Чтение онлайн

В то утро он взял Стефани с собой в магазин, а на обратном пути парочка успела побывать в «Чак-и-чизис» и угоститься десертом в «Баскин энд Роббинс», о чем свидетельствовало и темное пятно на ее комбинезончике. Ханна заставила внучку раздеться и отправилась заниматься пятном, Стефани озадачилась поиском сменной одежды, а Мигель, забрав почту, удалился к себе в кабинет. Через несколько минут он, однако, вернулся и по привычке включил телевизор. Ведущий деловых новостей Си-эн-эн проинформировал зрителей о курсе акций.

— Как она там, пап?

— Эта малышка способна очаровать любого. Надо брать ее с собой на переговоры.

— Ты ее не перекормил?

Оставив вопрос без ответа, Мигель сел на диван и бросил взгляд в сторону двери. Потом достал из кармана плотный конверт и положил на столик.

— Посмотри.

Тина взяла конверт. Письмо было адресовано ее родителям, и она моментально узнала почерк. Обратного адреса не было. Внутри лежали два новеньких паспорта и вырванный из блокнота листок. Мило просил ее родителей передать паспорта Тине и Стефани.

— Боже мой, — прошептала она, раскрыв документ и увидев под своей фотографией чужое имя — Лора Долан. В другом паспорте их дочь значилась как Келли.

Появилась Ханна, и Тина торопливо запихнула оба паспорта в конверт, словно не желая делиться этим секретом с матерью, но та лишь прошла в ванную за растворителем.

— Что думаешь? — спросил Мигель.

— Даже не знаю.

— Может, он надумал сбежать? Вместе с вами.

— Может быть.

Отец переключился на финансовые новости, когда Ханна снова пересекла гостиную, бросив на ходу:

— Надеюсь, Миг, ты не перебил ей аппетит.

— Всего лишь одно мороженое, милая. А в «Чаке» мы играли.

Она издала «хм», показывая, что не склонна принимать его слова на веру, и исчезла за дверью.

Мигель вздохнул.

— Не знаю, что происходит, но если он собирается вывезти вас обеих в какую-то другую страну, то у него ни черта не получится. Я этого не допущу.

— Он на такое не пойдет.

— Тогда зачем паспорта? — Тина не ответила, и Мигель начал щелкать пультом, перескакивая с канала на канал. — Ни черта у него не получится.

По причине политической индифферентности Швейцария так и не вступила в Европейский Союз, но в июне 2005-го ее граждане проголосовали за присоединение к Шенгенскому соглашению, открыв границы страны для свободного проезда, что немало облегчило путешествие на «рено клио», которое Эйннер угнал где-то в южной части Парижа. Дорога до швейцарской границы заняла четыре с половиной часа, причем после третьего часа Мило сам сел за руль.

Еще раньше, позаимствовав у Эйннера фонарик, он просмотрел до конца собранные Энджелой материалы. Большинство прямого отношения к делу не имели — выписки со счета кредитной карточки Рахмана Гаранга, статьи о деятельности «Угритека» в Африке — в частности, о внедрении компьютерных систем в Демократической Республике Конго, Кении и Судане — и, непонятно почему, сводка новостей с веб-сайта Организации Объединенных Наций:

Дальше шла заметка из китайской «Пиплс дейли» от 25 сентября 2004 года:

То было три года назад; теперь же, после убийства муллы Салиха Ахмада, восстание вылилось на улицы.

Сосредоточиться не получалось. Громыхала трансмиссия, болела спина, в голове шумело от недосыпа, тело ныло после акробатического этюда. Отчаянно хотелось позвонить Тине, услышать ее голос, голос Стефани, узнать, где они.

Сев за руль, Мило потер лицо. Шоссе убегало в полночную тьму. Мысли разбредались. В шпионских фильмах и книгах у героя всегда есть ясная цель. Пленка с записью разговора, который неопровержимо доказывает некий важный факт. Человек, знающий ответ на некий вопрос. Истории про шпионов интересны именно по причине своей простоты. В действительности шпионская работа очень редко, практически никогда, не укладывается в прямую линию. Поначалу идет простое накопление фактов, причем многие из них, как со временем выясняется, не имеют к делу никакого отношения. Одни отсеиваются сразу, между другими проступает связь, потом эта связь рвется. Для того чтобы разобраться во всем, понять, что важно и за что следует ухватиться, а что не важно и что нужно отбросить, требуется острый, наметанный глаз. Такой, как у Энджелы. О себе Мило сказать того же не мог.

— Эй! — вскрикнул Эйннер, открывая глаза.

Мило моргнул и повернул руль влево.

— Ты что, на тот свет собрался?

— Извини.

— Дай-ка я сяду. — Эйннер подтянулся. — Где мы?

— Только что пересекли границу. Вон.

Фары выхватили из темноты знак.

Поспорили, в каком отеле остановиться. Мило был за что-нибудь скромное, маленькое и неприметное. Например, отель «Женева».

— «Женева»? Этот клоповник? — возмутился Эйннер. — Господи, Мило. Мы же там умрем.

Вообще-то «Женева» была вполне себе приличным заведением, но Эйннер уже взял за привычку останавливаться только в лучших отелях — благо представительские расходы у Туристов практически не ограничивались. В Женеве лучшим считался «Бо-Риваж», с видом на забитую яхтами бухту Женевского озера.

— Машину уже ищут, — указал Мило, — и ищут прежде всего возле отелей.

— Эту они не найдут. Ты слишком беспокоишься из-за мелочей.