонит в сторону столицы. Договорились созвониться на утро.

На подъезде к Москве по Минской трассе – уезжали разными дорогами – Геннадий настроил «Коммерсант ФМ»:

– Сегодня утром на старой Смоленской дороге произошло крупное ДТП. Белый микроавтобус с эмблемой заповедника «станица Вешенская» подрезал желтую «Ладу – Калину» и перевернулся. Легковой автомобиль вылетел на встречную полосу и столкнулся с автомобилем «Камаз». Число жертв по предварительным данным – пять человек.