Чтение онлайн

– Нельзя. А вы против? – спросил он.

– Но, милый, это же не очень красиво. Ничего подобного у нас в семье никогда не было. Это так вульгарно! Интересно, не мог бы помочь мистер Лоуренс? Пожалуй, я ему позвоню.

– Но, мисс Флетчер… – начала Салли, но тут Невил незаметно наступил ей на ногу.

Мисс Флетчер посоветовала Невилу позаботиться о гостье и удалилась. Невил тихонько сказал:

– Знаешь ли, ты можешь быть опасной. Предоставь-ка мою тетю мне!

– Но зачем ей думать, будто от инквеста можно избавиться? Это не слишком деликатно с твоей стороны…

– Разумеется, неделикатно! Было в высшей степени неделикатно с моей стороны обнаружить сегодня утром, что у меня нет ни чистой сорочки, ни пары носков без дырок; и неделикатно с моей стороны будет изобрести новую заботу, когда тетя свыкнется с этим расследованием. У тебя отвратительная сентиментальная уверенность, что несчастных следует ублажать, баловать и позволять им досыта наслаждаться своим горем. Я нимало не удивлюсь, если окажется, что ты медузящее чудовище самоотречения с тенденцией к самопожертвованию и страстным стремлением взваливать на себя чужие заботы.

– Продолжай! – От возмущения Салли едва выговаривала слова. – Это отвратительнейший бред, но я должна знать, как ты его подтвердишь.

– Ты не должна никого ничем обязывать, – отрезал Невил. – Почти всегда невыносимо. Ужасно портит тебе характер.

– Каким образом?

– Заносишься над другими. Она протерла монокль.

– В том, что ты говоришь, что-то есть, – допустила она. – Не много, так, крупица истины. Прости, что я вмешиваюсь в твои планы утешить мисс Флетчер. Я чуть не вмешалась в разногласия Хелен с Джоном. Тихий внутренний голос посоветовал мне попридержать язык.

– Женский инстинкт! – проговорил растроганный Невил. – Нет, я даже сочувствую твоему чисто рациональному желанию рассеять туман, в котором они бродят, но не следует забывать, что некоторым людям нравится бродить в тумане.

– Хелен это ничуть не нравится, – ответила Салли. – Глядеть на супругов, которые не могут поладить друг с другом, всегда тоска, к тому же Хелен лягается, как образцовая ослица, и все же она моя сестра и ее беды меня отчасти касаются. Они действительно навалились на нее в изрядном количестве. И самое худшее, что я не могу предвидеть, в какую сторону взбрыкнет Джон, когда узнает всю правду.

– Непонятный человек этот Джон, – сказал Невил.

– Именно. Только подумать! Он неожиданно возвращается в Англию в день убийства Эрни и объявляется здесь на следующее утро, полагая, что следы в саду принадлежат Хелен.

– Что ты говоришь! Неужели? Это заставляет предположить, что он что-то знает.

– Да, но что? Хелен уверена, что он не подозревает ее в связи с Эрни. Но когда он вчера ввалился к нам, у меня было такое впечатление, что вплыл айсберг. Он был полон ледяной ярости и явно не испытывал большой любви ни к кому из нас.

– Прости, что перебиваю, но, если он думал, что Хелен замешана в убийстве, это в какой-то мере извиняет его раздражительность. Не хочу выглядеть старомодным, но, когда жена признается, что была в гостях у известного сердцееда, этого достаточно, чтобы испортить настроение почти каждому мужу.

– Я знаю, и, если бы он бушевал, я бы его поняла. Он был убийственно вежлив.

– Очевидно, тут-то Хелен и следовало разыграть кающуюся жену.

– Надеюсь, это она сейчас и делает, но она так расстроена всем случившимся, что, кажется, утратила всякое самообладание. Конечно, если бы Джек сказал: «Любимая, признайся мне», – она, наверно, бы все рассказала, но только он не такой. Они доигралась до того, что стали почти чужими.

Именно это в ту самую минуту думала Хелен. Она только что вошла в библиотеку, где ее муж работал за письменным столом, и, еще не успев закрыть дверь, подумала, что лучше бы ей не входить.

Норт поглядел на нее, и от его взгляда ей не сделалось легче.

– Я тебе нужен, Хелен? – бесстрастно спросил он.

– Я… Нет, ничего срочного. Ты занят? Он отложил перо.

– Если ты хочешь поговорить со мной, то нет.

Этот ответ мог бы ободрить Хелен, вместо этого она ощутила разделяющее их расстояние. Она пересекла комнату и села на стул у окна.

– Мы говорили с тобой – по-настоящему говорили – так давно, что я не помню уже, когда это было, – сказала она, стараясь говорить непринужденным тоном.

– Да. – Лицо его окаменело.

Она поняла, что слова ее были неуместны. Не глядя на. него, она продолжала:

– Мы… мы должны обо всем переговорить, ведь правда? Это же касается нас обоих.

– Разумеется. Что бы ты хотела сказать? Она постаралась собраться с мыслями.

Он сидел молча и неподвижно и глядел на нее. Неожиданно она подняла глаза и отрывисто спросила:

– Почему ты так вернулся? Так неожиданно, не дал знать.

– Думаю, Хелен, тебе известен ответ.

– Мне? Откуда?

– Ты же сама сказала. Ты объяснила мне, что я приехал следить за тобой.

– Это были пустые слова. – Она покраснела. – Я была расстроена.

– То, что ты, дорогая моя Хелен, была расстроена моим приездом, не слишком-то радостная мысль.

– Ах, совсем не то! Смерть Эрни… Этот полицейский с ужасными расспросами!

– Мы бы скорее поладили, если бы ты не лгала мне, – заметил он. – Я знаю тебя достаточно хорошо. Увидев меня, ты ужаснулась.

– Зачем ты это говоришь? – Во взгляде ее была безнадежность. – Так мы только окончательно рассоримся.

– Очень хорошо, – спокойно проговорил он после минутного молчания. – Так о чем ты хотела со мной поговорить? Об убийстве Флетчера?

– Да, – кивнула она.

– Кажется, оно сильно подействовало тебе на нервы.

– А тебе бы не подействовало?

– Это бы зависело от того, – чувствую я горе или страх.

– Горе? О нет! Но я была там в тот вечер. Я не хочу быть втянутой в это дело. Ты должен понимать, в каком я отчаянном положении!