Чтение онлайн

Селии казалось, что в ее жизни не осталось ничего счастливого и радостного; у нее не было ни пенса за душой, не было никого близкого, кто бы любил ее; и была только видимость работы, которая должна была дать ей средства к существованию.

Она доехала по пневматической железной дороге до Хаммер-смита и, поднявшись в квартиру Твайна, застала Сисси в обществе очень изящного и очень симпатичного молодого человека. Сисси разливала чай, а молодой человек глядел на нее взором, в котором светилось обожание, и счастливая улыбка играла на его губах.

Немного позже, когда молодые девушки переодевались в комнате Сисси, она разоткровенничалась:

— Не правда ли, Филипп очень милый? — спросила она. — Мы… Я думаю, вы сразу догадались, в чем дело?

— Вы выходите за него замуж? — спросила Селия.

Сисси кивнула.

— Да, как только мы приобретем маленький домик. Вы знаете, я встречалась со многими, у меня была уйма знакомых, но как только я увидела Филиппа, я сейчас же почувствовала, что люблю его, и он тоже. Вы, вообще, верите в любовь с первого взгляда?

— О, да! Я верю. — Селия вспомнила первую встречу с Ричардом и у нее болезненно сжалось сердце.

— Я вам рассказала все о себе. Теперь расскажите вы, — попросила Сисси.

— Но мне нечего рассказывать. Правда, нечего. У меня нет никого.

— Так, значит, был кто-нибудь! — лукаво заметила Сисси, а про себя прибавила: «Уж я теперь постараюсь, чтобы кто-нибудь появился снова!»

Обе девушки и Филипп доехали до Бонд-стрит в такси.

— Вы обе такие милые, что я должен быть несколько экстравагантным, — пояснил он эту роскошь, усаживаясь между ними и сжимая руку Сисси в своей руке.

До девяти часов в клубе почти никого не было; а потом, совершенно неожиданно, Селия столкнулась лицом к лицу с Баром.

Он удивленно уставился на нее, густо покраснел и с угрюмым видом, но приветливо, сказал:

— Здравствуйте, как поживаете? — Он был один; после минутного колебания он добавил:

— Не хотите ли вы поужинать со мной?

— Я сейчас спрошу, можно ли мне уйти, — ответила Селия. — Я ведь служу здесь, танцую.

Она подошла к Сисси. Эта веселая и наблюдательная девушка бросила быстрый взгляд на Бара и заявила:

— Конечно, идите. Желаю вам весело провести время! Я его знаю, он славный малый.

Несмотря на все свои хорошие качества, Бар был невероятно молчалив. Он съел омара, не проронив ни слова, и, погруженный в такое же гнетущее молчание, принялся за цыпленка. Тогда, отчаявшись втянуть его в разговор, Селия спросила:

— Скажите, пожалуйста, мистер Баррингтон, не знаете ли вы, как себя чувствует лорд Хайс?

Бар воззрился на нее с нескрываемым удивлением.

— Разве вы этого не знаете? — резко спросил он.

— Откуда я могу знать это? — печально возразила Селия. — Скажите, как он перенес известие о смерти брата?

Бар положил нож и вилку и, откинувшись на спинку красного бархатного кресла, достал из кармана портсигар.

— Вы разрешите? — спросил он и, протягивая портсигар Селии, добавил: — Хотите? — Он поднес спичку к папиросе Селии, потом закурил сам и, очень осторожно потушив спичку, аккуратно положил ее в пепельницу.

Глядя в упор на Селию, он спросил:

— Послушайте, какие у вас отношения с Хайсом? Почему вы теперь здесь, а не с ним, как были до сих пор?

— Я здесь для того, чтобы заработать себе на жизнь, — ответила Селия. — Я была в доме лорда Хайса только пока была больна. Теперь мне лучше, и я ушла оттуда.

— Вы хотите сказать, — протянул Бар своим медлительным голосом, — что между вами и Дикки ничего не было? Что он никогда не был влюблен в вас, а вы в него? — Взглянув на Селию, он увидел, как яркая краска залила ее бледные щеки; выражение его лица мгновенно смягчилось, и изменившимся голосом, необычайно быстро для себя, он сказал:

— Простите меня! Я не имею никакого права задавать вам такие вопросы, я — негодяй! Простите.

— Мне нечего прощать вам, вы ничего дурного не сделали, — задумчиво сказала Селия, — я расскажу вам все. Я полюбила Ричарда, безумно — и он влюбился в меня. Я не знала, что он помолвлен, он все время избегал говорить мне об этом. Я ничего не знала до того самого дня, когда он был еще без сознания после операции. Я вошла в гостиную, и высокий молодой человек, которого я никогда не встречала раньше, сообщил мне, что он ждет леди Виолу Трент и что она — невеста Ричарда. Тогда я ушла из дому и больше никогда не увижу Ричарда. Вот и все.

Бар ни разу не взглянул на нее, пока она говорила. Когда она закончила, он глухо сказал:

— Пойдемте танцевать, хотите? Или, может быть, вам неприятно?

Он танцевал очень легко и красиво, как это часто бывает у таких больших, полных людей. Когда они кончили танцевать и вернулись к своему столику, он вдруг резко спросил:

— Что же вы думаете теперь делать?

— Работать, — ответила Селия. — Здесь, если удастся. То есть, я думаю, танцевать. К сожалению, я ничего не умею делать, ничего путного, по крайней мере. Я ведь только недавно вернулась из пансиона, совсем незадолго до смерти Лорри. Я воспитывалась за границей и никогда не училась ничему полезному, то есть ничему такому, что помогло бы мне зарабатывать деньги. Но я все-таки уверена, что мне удастся как-нибудь устроиться.

Бар глядел на нее со смешанным чувством жалости и восхищения; в его душе закипала злоба против Хайса.

«Она еще совсем ребенок, — подумал он, с удивлением разглядывая Селию. — И так же невинна, как бывают только дети. Хайс — свинья! Она его безумно любит: он сам пробудил в ней это чувство, а теперь — я готов биться об заклад — он даже не потрудится вспоминать о ней. Он будет только рад, что она сама ушла от него, и он, таким образом, избежал неприятной сцены прощания».

Он громко сказал: