Чтение онлайн

– Бьют детей, а потом удивляются, что у них вырастает! Что посеешь, то потом тебе на голову и…

Степа не стал дальше слушать, в растерянности вернул Гоше телефон.

– Ты чего так орешь?

– Не твое, не бери. Это моя эта… – Гоша телефоном почесал голову, – сейчас… собственность.

– Молодец. Кто научил?

– В школе…

Степа засмеялся.

– Да ладно! Класс у тебя какой?

– Второй.

– Как урок называется?

– Окружающий мир и эта… экономика!

– А при чем тут экономика? – хмыкнул Степа. – Хотя, конечно, в каком-то смысле это и есть окружающий нас с тобой мир… И что вы там делаете?

Гоша подумал.

– Этот… типа… как там… кредит…

– Кредит? На что? На чупа-чупс? Все, будешь меня консультировать. Давай завернем в магазин, купим чего-нибудь, отнесем Матвею и себе тоже на ужин.

– Дед не возьмет, – помотал головой Гоша.

– Почему?

– Мама всегда ему еду носит, а он ругается, выбрасывает даже…

– Зачем?

– Чтобы… – Гоша подумал, – чтобы мама не носила еду.

– Я понял. Тебе уроки надо делать?

– Неа.

– Совсем?

– Ну там… писать букву «ж». И еще это… типа… придумать… свой бизнес.

– Придумал? – хмыкнул Степа.

– Не-а. Димка говорит – надо, чтобы круто было, как у его папы…

– А папа чем занимается?

Степа и не мог предположить, что ему будет так интересно разговаривать с ребенком.

– Мой?

– Нет, Димкин. Ты же про своего ничего не знаешь.

– Знаю, – сказал Гоша. – А мама думает, что я не знаю.

– И что ты знаешь?

– Он нас бросил.

– Необязательно, – пожал плечами Степа. – Может быть, твоя мама его бросила. Или он служит в таком месте, что ему нельзя временно к вам приезжать. Такое тоже бывает. Например, если он на атомной подлодке. Или в космосе. Так что не переживай. Ты почему в таких ботинках?

Степа только сейчас обратил внимание, что Гоша почему-то в разных ботинках. Один синий, другой темно-серый, на толстой рифленой подошве.

– Я не нашел второй ботинок.

– Что, у обеих пар?

– Нет. Просто вот эти… синие… промокают. Мама говорит – не надевай их, сегодня лужи.

– Поэтому ты хотя бы один непромокающий надел, да? – хмыкнул Степа. – Логично. Я бы тоже так сделал.

По дороге домой Степа дозвонился в «скорую», с трудом узнал, куда увезли Веру, пытался позвонить деду Матвею, но тот, наверное, уже сел работать, на звонок не отвечал.

– Ну что, Гошан, придется тебе со мной недельку перекантоваться. Маму твою пока лечить будут. Уроки пошли делать. С экономикой я тебе не помогу, я не по этой части. Могу только подсказать, как профукать кредит. Так что будешь букву «ж» писать.

– Не! Это на потом. У меня каникулы.

– Как каникулы? – удивился Степа. – Осенние? Не рано? Еще ведь октябрь, начало только…

Гоша прожал плечами и снова уткнулся было в телефон.

– Э, нет, убирай телефон. А то ты с ним с ума уже сошел. Ничего не видишь и не слышишь. Сейчас перекусим и спать. А завтра пойдем в театр. Ты был когда-нибудь в театре?

– Не, не хочу, – твердо ответил Гоша. – Мы с мамой ходили, мне не понравилось. Я ушел.

– Ушел?

– Да. Тупо.

– То есть вот это – не тупо? – Степа щелкнул по его телефону. – А театр – тупо?

Гоша кивнул.

– А фильм мой ты досмотрел до конца?

– Да. Там круто. Ты там… – Гоша с восхищением посмотрел на Степу. – Крутой.

– Ясно. А книги – тупые?

– Тупые. Отстой.

– Ты хорошо читаешь, быстро?

Гоша пожал плечами.

– А мама тебе читает?

– Да ну, неохота.

Степа шел рядом с крохотным, по сравнению с ним, человечком и думал: неужели его отделяет от Матвея и даже от его родителей такая же пропасть, как Гошу от него? Он сам в семь лет стихи наизусть шпарил, читал уже два года увлеченно. Потом, правда, любовь к книгам как-то уменьшилась, особенно когда в театральный поступил. Никто вокруг не читал, к зачетам по литературе мучились, краткое содержание друг у друга списывали, кто где нашел получше…

– Как-то ты мне со стороны больше нравился, когда мы в лифте встречались, – заметил Степа.

Гоша взглянул на него.

– И ты мне.

– Смелый. А деваться тебе некуда. Будешь со мной жить пока. Дед Матвей тебя не берет.

– Я один буду дома, – заявил вдруг Гоша. – И тебя не пущу. Ты придурок.

– Ты не боишься, что я возьму тебя и… – Степа показал, как он кулаком делает из Гоши лепешку.

– Не-а, – сказал Гоша и на всякий случай отодвинулся от Степы.

– Хорошо, пожалуйста. Номер мой запиши и звони, если что. Очень ты мне нужен.

В лифте Гоша встал в угол, подальше от Степы, и продолжал играть.

– Тебе выходить! – кивнул ему Степа, когда лифт остановился на его этаже.

Мальчик молча вышел, продолжая играть.

– Ключ твой у меня! – Степа протянул мальчику ключ, увидев в глазах того некоторое сомнение, и решил спуститься к нему через некоторое время. Через… полчаса, например.

Степа приехал на свой этаж, подошел к двери и сначала не понял, что происходит.

На двери была наклейка с плохо читаемыми буквами «Опечатано» и письмо. На письме написано «Заказное»… Как странно, не вручили и в ящик внизу не положили… Думали, наверное, что он дома – сквозь замочную скважину видно, что внутри горит свет. Или вообще ничего не думали – всем всё равно. Не пойдет же такой бесправный и никому не нужный человек добиваться правды? Да и правда явно будет не на его стороне.

Степа быстро открыл конверт и проглядел письмо. Решение суда… Всё решили без него? Хотя он как-то так и думал. Были же предупреждения… Ему звонили, звонили, и всё так не вовремя… Пугали, угрожали… предлагали взять кредит на кредит, что, собственно, он один раз и сделал… Но почему шесть месяцев… Он думал – четыре… Оказывается, он не гасил долг и не платил проценты уже полгода… Или они не так считали, или как-то быстро прошло время… куда-то оно потерялось…Время, его, Степы, время потерялось.